Бизнес 
10.03.2015

Павел Королев: «Делать акцент не на импортозамещение, а на экспортоориентированность»

Чему мешает приставка «стан», где находится «золотой треугольник», как прорваться на глобальный рынок

Шесть лет назад группа компаний «Пульсар Венчур Кэпитал» стала одним из первых в России бизнес-акселераторов, сегодня она входит в тройку лидеров. О причинах создания компании, результатах и планах ее работы рассказал генеральный директор ГК «Пульсар Венчур Кэпитал» Павел Королев в ходе интернет-конференции с читателями «БИЗНЕС Online».

Павел Королев
Павел Королев

«ПУЛЬСАР» КАК НЕКАЯ ДОМИНАНТА В КОСМОСЕ

— Павел Васильевич, давайте начнем разговор с простых вопросов наших читателей: «Почему бы вместо такого непонятного названия компании — «Пульсар Венчур Кэпитал» — не придумать более понятное, например, «Вперед, Татарстан!» (Иван) «Почему ваш сайт www.pulsar.vc не на русском языке, почему новости полугодовой давности(Валерий) «Для чего был создан «Пульсар Венчур», если фактически он во многом дублирует функции ИВФ РТ(Равиль Латыпов)

— Чтобы объяснить, почему у нас такое название, чем занимается компания и что отличает ее от Инвестиционно-венчурного фонда РТ, надо рассказать об истории ее создания. В Татарстане 6 лет назад очень активно развивалась инновационная деятельность, количество проектов, которые поддерживали ИВФ РТ (НО) и другие организации, достигло критической массы. Стало необходимым выстраивать систему работы с этими компаниями по коммерциализации их проектов, выводу на рынок и привлечению инвестиций.

И было понятно, что для этой работы надо было задействовать активную команду, которая могла бы оперативно и полно погружаться в проекты и быть драйвером их развития. В то время в мире как раз начали появляться акселераторы, осуществляющие реализацию комплексных мероприятий, действий над инновационными проектами в целях ускорения их развития. Эту работу должны проводить по законам бизнеса и рыночных подходов. И мы решили создать такую структуру по развитию стартапов.

— А помощь компаниям все-таки требовалась, поскольку не было опыта внутри этих команд?

— Абсолютно так! Предпринимательство в России до сих пор является некой экзотикой, а предприниматели — это герои нашего времени. А те, кто пытается делать бизнес на инновациях, — это вообще уникальные единичные люди, которым мы, с одной стороны, не должны предоставлять слишком «бархатные» условия, потому что так бизнес не получится, с другой стороны, мы должны им помогать. И мы создали центр компетенций для коммерциализации инновационных проектов компаний.

Понятно, что венчурный инновационный бизнес не может развиваться только в пределах Татарстана и даже России. Как правило, инновационные компании активно взаимодействуют с международным бизнесом, поэтому драйвером их развития могла стать только такая структура, которая интегрирована в международный венчурный и инновационный бизнес, чтобы дать им лучшее, что есть в Европе, Азии и США.

На тот момент Инвестиционно-венчурный фонд РТ уже вел довольно активную и эффективную международную деятельность, мы понимали, что сам по себе бренд с приставкой «Республика Татарстан» несет на себе риски политического характера, потому что в любой стране присутствие государственной структуры воспринимается осторожно, нерыночно. Поэтому было необходимо выработать новый бренд, который одновременно был бы звучным на международном рынке и был бы протекцией частной структуры, легко читаемой игроками рынка.

После долгих раздумий выбрали название «Пульсар Венчур» как астрономический объект, испускающий мощные, строго периодические импульсы электромагнитного излучения, означающее пульсирующее движение вперед. Это название символизирует задачи нашей деятельности — ускорять развитие инновационных проектов и в целом экосистемы Татарстана и Российской Федерации. И развитие должно происходить не в ограниченных территориях, а в «космосе» бизнеса, где есть другие «планеты» — международные структуры и компании.

Что касается сайта, то мы не считаем, что он должен носить новостной характер, он работает в соответствии с международными правилами информирования о компании и ее команде, о роде деятельности, наших портфельных компаниях и основных событиях. Во всем мире на сайтах компаний в новостных лентах размещаются только ключевые результаты работы, а вся текущая активность — в Twitter и Facebook. У нас несколько тысяч подписчиков.

