«Сначала мы заправлялись по 59 тысяч рублей за тонну, потом по 80 тысяч рублей — это крайняя цена, на которую мы рассчитывали. Но в середине сезона стоимость доходила до 120–125 тысяч рублей за тонну», — рассказал генеральный директор нижегородской компании «Водолет» Никита Итальянцев. Несмотря на это, прошедший летний турсезон игроки рынка все равно оценивают положительно. Например, татарстанский «Флот РТ» перевез 363,2 тыс. пассажиров — на 5,7% больше, чем годом ранее. Однако все упирается в нерешенные проблемы. О том, что мешает рынку речных перевозок расти быстрее, почему на малых судах гибнут люди и как власти предлагают выстроить единую сеть перевозок по Волге и Каме, — в материале «БИЗНЕС Online».
«В течение навигации произошел двукратный рост цен»
«Прошедший туристический сезон оцениваем положительно. По сравнению с прошлым годом есть даже небольшой рост, несмотря на то что год очень тяжелый», — поделился с «БИЗНЕС Online» результатами этого навигационного сезона генеральный директор нижегородской компании «Водолет» Никита Итальянцев. Подвести итоги и сверить планы на будущий год крупнейшие игроки речного туризма собрались на ежегодной всероссийской конференции «Реки. Круизы. Маршруты».
Мероприятие, объединяющее судоходные компании, регионы, судостроителей и представителей профильных ведомств, до этого проходило в Москве. Но затем вышло на берега Поволжья — Казань стала третьим по счету городом после Перми и Нижнего Новгорода. Необходимость собраться и обсудить общие проблемы назрела у речников давно: водные перевозки Поволжья по-прежнему развиваются разрозненно, отрасли все так же не хватает инфраструктуры, разнообразного туристического продукта и единого подхода к работе на реке. На негласный вопрос «Как развиваться дальше?» участники пытались найти ответ.
Ключевым вызовом для речников в этом году стало удорожание топлива. «В течение навигации произошел двукратный рост цен. Сначала мы заправлялись по 59 тысяч рублей за тонну, потом по 80 тысяч рублей — это крайняя цена, на которую мы рассчитывали. Но в середине сезона стоимость доходила до 120–125 тысяч рублей за тонну», — отмечает Итальянцев, добавляя, что, хоть позже цена чуть снизилась, до 100 тыс. рублей за тонну, все равно она выходила за пределы всех расчетов. Повышать стоимость билетов в компании не стали, чтобы «не вызывать отрицательные эмоции у всех участников рынка». По пути сдерживания цен татарстанские компании решили идти еще в преддверии сезона. Тогда местные туроператоры рассказывали о росте цен на швартовку (местами — в 2 раза) и увеличившейся налоговой нагрузке, но при этом говорили о готовности не повышать стоимость экскурсии, дабы не отпугнуть путешественников.
Еще один вызов для только-только набирающего обороты рынка речных перевозок Поволжья — критическая нехватка разнообразного турпродукта. «Я говорю местным компаниям: „Коллеги, приезжают туристы из Казани и как слепые котята блуждают по городу. Они не знают, куда идти, где поесть. Вы их встретьте, организуйте для них экскурсии на выбор“. К сожалению, это не сработало ни в Казани, ни в Чувашии», — поделился наблюдением гендиректор АО «Чебоксарский речной порт» Ванифатий Шайкин. Количество туристических теплоходов, заходящих в порт столицы соседней республики, увеличивается — с 703 в прошлом году до 760 в этом. Но несколько снижается доля туристов из Казани. В прошлом году речным сообщением в Чувашию перевезли 19 тыс. татарстанцев, в этом году — 17,7 тыс. человек. Сказались и погодные условия, и плохая информированность жителей РТ о маршруте.
