Почти сюрреалистичная история складывается вокруг жизни и смерти 55-летнего Рима Загретдинова, погибшего в разгар СВО, защищая ДНР. За спиной у покойного — служба в ВДВ, прыжки с парашютом, бои за Херсон и Донбасс. Но главный «бой» случился после его смерти: спустя 30 с лишним лет объявилась первая жена из Узбекистана, с которой он никогда не жил, с целью аннулировать брак бывшего десантника с женщиной, которая до последнего была рядом с Римом и похоронила его. Оказалось, что когда-то по молодости он расписался в союзной республике, а после уехал в Россию, и брак десятки лет оставался лишь в сухих справках загса УССР. О том, как вдова бьется с узбекской «родней», — в нашем материале.
Молодость десантника
Уникальное дело, связанное со спором за гробовые деньги погибшего участника СВО, рассматривают в татарстанских судах. «БИЗНЕС Online» уже рассказывал о подобных баталиях родственников бойцов, однако эту историю юристы называют первой в судебной практике, создавать которую придется республиканской Фемиде.
Дело в том, что на деньги не вернувшегося с фронта героя претендует супруга — гражданка другой страны, а брак был заключен в СССР, который распался почти 35 лет назад. Примерно столько же не общались и сами супруги, скоропалительно поженившиеся «по залету» в узбекском Джизаке.
Ныне похороненный на аллее Славы «Кургана» в Казани Рим Загретдинов родился в 1969 году в поселке Горный в Башкортостане. Его отец работал подрывником и вскоре отправился вместе с семьей в длительную командировку в Узбекскую ССР. Детство и юность будущего воина прошли в городе Джизаке — там прокладывали железные дороги, взрывали горы, кипела работа. Оттуда наш герой ушел в армию. Службу проходил в Ленинграде в воздушно-десантных войсках. Домой вернулся сержантом, имея на руках направление в военное училище. На его счету было 25 прыжков с парашютом, знак отличия. Однако офицерская карьера не состоялась.
Загретдинов службу проходил в Ленинграде в воздушно-десантных войсках. Домой вернулся сержантом. На его счету было 25 прыжков с парашютом, знак отличия
На рубеже 1980–1990-х годов в Узбекистане молодой человек познакомился с местной татаркой Нурией Нургалиевой. Она была старше на 6 лет. Когда женщина забеременела, ее семья надавила на бывшего десантника, чтобы тот с ней расписался, — такова версия последней жены Рима Земфиры Загретдиновой.
Документального подтверждения того брака в их семье долгое время не имелось: советский паспорт Загретдинова хранился у родителей, штампа о браке там нет. Сам он в официальных бумагах того времени именовал себя холостым. Этот эпизод, судя по всему, на десятилетия оставался лишь записью в книге джизакского загса, но именно он сегодня и стал камнем преткновения.
Возвращение в Россию: браки и дети
После распада Советского Союза многие граждане, имевшие отношение к России, начали покидать Узбекистан, чтобы не принимать гражданство новой республики. Загретдинов уехал в мае 1993 года — один, без Нургалиевой и сына Мадрида. Дело в том, что, по словам татарстанской вдовы Загретдинова, тот, еще будучи в Узбекистане, не жил с первой семьей.
Вернувшись на родину, в Башкортостан, Загретдинов женился, и в этом браке родились три дочери: первая — в 1995 году (вышла замуж за иностранца и переехала в Америку), вторая — в 2000-м (проживает в Уфе), третья — 2004-м (студентка, живет в Татарстане).
Со второй женой он развелся в 2015 году. Сам Загретдинов занялся пчеловодством, жил на две республики — зимой в Татарстане, летом в Башкортостане. Он состоял в местном союзе десантников, участвовал в патриотических мероприятиях, сохранял армейский уклад жизни.
В зрелом возрасте к боевому опыту добавились серьезные проблемы со здоровьем. Ему диагностировали инвалидность III группы, провели замену тазобедренных суставов. Передвигался наш герой поначалу с тростью, но даже после травмы продолжал держать форму. Вдова рассказывает: «Один раз, уже на СВО, когда он прыгнул с бронетранспортера, повредил себе сустав. Потом мы лечение проходили, он массажи получал. Но хромота немного осталась».