40 стартапов со всех регионов России приехали на программу акселерации Pulsar Venture Capital
40 стартапов со всех регионов России приехали на программу акселерации Pulsar Venture Capital

РАЗВИВАТЬ И ИНВЕСТИРОВАТЬ

— В какой степени сохраняется ваша связь с Татарстаном? Вы инвестируете только в татарстанские компании? Какова вообще ваша миссия?

— Наша миссия — вместе с предпринимателями сделать наш мир лучше и интересней. Мы работаем в интересах предпринимателей и развития технологического предпринимательства.

«Пульсар Венчур Кэпитал» ведет свою деятельность в двух направлениях. Первое — это содействие развитию инновационной деятельности в РФ и РТ через проведение комплекса мероприятий, направленных на обучение предпринимателей, на оказание различных услуг малым технологическим предприятиям для подготовки их к выходу на рынок и привлечению инвестиций. Мы проводим акселерационные программы, чтобы малые компании за ограниченный период времени смогли «упаковать» себя и более ускоренно выйти на рынок.

Эту работу мы проводим в формате государственно-частного партнерства. Для этой деятельности и была создана компания с участием Инвестиционно-венчурного фонда РТ и Российской венчурной компании.

Второе направление — непосредственно инвестиционная деятельность. Под нашим управлением находится небольшой частный фонд, сформированный деньгами нескольких международных инвесторов, которые поверили нашему опыту работы со стартапами. Средний объем инвестирования в один проект — порядка 100 тысяч долларов или 6 - 7 миллионов рублей. Как правило, мы инвестируем в синдикате с международными инвесторами, благодаря чему имеем уникальные даже для России сделки. Так мы стали первым российским фондом, который вошел в сделку вместе с ведущим в мире венчурным фондом и акселератором Y-Combinator — это была компания PipiloneDB, осуществляющая обработку больших массивов данных для интернет-коммерции и рекламной индустрии. Также стали участниками других уникальных синдикатов с такими известными венчурными инвесторами, как 500 Startups, Foundry Group, что является следствием признания наших компетенций и уровня со стороны международных партнеров.

— Кто является основным акционером «Пульсара»?

— Основными акционерами являются частные лица, в частности лично я. Для такой деятельности необходимо мотивировать людей, набирать в команду лучших на рынке. А для выстраивания мотивации в этом бизнесе применим подход не высоких зарплат, а вознаграждения от полученного результата. Определенная доля сохраняется за менеджментом, которая распределяется как опциональная программа для дальнейшего развития.

Следует отметить, что эта компания объединила два института инвестиционного развития — региональный и федеральный — Инвестиционно-венчурный фонд РТ и Российскую венчурную компанию (НО). Несмотря на то что Татарстан является лидирующим инновационным центром России, тем не менее многие проекты делаются в синхронизации с федеральными программами, в том числе финансовыми. Российская венчурная компания была привлечена для того, чтобы мы сумели стать проводником федеральных возможностей для татарстанских инновационных компаний, университетов, промышленных предприятий, а также сумели сделать доступными нашу экспертизу и компетенции для решения задач федеральных и региональных игроков.

— Если из Владивостока или Калининграда к вам придет фирма и попросит поддержать ее, вы это сделаете?

— Мы это делаем, нам это интересно. Не думаю, что вас это удивит, потому что даже в стратегии «Татарстан-2030» прописано, что Татарстан должен стать магнитом притяжения инновационных проектов со всей страны. В принципе, мы это уже реализуем.

— Но вы ставите какие-либо условия, например, регистрация компании, локализация производства в республике?

— Напрямую таких условий мы не ставим, но ведь от регистрации в Татарстане компания получает много плюсов: здесь есть доступ к инновационной инфраструктуре — технопаркам, IT-паркам (АйТи-парк), Иннополису, ОЭЗ «Алабуга», крупному и среднему бизнесу, здесь есть поддержка от государства. Есть университеты и промышленные предприятия, многие из которых открыты для сотрудничества.

У нас есть компании, которые были зарегистрированы в других регионах России, но со временем перерегистрировали их в Казани, потому что увидели больший потенциал для своих возможностей. У нас есть задача привлечь к сотрудничеству профессиональную команду стартапа, а юридический адрес — это всего лишь форма, и данный вопрос мы решаем только в рамках наших бизнес-интересов и бизнес-интересов наших проектов.

— Но местная регистрация — это налоги в местный бюджет!