Несмотря на локальные вызовы, показатели рынка все равно позитивные, считает гендиректор «Флота РТ» Роман Лизалин. Он поделился предварительными итогами сезона. В этом году компания перевезла 363,2 тыс. человек (плюс 5,7% по сравнению с 2025-м), немного не дотянув до запланированной планки в 370 тыс. пассажиров. Однако результаты все равно могут порадовать: более 84 тыс. туристов добрались по воде до острова-града Свияжска и порядка 60 тыс. до Болгара. До Челнов доехали больше 9 тыс. пассажиров, средняя загрузка судов достигает 89%. Первый подход к бесшовной навигации состоится уже в конце ноября: тогда прибудет одно из двух судов на воздушной подушке. И тогда, после завершения осенней навигации, откроется зимнее сообщение.
Татарстан предложил регионам Поволжья связаться единым билетом
Первый заместитель министра транспорта и дорожного хозяйства Татарстана Марат Хисамутдинов обозначил амбициозные планы по трансформации речного сообщения Поволжья. Ключевая идея ведомства — выстроить единую цепочку по акватории Волги и Камы с согласованным расписанием судов разных операторов. «Например, судно, отправляющееся из Казани в Болгар, прибывает в пункт стыковки в такое время, чтобы к его прибытию подходило судно, следующее из Ульяновска. Это позволит осуществлять пересадку в обе стороны: из Казани в Ульяновск. Аналогично выстраивается направление по Каме: судно, следующее из Казани через Набережные Челны, прибывает в узловую точку, согласованную с судном, идущим из Сарапула. Пересадка в Челнах или промежуточном пункте позволит связать Татарстан и Удмуртию», — объяснил он идею.
На чем будем доставлять пассажиров до транзитных точек? Сейчас на балансе «Флота РТ» находится 35 судов, из которых эксплуатируется 22. В ближайшее время приобретут два судна на воздушной подушке «Парма» и теплоход КС-162 вместимостью 44 места, поделился планами первый замглавы миндортранса РТ. Ввиду высокой стоимости новых судов уже существующий флот восстанавливается собственными силами. Перед навигацией этого года отремонтировали три судна, в планах на следующий год — еще три.
Лизалин, говоря об идее согласованного расписания для судов из регионов, предложил пойти дальше и ввести единый билет на разные виды транспорта, который можно купить у одного оператора. «Мультимодальность — это то, когда пассажир на наших скоростных судах сможет добраться фактически в перспективе по всей нашей России, европейской, во всяком случае, части. Мы хотели бы с нашими коллегами разделить участки так, чтобы, условно говоря, было всем удобно», — сказал он. В беседе с журналистами гендиректор «Флота РТ» рассказал и об экономической выгоде такого решения. «Когда ты накатываешь постоянный отрезок, это в конечном итоге становится дешевле с точки зрения эффективности и финансов: решаются вопросы, где заправляться, ночевать, брать воду».
Далекоидущие планы «Флота РТ», который приготовился совершать со следующего года заходы в Менделеевск и Рыбную Слободу, заставили коллег поинтересоваться о финансировании компании. «Неправильно стоять всегда с протянутой рукой у государства, хотя такие финансово емкие проекты, как строительство новых судов, требуют поддержки региона», — сказал Лизалин, добавив, что «Флот РТ» выполняет социальные перевозки, которые регулируются и не позволяют развиваться должным образом. Чтобы восстанавливать за свой счет суда и открывать новые направления, компания активно развивает экскурсионные прогулки по реке, туристические маршруты до Свияжска и Болгара. «Коммерческие перевозки — это та ниша, которая позволяет нам зарабатывать, обеспечивать безопасность и дальше идти в ногу со временем», — подчеркнул он, отметив, что частный бизнес появляется на реке все чаще. Но конкурентов Лизалин не боится, настораживают и «пугают» только игроки, экономящие на ремонте и безопасности в попытке выжать все.
«Вседозволенность привела к трагедии, и молодая девушка, к сожалению, останется инвалидом»
Помимо недобросовестных компаний, под пристальным вниманием надзорных органов находится и сегмент маломерного флота. По словам заместителя татарского транспортного прокурора Сармата Тедеева, если крупные теплоходы страдают в основном от нехватки финансирования систем безопасности, то в сегменте маломерных судов царит настоящая «беда», вызванная тотальной вседозволенностью.