В 2016 году первая семья из Узбекистана впервые напомнила о себе. Сын Мадрид Загретдинов разыскал отца с просьбой помочь с регистрацией в России. Он прописал у себя молодого человека как иностранного гражданина. Тот открыл в Уфе мастерскую по ремонту телефонов, но вскоре уехал обратно в Узбекистан, а в отношении Загретдинова возбудили уголовное дело за незаконную регистрацию мигранта. В протоколе допроса он указывал: «Холостой, в гражданском браке Нургалиева Нурия родила сына». Справка о составе семьи из Узбекистана за 1991 год подтверждала, что на тот момент он проживал один. А сын, к слову, в то время вообще носил фамилию и отчество деда по материнской линии…
Официальная регистрация брака состоялась 27 июня 2023 года в Башкортостане. К тому моменту Загретдинов уже прошел две военные кампании и получил ранение в шею
Встреча с новой женой и совместный путь
Совместная жизнь Рима и Земфиры Загретдиновых началась на рубеже 2019–2020 годов. Их объединяло уважение к десантному братству и общие планы. Еще до официального брака он настоял, чтобы все приобретаемое имущество — а вместе они купили автомобиль и земельный участок в 15 соток в заповеднике Лаишевского района — оформлялось на будущую жену. «Он говорил: „До брака мы должны все имущество приобрести, оформить на тебя, потому что у меня много наследников“. Вот как будто чувствовал», — вспоминает Земфира Закарьевна.
Супруги жили на два дома: зимой Загретдинов находился в РТ, летом уезжал в РБ на пасеку. Все финансовые вопросы фактически вела его вторая половина. Когда глава семьи ушел на СВО, зарплатную карту он оставил ей, и та распоряжалась средствами: вкладывала в строительство, помогала матери мужа и его младшей дочери от предыдущего брака. «Я, как жена добросовестная, выполняла вместо мужа обязанности», — поясняет она, предъявляя суду чеки о переводах.
Официальная регистрация брака состоялась 27 июня 2023 года в Башкортостане. К тому моменту Загретдинов уже прошел две военные кампании и получил ранение в шею. «У него и возраст, и ранения, и командование ему сказало: „Слушай, ты уж извини, но давай думай…“ И 27 июня мы зарегистрировали наш брак», — рассказывает вдова. После этого он официально переехал к жене, прописался у нее, а она стала Загретдиновой Земфирой Закарьевной: «Получилось три З. Он меня называл мадам Z. Это прямо как музыка».
Вместе они начали строить одноэтажный дом в селе Русские Саралы Лаишевского района, рядом с двумя озерами, где глава семьи обожал рыбачить. Жена сопровождала его повсюду, стала его «записной книжкой», поскольку после контузий у него начала страдать память. «То есть мы везде за ручку, все даже удивлялись: „О, на старости лет у вас такое“», — говорит вдова бойца.
В сентябре 2024 года, за два дня до отправки, Загретдинов через приволжский военкомат подписал третий контракт. Официально он числился инвалидом, но скрыл это
Три контракта СВО
Когда началась СВО, 53-летний ветеран ВДВ с III группой инвалидности и замененным тазобедренным суставом все равно не мог оставаться в стороне. Первый краткосрочный контракт в башкирский отряд «Б.А.Р.С.» он подписал, скрыв состояние здоровья. «Пошел и подписал. Все свои болячки он всегда прятал. Там только были видны шрамы, и то он скрыл их», — вспоминает Земфира Закарьевна. Ушел на два с половиной месяца, не выходил на связь, шел через Луганск и Херсон в авангарде наступления. Адреналин, кураж вернули бывшего десантника в стихию, по которой он тосковал все мирные годы.
Вернувшись в августе 2023 года, он почти сразу получил предложение от товарища из будзякского военкомата РБ: «Рим, твои братья набирают бойцов в десантную гвардейскую 98-ю дивизию. Ивановские десантники, 217-й полк». Не раздумывая, Загретдинов вновь прошел медкомиссию и ушел на второй контракт. В мае 2023 года в бою он получил вышеупомянутое осколочное ранение в шею. Крупные осколки извлекли, мелкие остались; шея не поворачивалась, мучали головные боли. Жена приехала в госпиталь в Белгородскую область, сняла квартиру в селе Чернянка, которое находилось в непосредственной близости от границы: «Я слышала взрывы, канонады», — вспоминает она. Там, под грохот орудий, они и решили пожениться официально.