— Да, это налоги, но это и синергия с другими драйверами для того, чтобы вся экосистема заработала. В рамках развития экосистемы мы себя видим в качестве связующего элемента, который позволяет созданную в республике инфраструктуру в виде бизнес-инкубаторов, университетских и промышленных объединений запустить в некоторое движение, оказывая методологическую поддержку, и помочь инновационным компаниям сориентироваться в этой инфраструктуре, чтобы как можно быстрее получить конечный результат.

«ПУЛЬСАР» — ПЕРВАЯ В РОССИИ КОМПАНИЯ АКСЕЛЕРАТОРОВ

— Хотелось бы уточнить несколько моментов создания «Пульсара»: кто конкретно высказал такую идею, кто вложил средства в ее создание?

— Компания была создана 17 февраля 2009 года со 100-процентным участием Инвестиционно-венчурного фонда РТ. Я в то время работал в ИВФ РТ и вынес предложение о создании такого рода структуры. Причем мы провели серьезные исследования и консультации, как строится подобная работа в развитых странах: в Кремниевой долине, в Европе, в Израиле. И мы поняли, что акселератор или компания, имеющая компетенции и возможности для развития стартапов, необходима. Но на тот момент на рынке Татарстана не было команд, способных оказывать такие услуги.

— А привлечь со стороны такую команду можно было?

— Нет, поскольку таких компаний недостаточно и в России. Мы были одним из первых, может быть, даже и первым бизнес-акселератором в России.

— В чем отличие вашей компании от бизнес-инкубаторов, технопарков?

— Проблема в том, что они «заточены» на поддержку преимущественно своих резидентов. Чтобы получить там помощь, компания должна локализоваться в данном технопарке. Но не всем компаниям это нужно. Именно поэтому мы решили запустить открытую модель взаимодействия с разными инфраструктурными элементами. Наш офис находится в технопарке «Идея», мы взаимодействуем с IT-парком, с Иннополисом, с университетами, с особой экономической зоной. Мы стремились к тому, чтобы иметь возможность перемещать стартапы по этой структуре, не сталкивая их.

ЗА ГОД ВЫШЛИ НА ПОЛНУЮ ФИНАНСОВУЮ САМОДОСТАТОЧНОСТЬ

— Как удалось ваше предложение претворить в жизнь?

— Было нелегко, потому что это была наша гипотеза, ее приходилось проводить через обсуждения на заседаниях рабочих групп попечительского совета ИВФ РТ. И приходилось доказывать необходимость такой структуры. Когда доверие нами было получено, ИВФ РТ вложил чисто символический капитал в создание своей «дочки».

В первый год мы сделали большой упор на консалтинговую деятельность и к концу первого года работы вышли на полную финансовую самодостаточность. А консалтинг у нас был в двух направлениях: первое — консалтинг инновационным компаниям, которым была нужна формализация документов для привлечения инвесторов; второе — консалтинг тех «прорывных» промышленных предприятий, которые решили сотрудничать с нами на предмет консультирования по вопросам инновационной деятельности и развития своих проектов. И к концу первого года мы осознали, что наша гипотеза себя оправдывает: рынок есть, мало того, нам удается быть полезными компаниям.

— Как пакет акций оказался в ваших руках?

— Компания развивалась, мы получили несколько заказов и на федеральном рынке, от промышленных предприятий и университетов. Уже на третий год деятельности мы оказали сервисы 200 компаниям разного уровня, обучили порядка 300 человек основам технологического предпринимательства и коммерциализации, привлекли инвестиции в объеме более 100 миллионов рублей из частных и государственных источников. Часть таких инновационных компаний, как «Электрол-Б», «Энерголеспром», «МэджикТаб» и другие, вывели на промышленные предприятия, стала происходить их интеграция.

На тот момент мы поняли, что необходимо дальнейшее развитие нашей компании через выход на федеральный рынок и активную международную деятельность. Мы привлекли средства Российской венчурной компании для реализации своего бизнес-плана. И в рамках этой концепции была произведена реорганизация компании, изменена структура акционеров.

В конце 2013 года у нас появился частный фонд, который ориентирован на инвестиции и в России, и в других странах. Мы увидели, что хорошо действует стратегия, когда одна из двух компаний работает за рубежом и занимает лидирующие позиции в определенных направлениях, другая — в России, которая занимается схожей тематикой. Мы инвестируем как раз в такую «гантельку», когда получается, что, инвестируя в международную компанию, мы тем самым формируем возможности по сотрудничеству. Дело в том, что для венчурно развитых стран Россия составляет, как правило, небольшой процент от общего мирового рынка. А в тандеме мы можем какие-то направления усиливать и продвигать.