«Только в текущем году у нас допущено 8 происшествий с участием маломерных судов, в которых погибли три человека», — привел удручающие цифры спикер. В качестве наглядного примера он привел трагедию, когда девушка впервые села за руль гидроцикла и, перепутав рычаги управления, протаранила сапборд, на котором находились трое мужчин. Один из них утонул. Другой страшный случай произошел в районе Макарьевского монастыря: молодой человек в состоянии алкогольного опьянения въехал на пирс, где отдыхали мужчина и девушка. Последняя лишилась ступни.
«Молодой человек скрылся с места происшествия, и, более того, он скрывался еще в течение нескольких дней. Только потом мы поняли, для чего он это делал: для того, чтобы алкоголь, который в нем находился, за это время выветрился, а потом он пришел с невозмутимым лицом и сказал следователю, что испугался. Эта вседозволенность привела к трагедии, и молодая девушка, к сожалению, останется инвалидом», — сказал он.
Особую тревогу у надзорного ведомства вызывает появление на рынке сервисов аренды катеров, которые предоставляют желающим возможность управлять судами с моторами мощностью до 10 л. с., которые по закону не подлежат регистрации и не требуют наличия удостоверения судоводителя. Люди, которые встают за штурвал, никогда до этого за ним не были. «Они зачастую выходят в то время, когда идет теплоход или сухогруз, то есть внутренний водный транспорт, который не может моментально остановиться и заметить маленький катер, оказавшийся у него под боком», — возмущался Тедеев. При этом прокуратура подозревает, что многие такие моторы незаконно модернизируют, увеличивая их мощность, но оставляя в документах «безопасные» 9,9 л. с., чтобы уйти от контроля ГИМС.
Чтобы как-то приструнить водителей гидроциклов, проводятся регулярные рейды совместно с МЧС. Результат есть: только в этом году на спецстоянку отправлено 103 маломерных судна. Однако нарушители быстро адаптируются: они предупреждают друг друга о «засаде» в мессенджерах и мгновенно покидают акваторию. Тедеев призвал экспертов помочь разработать методики технического контроля мощности двигателей, чтобы прикрыть лазейку для халатных владельцев катеров.
«Россия у нас недоразвита в этом ключе»
Проблема с маломерными судами, впрочем, шире безопасности. На Волге не хватает инфраструктуры для них. Исполнительный директор EastWind Yachts Ксения Макарчук считает маломерный флот недооцененным сектором экономики, который страдает от отсутствия системы. По ее словам, в стране зарегистрировано более 1,5 млн маломерных судов (данные за 2024 год, более актуальной информации нет, подчеркнула спикер), но, сколько из них ходит в серой зоне, не знает никто. «Рынок существует, спрос тоже. Но нет консолидированной статистики, позволяющей в целом оценить этот сектор. Судостроительные верфи не понимают, им больше строить или меньше, а инфраструктурщики — строить марину или нет», — объяснила эксперт.
В яхтенной индустрии она с 2018 года. «Сейчас я профессионально занимаюсь суперяхтами. И моя душа болит за Россию. Я была в 55 разных странах и видела все, что происходит в мире. По аналитике, российский клиент занимает 2-ю строчку после американского в пользовании и строительстве судов международного класса во всей яхтенной индустрии в целом. Но Россия у нас недоразвита в этом ключе», — призналась Макарчук.
По словам директора EastWind Yachts, отрасль давно спорит с государством о том, что первично — «дороги или автомобили». «Они говорят: „Сначала яхты завезите, будет много яхт — будет больше марин“. Мы говорим наоборот: надо создать первичную инфраструктуру. И под это уже будет больший спрос, потому что люди начнут понимать, что это комфортно, безопасно, удобно, красиво, премиально, престижно и все, что можно в это включить», — настаивала она.