После выписки Загретдинов прошел реабилитацию в госпиталях для ветеранов и санатории МЧС, но психологические травмы оказались тяжелее физических: ночные кошмары, галлюцинации, приступы агрессии. «Он и „стрелял“ в меня по ночам. Я его нянчила буквально», — признается вдова, по образованию, к слову, детский психолог. Домашняя забота, привлечение школьников для общения, строгий распорядок постепенно дали результат.
Однако мирная жизнь не задалась. Боец пытался найти работу на гражданке, но безуспешно. Например, в инкассаторы его не взяли, потому что кадровые службы выяснили, что у кандидата есть несколько контузий и риск «перепутать войну». И в целом предпосылки для этого были: по словам вдовы, муж не мог выходить в город, где люди смеялись, не понимал, «почему здесь праздник». «У него вот это все в голове засело», — объясняет Земфира Закарьевна.
В сентябре 2024 года, за два дня до отправки, Загретдинов через приволжский военкомат подписал третий контракт. Официально он числился инвалидом, но скрыл это, а жене сказал: «Только попробуй открой рот. Ты десантник или кто?» Он даже, признается вдова, жаловался друзьям, что стал подкаблучником, потому что супруга не пускает его на фронт.
3 ноября 2024 года в районе лесополосы с кодовым названием «аул», недалеко от деревни Красный Яр, связь с командиром пропала
Последний бой командира Загретдинова
Загретдинов попал в 30-ю отдельную мотострелковую бригаду, был назначен командиром разведывательного отделения в штурмовом отряде «Сармат». Сослуживцы знали его под позывным «Итальянец». Зять жены — кадровый военный — предлагал более щадящее место, но тот отказался: «Какой поварить?! Что?! Я штурмовик!» Он обладал уникальной особенностью, о которой вдова рассказывает с гордостью: «Перед наступлением у него в ушах гул появлялся. И он ребятам говорил: „Ребята, вот минут 15–20 — и будет наступление“. Сначала они: „Ты чего, Итальянец, у тебя глюки?“ Но через 15 минут — наступление ВСУ. После этого он у них был „термометром“. Как только он говорил о гуле — все одевались в броню и готовились».
В октябре 2024 года отряд зашел в Селидово. 19 октября в 19:20 командир Загретдинов в последний раз вышел на связь с женой. Прислал фотографии, шеврон и сказал: «Земфира, я ухожу дальше, связи не будет. При мне такие-то вещи. Если что-то со мной случится, вещи до тебя дойдут». На шее у него висели два армейских жетона. Первый был с номером 292, второй — с теми же цифрами, но в другом порядке. Третий жетон ему не выдали: в военкомате открыли его личное дело, увидели награды и боевой опыт и увезли на передовую.
3 ноября 2024 года в районе лесополосы с кодовым названием «аул», недалеко от деревни Красный Яр, связь с командиром пропала. Земфира Закарьевна начала собственное расследование: через зятя, знакомых командиров, чаты жен военнослужащих она собирала любые сведения. Один из бойцов вышел из боя живым, другой попал в госпиталь, кого-то привезли грузом 200. 20 ноября ей пришло официальное извещение: пропал без вести. Последовали долгие месяцы поисков. Она сдавала ДНК, посещала Москву, «пробивала» госпитали, обращалась в фонд защитников Отечества и военную прокуратуру, даже проверила информацию о неизвестном «итальянце» без руки, вывезенном в Оренбург, но совпадений не было.
Гвардии сержант Загретдинов был погребен на аллее Славы «Кургана» в Казани. Вдова приобрела место рядом
Только в январе 2026 года из ростовского морга поступило известие: ДНК совпала. 27 января состоялись похороны. Гвардии сержант Загретдинов был погребен на аллее Славы «Кургана» в Казани, как и завещал: «Похоронишь меня на „Кургане“ среди моих братьев по оружию. В мою деревню сестрам меня не отдавай». Военкомат оплатил похороны, вдова приобрела место рядом. «Будем рядом даже после смерти», — говорит она.
Однако полной уверенности в том, что найдено именно тело мужа, у нее нет и сейчас: «Я до сих пор его смерть не принимаю, я его буду искать дальше. Может, там только рука или нога. А он живой, потерял память».
«А можно его копию паспорта?»