Что приносит рыночный доход вашей компании? (noname)

— На данный момент зарабатываем на том, что предоставляем консалтинговые услуги стартапам, университетам и промышленным предприятиям. Также мы проводим акселерационные программы. Для своей консалтинговой деятельности мы зарегистрировали торговую марку SmartUP, чтобы не было смешения с инвестиционной, проектной деятельностью нашей компании. Еще в нашей структуре есть лаборатория IТ-решений для аутсорсинга IT-услуг. В ближайшее время ожидаем поступления дохода от проектной деятельности и наших инвестиций в компании.

В рамках Программы акселерации стартапы получают финансирование и интенсивную работу над своими проектами
В рамках программы акселерации стартапы получают финансирование и интенсивную работу над своими проектами

В ПОРТФЕЛЕ — 13 КОМПАНИЙ, 9 ИЗ НИХ РАБОТАЮТ НА МЕЖДУНАРОДНОМ РЫНКЕ

— Но все-таки мы-то хотим, чтобы Татарстан развивался, чтобы именно здесь были успешные компании...

— Совершенно верно! Экосистема Татарстана только строится, ей всего 10 лет. И результаты она уже приносит, как и формирует задел на будущие победы. Но для венчурного бизнеса и инноваций нужно быть открытым игроком, интегрированным в международный рынок. Нам не обойтись без международного позиционирования, без притягивания международных компетенций. Лет 8 - 9 назад, когда ИВФРТ начал выстраивать международное взаимодействие и интегрировать татарстанскую экосистему в мировое пространство, Татарстан не знал никто, его путали с Казахстаном, Таджикистаном и Афганистаном. Приставка «стан» автоматически ставила нас в ассоциации с другими странами. И было очень сложно выстроить работу с позиционированием республики.

— Имиджевые цели понятны, но не получится ли так, что мы за счет своих скудных денег будем способствовать развитию зарубежных копаний, а у нас самих здесь ничего не появится? Каким должен быть результат вашей деятельности относительно Татарстана?

— Результат нашей деятельности — это создание инновационных компаний глобального уровня, которые имеют высокий экспортноориентированный потенциал.

— А они не убегут отсюда?

— Они по умолчанию не могут убежать полностью, потому что практика показывает, что предпринимательская миграция в технологической сфере невозможна без сохранения корней в том регионе, откуда они произошли. Ничего страшного не случится, если бизнес- девелопмент и отдел продаж будут находиться в других странах, если это позволяет компаниям развиваться и идти дальше. А разработка пусть будет находиться здесь.

— Какие проекты получили жизнь и являются результатом вашей деятельности? (Рамиль) Много ли компаний вы вывели на глобальный рынок за 6 лет? (Ирина)

— Основной пласт компаний, с которыми мы работаем, — это компании ранних стадий. Даже крупные компании КАМАЗ, КВЗ, «Татнефть», даже айтишные Abby и Лабаратория Касперского, имеющие лидирующие позиции на внутреннем рынке и большие бюджеты, выходили на международный рынок не один год. Я понимаю желание видеть в Татарстане множество стартапов глобального уровня, но выход на этот уровень довольно сложный и занимает годы.

Сегодня в портфеле «Пульсара» 13 компаний, из которых 9 работают на международном рынке. 3 из 9 компаний российские: 10tracks («ТэнТрэкс») — облачное хранилище музыки, позволяющее хранить ее в больших объемах и слушать через любое мобильное устройство, а также выстраивать b2b медийные решения для телекомовских компаний; Magictab («Мэджиктаб») — инструмент для интернет-торговли для вовлечения и удержания клиентов на сайтах через элементы геймофикации; Vendi («Венди») — компания, позволяющая оплачивать покупки в вендинговых аппаратах с помощью мобильных телефонов, а также система дистанционного мониторинга и диспетчеризации вендинговых автоматов операторами сетей. В свое время эти компании были победителями проектов ИВФ РТ «Идея-1000» и «50 лучших инновационных идей для РТ».

На самом деле мы не так много вывели компаний на международный уровень, потому что очень тщательно их отбираем, смотрим не только на продукт, но и на команду. Если видим, что с командой нам будет работать некомфортно, даем ей отворот.

— Вы продвигали на рынок только эти 13 компаний?

— Нет, мы продвигали более 100 компаний, а 13 — это те, в которых есть доля «Пульсара». Из нашего портфеля 6 глобальных международных компаний работают в Кремниевой долине и на других международных рынках.

