ОБЕСПЕЧЕНИЕ ЭКОНОМИКИ ЛИКВИДНОСТЬЮ
Кризис заставил центробанки увеличить масштаб операций в рамках их традиционной роли кредиторов последней инстанции. Они расширили программы поддержки ликвидностью на недепозитные [финансовые] институты, прибегли к интервенциям на различных рынках: прямым (скупка ценных бумаг) или косвенным (расширение списка активов, принимаемых в обеспечение кредитов). Вопрос в том, нужно ли продолжать такую политику в спокойные времена.
Доводы в пользу более масштабных вливаний ликвидности даже в обычные времена представляются достаточно убедительными. Если дефицит ликвидности возник из-за ухода частных инвесторов с отдельных рынков или из-за проблем с координацией действий мелких инвесторов (в случае классической банковской паники), правительство обладает уникальными возможностями для вмешательства. Занимая особое положение и имея в своем распоряжении налоговые инструменты, правительство может вкладывать деньги на долгий срок и располагает весьма приличными средствами. Следовательно, оно может и даже должно вмешаться и заменить частных инвесторов, если в этом возникнет необходимость.
Против вливания госсредств в экономику обычно приводятся два аргумента. Во-первых, уход с рынка частных инвесторов может хотя бы отчасти быть вызван опасениями по поводу платежеспособности заемщиков. Поэтому вливание в экономику ликвидности ставит под угрозу государственный баланс, повышает вероятность спасения проблемных компаний и стимулирует их к избыточным рискам. Второй аргумент: за счет госсредств банки начинают более активно трансформировать краткосрочные депозиты в долгосрочные кредиты, а их портфели становятся менее ликвидными.
Этот эффект сам по себе не является отрицательным, хотя [противники увеличения госвливаний в экономику] нередко связывают его с риском недобросовестного поведения. Пока государство предоставляет средства бесплатно, за частным сектором нужно оставить возможность превращения коротких депозитов в длинные кредиты. Однако за финансирование придется расплачиваться, когда у государства возникнет необходимость повысить налоги или привлечь внешние займы.
Обе проблемы [о которых говорят противники увеличения госвливаний в экономику] можно частично решить с помощью страховых сборов и более жестких требований к кредитному обеспечению. […] Следует также регулировать перечень активов, принимаемых нацбанками в залог, и усилить контроль и надзор над финансовыми институтами, получающими доступ к госсредствам.
ПРОСТРАНСТВО ДЛЯ БЮДЖЕТНОГО МАНЕВРА
Ключевой урок кризиса состоит в том, что правительства должны оставлять себе пространство для бюджетного маневра, чтобы при необходимости увеличить дефицит бюджета. Такой же маневр нужен и для снижения номинальной процентной ставки, о чем говорилось выше. Располагая большими возможностями для сокращения ставки и бюджетного стимулирования, правительства могли бы успешнее бороться с кризисом.
Учитывая задачу снизить долг и связанные со старением населения вызовы в пенсионной системе и медицине, обеспечить возможность бюджетного маневра будет нелегко. Кроме того, один из уроков кризиса состоит в том, что целевой уровень госдолга должен быть ниже уровней, достигнутых странами до кризиса. Для экономической политики ближайших 10–20 лет это означает следующее. Когда экономические условия позволяют, необходима серьезная корректировка бюджетной политики. Быстрый рост экономики нужно использовать для существенного сокращения отношение долга к ВВП, а не для финансирования растущих расходов или снижения налогов.
[Дальше авторы пишут, что ради создания возможности бюджетного маневра странам придется принять на себя четкие обязательства по снижению отношении долга к ВВП и утвердить четкие бюджетные правила, которые бы не действовали во время рецессий. Расходы должны основываться на долгосрочных проекциях доходов, чтобы ограничить увеличение расходов во время бумов. Кроме того, пишут Бланшар и соавторы, государствам нужно сделать бюджетную статистику более прозрачной, чтобы у правительств было меньше стимулов незаметно наращивать расходы за счет госгарантий и других неявных обязательств – прим. перев.]
БОЛЕЕ ЭФФЕКТИВНЫЕ АВТОМАТИЧЕСКИЕ СТАБИЛИЗАТОРЫ
Нынешний кризис лишь подчеркивает проблему, связанную с бюджетным стимулированием [дискреционными мерами]. Эти меры вступают в силу слишком поздно, чтобы преодолеть обычную рецессию. Поэтому существует острая необходимость в улучшении автоматических бюджетных стабилизаторов. [Автоматические стабилизаторы – государственные расходы и доходы, меняющиеся без решения законодателя. Например, пособия по безработице (во время роста занятость увеличивается, выплата пособий уменьшается), прогрессивные налоги на доходы. Дискреционные меры, или бюджетное стимулирование – намеренное манипулирование расходами либо налоговыми ставками, вычетами и т.д.с целью подстегнуть (а в некоторых случаях – замедлить) экономический рост – прим.ред.]
При этом нужно различать действительно автоматические стабилизаторы (которые по самому своему характеру предполагают проциклическое сокращение расходов или увеличение налоговых поступлений) и механизмы, которые только позволяют изменить размер пособий или налоги при наступлении заранее определенных условий, связанных с цикличностью экономики.
Автоматические стабилизаторы первого типа возникают при сочетании стабильных госрасходов с эластичностью [налоговых] поступлений по ВВП на уровне около единицы. Также они возникают из некоторых программ социального страхования (пенсионные системы с гарантированными выплатами и страхование от потери работы) и благодаря прогрессивному характеру налогов на доход. Основной способ усилить макроэкономический эффект таких стабилизаторов – это увеличение госрасходов. Второй способ – сделать налоги более прогрессивными, а программы социального страхования – более щедрыми. Однако реформы такого рода будут оправданы, лишь если осуществлять их, опираясь на различные критерии справедливости и эффективности, а не просто желая усилить воздействие стабилизаторов.
Автоматические стабилизаторы второго типа представляются более перспективными. Их использование не сопряжено с указанными выше издержками, они могут применяться к налогам и расходам с большим мультиплицирующим эффектом. В части налогов стоит подумать о временных мерах для домохозяйств с низкими доходами, включая фиксированные налоговые вычеты, о сокращении налоговых ставок или о циклических инвестиционных налоговых кредитах для фирм. В части расходов можно подумать о временных пособиях для домохозяйств с низкими доходами и семей, испытывающих финансовые трудности.
Такие налоговые и бюджетные механизмы должны срабатывать, когда определенные макроэкономические показатели пересекают пороговый уровень. Данные о наиболее подходящем показателе – ВВП – поступают с задержкой. Поэтому стоит обратить внимание на индикаторы рынка труда – занятость и безработицу. Над тем, как определить адекватный пороговый уровень и какие именно налоги и выплаты привязать [к этим порогам], еще предстоит поработать.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Макроэкономическая политика – не главная причина кризиса. Но он выявил изъяны докризисной политики, побудил чиновников опробовать новые меры и заставил нас задуматься об архитектуре посткризисной экономической политики.
Основы экономической политики должны во многих отношениях остаться прежними. Конечной целью должно быть обеспечение стабильной разницы между потенциальным и фактическим объемом выпуска, а также стабильной инфляции. Но кризис показал, что политики должны отслеживать множество экономических показателей, включая структуру экономики, поведение цен различных активов, долговую нагрузку разных субъектов экономики. И что в распоряжении политиков имеется гораздо больше инструментов, чем они применяли до кризиса. Задача в том, чтобы научиться использовать эти инструменты наилучшим образом. […]
(Слон, 18.02.10)