Через 10 дней после похорон, в начале февраля 2026 года, сын Загретдинова от первой жены и сама Нургалиева, постоянно проживающая в Узбекистане, обратились в Приволжский районный суд Казани с иском об аннулировании брака, заключенного Загретдиновым-старшим 27 июня 2023 года (материалы суда есть в распоряжении «БИЗНЕС Online»). Свои претензии они мотивировали тем, что брак, который был зарегистрирован между Нургалиевой и Загретдиновым в Узбекистане в 1990-м в городе Джизаке, о чем составлена запись №616, не был расторгнут.
По словам Загретдиновой, интересы Нургалиевой в суде представляет ее сын, участвующий в заседаниях по видеосвязи. Связаться с ним газете не удалось: он не отвечал на звонки и сообщения, хотя последние были прочитаны.
Вдова Загретдинова утверждает, что сбором документов предыдущая семья занялась заранее. Причем документы сын просил лично у нее, а она без задней мысли их передавала. «„А можно его копию паспорта?“ Я высылаю. Они все эти документы взяли и приложили к исковому заявлению», — рассказывает Земфира Закарьевна.
По словам вдовы, единственная цель, которую преследовала Нургалиева с сыном, — получить гробовые за смерть Загретдинова. Это зафиксировано и в решении суда первой инстанции. «Как пояснила в судебном заседании представитель истца, цель подачи указанного искового заявления состоит в реализации истцом права на получение социальных выплат ввиду смерти Загретдинова», — сказано в документе
Речь идет о целевых государственных выплатах, положенных членам семьи погибшего военнослужащего. При этом, как подчеркивает татарстанская вдова, сын 1989 года рождения не может претендовать на эти средства по закону — выплаты назначаются несовершеннолетним детям, нетрудоспособным родителям и супруге, находившейся на иждивении. Мать погибшего и младшая дочь (как студентка, потерявшая кормильца) свои части уже получили; доля супруги осталась замороженной. Именно на нее и нацелились истцы, говорит Загретдинова, речь идет о порядка 5 млн рублей.
Семьям погибших участников СВО предусмотрены все льготы, которыми военнослужащий не смог воспользоваться при жизни. Но ключевое — выплаты.
Есть федеральные и республиканские. Размер федерального пособия составляет 5 млн рублей. Еще порядка 7 млн — страховые выплаты. Региональная выплата в Татарстане осуществляется в соответствии с указом раиса РТ — ее размер составляет 2 млн рублей. Есть и страховые выплаты, которые периодически индексируются. В сумме получается 15,2 млн рублей. Деньги выплачиваются на каждого члена семьи в равных долях — супруге, родителям и несовершеннолетним детям.
Есть пенсии по потере кормильца, если тот погиб в зоне боевых действий. Размер пенсии родственникам и членам семьи военнослужащего, погибшего при исполнении обязанностей в ходе СВО, равен 15 тыс. рублей. Если тот умер в результате болезней и последствий ранения, то сумма составляет 11,5 тыс. рублей.
Несовершеннолетним детям, потерявшим на СВО отца, положено 8 тыс. рублей ежемесячно. Матери детишек также могут претендовать на ежемесячное пособие на детей, потерявших отца на СВО, — 3 тыс. рублей.
Семьям погибшего также будут возмещать 60% расходов на оплату ЖКУ. Предусмотрена выплата на ремонт частного дома. Она рассчитывается индивидуально в зависимости от количества членов семьи, проживающих в частном доме, и предоставляется один раз в 10 лет. Все рассчитывается путем умножения стоимости ремонта 1 кв. м площади частного дома в регионе на норму общей площади дома, которая определяется с учетом количества проживающих.
Суд первой инстанции применил норму семейного законодательства: если существует нерасторгнутый первый брак, последующий признается недействительным автоматически (ст. 14 Семейного кодекса РФ). Решение было вынесено в пользу Нургалиевой.
«Моя цель не выплата. Моя цель — отстоять право вдовы моего мужа. Это я находилась у него на иждивении. Это я его жена, я его вдова!»
«Расследование» вдовы
Загретдинова категорически не согласилась с таким исходом и предприняла собственные шаги по сбору доказательств. В мае 2026 года она оформила загранпаспорт и вылетела в Узбекистан. Там, работая с местным адвокатом, она разыскала и опросила свидетелей. Их показания, нотариально заверенные, свидетельствуют: женщина, называющая себя первой женой, на протяжении 33 лет сожительствовала с другим мужчиной (он позже погиб в автокатастрофе) и не поддерживала никаких отношений с Загретдиновым (документы имеются в распоряжении «БИЗНЕС Online»). Последний никогда не имел загранпаспорта и не выезжал в Узбекистан после 1993 года. Его родной брат и племянник во время опроса заявили, что не знают Нургалиеву в качестве жены.