С самими лодками тоже непросто. Отрасль импортозависима, а российское маломерное судостроение, по оценке эксперта, «очень сильно отстает от международного класса и по технологиям, и по дизайну, и по деталям». Впрочем, за последние 7 лет качество заметно выросло.
Татарстан Макарчук назвала эталоном для всей Волги. По ее данным, только в Казани зарегистрировано больше 40 тыс. единиц маломерного флота. Однако есть куда стремиться: по-прежнему из-за отсутствия единых подходов между регионами на Волге мало причалов и заправок. Из-за дефицита последних не хватает запаса хода лодкам, идущим из Казани в Саратов.
Предлагаемые извне проекты развития также не помогают. В качестве примера Макарчук привела пространственную стратегию «Большая Волга», которую разработал ВЭБ.РФ для 13 регионов, в том числе и для Татарстана. «В прошлом году в Нижнем Новгороде представительница „Новой Земли“ (один из разработчиков компании — прим. ред.) делала отдельный доклад по этому проекту, где был проведен большой анализ того, что происходит в каждой из областей. И когда мы отдельно встречались, у меня был ключевой вопрос: что вы делаете дальше? На что она мне говорит: „Мы все сделали“. — „Как это? Это же просто презентация“. Она отвечает: „Нас просто презентацию и попросили“», — рассказала она, правда, оговорившись после, что знакомые из отрасли все-таки уверяют в жизнеспособности проекта.
Решать проблемы отрасли Макарчук предлагает… путем создания национального альянса «Волга.РФ», который так же, как и ВЭБ.РФ, может «заниматься аналитикой, аккумулировать экспертизу по инфраструктуре, продумывать маршруты и делиться своими наработками». В него, по идее выступающей, должны войти бизнес, судостроители, парусный спорт, круизные и туристические компании.
Мастер-план всего Лаишево и развитие Волги для грузоперевозок
И пока одни только думают, как с новой силой запустить движение по водной артерии, в Институте пространственного планирования РТ уже вовсю занимаются встраиванием воды в планы развития республики: «Мы развитием водной инфраструктуры как отдельным проектом не занимаемся. Оно у нас вшито в те работы, которые мы сейчас делаем».
Проще говоря, отдельной «водной программы» нет: маршруты, набережные, причалы и порты прописывают в каждом мастер-плане территории», оговорилась в ходе своего выступления начальник отдела стратегических исследований и мониторинга градостроительной документации Анастасия Наговицына. Таких мастер-планов за четыре года институт подготовил три — для Казанской, Камской и Альметьевской агломераций. С водой у каждой свои отношения.
Под Казанью река работает не только на туристов, но и на грузы: для свияжского мультимодального логистического центра институт спроектировал грузовой порт, зерновой и контейнерный терминалы. Инвестором выступил сам центр СММЛЦ. «Вода — это не только рекреация, но еще и достаточно большая логистика», — подчеркнула Наговицына.
Особое внимание — Лаишево, где в будущем должен появиться курорт «Казань марина». В этом году институт разработал полноценный мастер-план всего города, который предусматривает создание пирсов, набережной и речного вокзала.
Отдельно спикер остановилась на Камской агломерации. Само название выбрано неслучайно: выделить одно ядро среди Елабуги, Нижнекамска и Челнов невозможно, поэтому акцент сделан именно на воде как связующей ткани. Здесь архитекторы формируют цепочку самостоятельных точек притяжения. Оказалось, что меньше всех повезло юго-востоку. «Психологически люди всегда тянутся к водным объектам, особенно если это большие просторы. Всегда выгоднее размещать туристические, жилые объекты там, и это влияет на цену. В Альметьевской агломерации такого богатства, к сожалению, нет, и здесь единственное богатство, которое есть, — это Карабашское водохранилище», — отметила Наговицына. Развивать его институт планирует благодаря инвестициям компании, правда, не уточнив деталей. Следующий шаг — Стратегия пространственного развития республики, где, как ожидается, должен появиться отдельный раздел по формированию водного каркаса Татарстана.