12 февраля 2010
ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР "ЭКСПЕРТА" О ТОМ, КАК ЕГО ЖУРНАЛ СПРОГНОЗИРОВАЛ И НАЧАЛО, И КОНЕЦ КРИЗИСА
В кризис больше всего внимания привлекают радикалы, соревнующиеся, кто нарисует картину мрачнее. Однако прогнозы ценят не за красоту, а за точность. Сегодня говорить о том, что острая фаза кризиса позади, стало общим местом. А год назад экономика рушилась, и практически все предсказывали полный крах или затяжное падение. Журнал "Эксперт" в самый разгар проблем, в январе 2009 года, вышел с обложкой, на которой крупными буквами было написано "Кризис в России закончится через 9 ½ месяцев". Во многом так и случилось. Сейчас самый авторитетный в России деловой журнал опять идет против течения и предсказывает мощную волну экономического роста. Накануне своего приезда в Казань гость "Антикризисного клуба", главный редактор журнала Валерий Фадеев дал небольшое эксклюзивное интервью "БИЗНЕС Online".
- Валерий Александрович, конечно, главная тема, которую мы с вами хотели бы обсудить сейчас, - это экономический кризис. Но все же самый актуальный вопрос в нашей республике – это вопрос смены власти. Поэтому у вас, как у федерального эксперта, хотелось бы узнать, что вы думаете об уходе Шаймиева с поста президента.
- Первое, о чем обычно говорят в Москве по поводу Шаймиева в либеральных кругах: Шаймиев – лидер авторитарного толка. Это привычная точка зрения. Но важно понимать, что он выдающийся политик, который руководил республикой в самые тяжелые времена.
Есть ли здесь риски? Да, наверное, есть. Как в любом случае, когда уходит серьезный руководитель, который управлял очень важным огромным регионом с 1989 года. Он еще был первым секретарем… Это очень серьезный срок, он управлял республикой в период исторических потрясений. И конечно, здесь есть определенные риски, но, я думаю, что бояться этого не следует…
- Что должны делать региональные власти для поддержки малого и среднего бизнеса и стимулирования экономического роста в условиях, когда бюджета максимум хватает на социальные расходы?
- А это разные пункты – малый и средний бизнес. И тут должна быть, на мой взгляд, совершенно разная политика. И малый бизнес тоже разный. Одно дело – бытовой сервис, кафе, а другое дело – небольшие компании вокруг крупных предприятий. Будет развиваться инновационный сектор в крупных компаниях – они будут создавать спрос малым компаниям… И здесь совсем другой характер экономической деятельности по сравнению с кафе или магазином.
Если мы говорим о кафе и магазинах – это скорее социальная функция, здесь не надо чинить препятствия, и люди сами все сделают. А вот для того, чтобы развить бизнес инновационный, надо создавать спрос.
Если говорить о среднем бизнесе, то здесь роль властей еще более велика. Потому что власти должны создавать среду, привлекать клиентов. Например, в Италии многое держится на малых и средних предприятиях, большая часть производства одежды и обуви у них – это средние предприятия. И власти очень серьезно содействуют их развитию: в момент кризиса помогают налогами, делят выплаты безработным с бизнесменами; в момент подъема организуют выставки, привлекают потенциальных покупателей из-за рубежа, заключают прямые договора с другими странами. То есть они занимаются продвижением того бизнеса, который находится на их территории, потому что это дает рабочие места и налоги в бюджет. Так было не всегда. В той же Италии в 50-х годах бизнес сам поднимался, а местные власти были насквозь коррумпированы, и им было плевать на состояние бизнеса. Поэтому у нас сейчас ситуация не уникальна, так бывало во многих странах. И только в 70-е годы в Италии возникло сотрудничество между бизнесом и властями.
- Вы достаточно близки к высшим эшелонам власти. Скажите, пожалуйста, есть ли экономическая стратегия у Путина, Медведева, у Единой России? Есть понимание, что делать?
- Эта стратегия вырабатывается. Кризис очень помог осознанию того, что она нужна. О стратегии заговорили еще до кризиса. Появился термин "стратегия 2020". Появилось осознание того, что горизонт планирования должен быть у государства гораздо больше. Ведь еще недавно мы планировали только на год вперед, госбюджет был единственным планом. Несколько лет назад стали принимать трехлетние бюджетные планы. И совсем недавно было осознано, что, не имея плана на 10-20 лет вперед, страну невозможно развивать. Ведь еще Путин стал говорить о необходимости долгосрочной стратегии, о необходимости инновационного развития. Медведев подхватил эти идеи.
Это только что произошло, слова только что произнесены. Теперь, чтобы перейти от слов к плану, требуется некоторое время. В этом смысле кризис был очень полезен.
Он всем показал: не имея долгосрочного плана развития страны, ничего нельзя добиться. Кстати, Шаймиев всегда это понимал. Можно его упрекать, говорить, что это советский, авторитарный подход… Но, это тот подход, который нужен при любом режиме. Нас просто раньше учили ультралиберальному подходу. Но, как сказал один умный человек, надо учиться тому, что американцы делают, а не тому, что они говорят. Потому что на словах у них гиперлиберализм, а на деле – очень глубокое управление экономикой, пронизывающее все структуры хозяйства…
- Вы в Единой России участвуете в выработке идеологии, платформы экономической?
- Есть клуб "4 ноября", где мы очень серьезно обсуждаем эту проблему. Мы собираемся несколько раз за полугодие. Что касается кризиса, то у нас были очень показательные два заседания. Первое – в июле 2008 года. Там был сделан серьезный доклад, в котором было сказано, что кризис в России неизбежен. Это было в то время, когда говорили об островке стабильности, о тихой гавани... Тогда очень жесткая была дискуссия между сторонниками концепции "тихой гавани" и теми, кто говорил, что кризис неизбежен.
В конце сентября мы опять собрались, когда уже все увидели, что все посыпалось. Это было очень показательно. Те коллеги, которые отстаивали идею "тихой гавани", большей частью не пришли на заседание. И мы же первые на заседании клуба говорили, что нет оснований для паники, что ситуация выправляется. И мы прогнозировали в "Эксперте", что спад закончится к весне. Так и случилось. Нижняя точка промышленного спада – февраль. И эта нижняя точка видна по всем пунктам. Перегиб там произошел. Мы так прогнозировали, потому что российская экономика больше, чем многие думают, живет по законам свободного рынка. И если обратиться к старым экономическим учебникам, где очень хорошо описывали кризисы, что забыто в современной экономической науке и особенно в образовании, то там все эти фазы делового цикла очень хорошо описаны и их продолжительность примерно известна. И мы идем строго по классическому сценарию делового цикла и кризиса. У нас было 10 лет, это как раз большой цикл.
Признаки кризиса нашего появились задолго до мирового финансового краха. Например, рост инфляции был связан не с деньгами, а с тем, что очень много образовалось узких мест – скажем, цемент взлетел в цене в три раза… Это и есть признаки окончания делового цикла. Некоторые отрасли загнулись вниз задолго до осени 2008. Строительство стало загибаться с зимы-весны 2008-го. И этот цикл десятилетний завершился. Обычно бывают еще 3-7-летние циклы внутри, но у нас был кризис в 2003-2004 году, просто его мало кто заметил. Это и был тот маленький внутренний кризис. И теперь новый цикл…
Подробнее о встрече с Валерием Фадеевым, которая состоится в рамках "Антикризисного клуба" "БИЗНЕС Online" 19 февраля, можно узнать здесь | 