Отдельное внимание вдова обращает на личность сына: он сменил фамилию и отчество с дедовских на отцовские незадолго до приезда в Россию, когда ему потребовалось оформить родство для регистрации в РФ. Т. е. изначально, с младенчества, он рос как Нургалиев Рафаэль Рефкатович. К 2016 году стал Загретдиновым Мадридом Римовичем. «Она так ненавидела, наверное, моего мужа, даже если сын был рожден от него», — говорит вдова, которая намерена бороться в суде.
«Моя цель не выплата. Моя цель — отстоять право вдовы моего мужа. Это я находилась у него на иждивении. Это я его жена, я его вдова!» — заявляет Загретдинова, не сдерживая слез. Во всех учетных документах министерства обороны она значится супругой, ее данные указаны в контрактах 2022 года (правда, еще с девичьей фамилией).
Решение Приволжского суда она обжаловала. Дата рассмотрения жалобы в Верховном суде РТ еще не назначена.
Позиция Загретдиновой и ее защиты заключается в том, что суд вправе был применить положения Семейного кодекса о совместно нажитом имуществе. «Само существование в законе категории „добросовестный супруг“ свидетельствует о том, что законодатель придает значение добросовестному неведению одного из супругов относительно препятствий к браку», — добавляет она. Проще говоря, при вступлении в брак ни Рим, ни Земфира не знали, что в Узбекистане существовала запись о регистрации брака 36-летней давности.
Юристы: «добросовестный супруг» сохраняет за собой гарантии
Опрошенные «БИЗНЕС Online» юристы сообщили, что, согласно Семейному кодексу, действительно брак может быть признан незаконным. Однако есть положение о «добросовестном супруге», которое сохраняет за «добросовестной женой» права и гарантии.
«Здесь важно понимать, что причины повторного вступления в брак при наличии ранее зарегистрированного союза могут быть разными. Иногда это связано с тем, что прежний брак фактически давно распался, но юридически не был прекращен. В других случаях сведения о первом браке просто не были своевременно проверены или не отразились в учетных данных», — говорит Гульнара Беглова, старший партнер Yalilov& Partners.
«При заключении нового брака лицо, ранее состоявшее в браке, обязано представить документ, подтверждающий прекращение предыдущего брака: свидетельство о расторжении брака, свидетельство о смерти супруга либо иной предусмотренный законом документ, — продолжает эксперт. — Без такого подтверждения вопрос о законности последующего брака неизбежно становится предметом судебной проверки».
«При разрешении таких споров юридическое значение имеет актовая запись загса, а не штамп в паспорте, — напоминает Илья Комиссаров, старший партнер юридической компании VILEX GROUP. — Сведения о браке 1990 года находились в архиве Узбекской ССР, а затем Республики Узбекистан, при этом иностранная актовая запись автоматически не попадает в российский реестр загса. Российский загс фактически проверяет российские реестры и документы, представленные заявителями, но не направляет перед каждым браком запросы во все государства бывшего СССР. Если мужчина при заключении брака сообщил, что не состоит в браке, а российские реестры не содержали противоположных сведений, регистрация могла состояться. Если брак 1990 года был официально зарегистрирован и до юридической даты смерти военнослужащего не расторгался и не признавался недействительным, брак 2023-го заключен при наличии прямого препятствия, установленного статьей 14 Семейного кодекса Российской Федерации, и по общему правилу не может считаться законным».
При этом важно также обратить внимание на положения статьи 30 Семейного кодекса РФ о добросовестности супруга, указывает Комиссаров: «Если последний супруг действительно не знал об основаниях, по которым впоследствии брак был признан недействительным, суд вправе сохранить гарантии, предоставляемые семейным законодательством для такого супруга».
«Исходя из толкований положений пункта 4 статьи 30 Семейного кодекса РФ, добросовестный супруг имеет право на получение от другого супруга содержания; на раздел имущества, приобретенного совместно до момента признания брака недействительным; на признание брачного договора действительным; на возмещение причиненного ему материального и морального вреда», — резюмирует Беглова.
Фото предоставлены Земфирой Загретдиновой