НИ В ОДНОЙ КОМПАНИИ НЕТ БОЛЕЕ 25% УЧАСТИЯ «ПУЛЬСАРА»

— Доля «Пульсара» в этих компаниях большая?

— Нет, в компании мы заходим с небольшой долей, потому что, заходя с большими долями на ранней стадии развития компании, мы тем самым блокировали бы ее возможность привлекать других инвесторов. И размывалась бы доля инициаторов проекта, а без такой мотивации им было бы неинтересно работать. Поэтому ни в одной компании нет более 25 процентов нашего участия, а, как правило, существенно меньше.

Инфраструктура Татарстана практически уже создана, теперь ее надо наполнить контентом, деньгами. И деньги должны идти не сотрудникам на зарплаты, а на развитие компании. А для этого нужна методология, которую мы формировали более трех лет с привлечением ведущих международных и российских экспертов, часть из которых в дальнейшем стали членами нашего консультационного совета.

Мы ориентируемся на те компании, которые имеют глобальный уровень в своей конкуренции. Не потому, что мы такие амбициозные, просто если компания неконкурентная на глобальном уровне, нет смысла заниматься ею: придет глобальный игрок и «съест» эту местную компанию.

— Санкции вашей деятельности не мешают?

— Мне кажется, санкции мешают всем! Но они нас сильно взбодрили, заставили пересмотреть имеющиеся возможности. За два-три года работы на международном рынке нам удалось завоевать репутацию профессионального игрока, который работает в интересах бизнеса, поэтому наши позиции пострадали несильно. Мы сегодня получили поток вопросов от многих зарубежных технологических компаний, которые так или иначе интересуются Россией и просят нас проконсультировать, как решать вопросы в нашей стране.

«ЗОЛОТОЙ» ТРЕУГОЛЬНИК

— А почему вы работаете с Кремниевой долиной, а не со «Сколково»?

— Работаем и со «Сколково», и с Иннополисом, в котором видим большой потенциал, важность для развития IТ-отрасли в стране и синергетическое сотрудничество с нами. Что касается Кремниевой долины, то когда я впервые приехал туда, у меня было такое ощущение, что я попал в музей: все красиво и интересно, но ты не знаешь, как прикоснуться к этим вещам. Мы начали системную работу по проникновению туда и только через пару лет смогли понять, как всем этим пользоваться и делать бизнес.

Но на тот момент мы уже понимали, что если рассматривать любой венчурный проект из Татарстана и России, то надо пользоваться тремя локациями в мире: Россия, Кремниевая долина, которая является уникальным местом сосредоточения разных прорывных бизнесов, и Юго-Восточная Азия (Сингапур, Индонезия, Малайзия и другие страны). Наша международная стратегия заключается в этих трех локациях. Нам часто задают вопрос: а почему не Китай? Потому что Китай — это хороший рынок для более крупных проектов, где сложнее работать с высокотехнологичными проектами на ранних стадиях, к тому же у нас там меньше партнеров и возможностей.

Наша стратегия заключалась в том, чтобы из Кремниевой долины брать лучшие трендовые компетенции, насаждать их на лучшие российские команды, а Юго-Восточную Азию использовать как потенциальный угол для продаж.

— То есть там вы нашли потребителей?

— Не совсем так. Мы там сегодня набираем партнерский пул, поскольку для осуществления продаж необходима местная локализация бизнеса. Не перевозить же туда людей из России! В идеале этот «золотой» треугольник создает синергию, когда команды из России, проекты из Кремниевой долины и потребители из Юго-Восточной Азии между собой переплетаются и образуют некую формулу того, как должен складываться венчурный инвестиционный бизнес.

Форум Открытые Инновации (г. Москва). Финал программы Акселарации индустриальных проектов в рамках федерального конкурса Generation-S
Форум «Открытые инновации» (Москва). Финал программы акселарации индустриальных проектов в рамках федерального конкурса Generation-S

В АПРЕЛЕ В КАЗАНИ СОСТОИТСЯ РОССИЙСКАЯ ВЕНЧУРНАЯ ЯРМАРКА

— В апреле состоится очередная венчурная ярмарка. Какую роль в ее подготовке играет «Пульсар»?

— Да, ярмарка состоится 23 апреля, и она будет юбилейной — 10-й. Ежегодно «Пульсар» является партнером ярмарки: мы готовим компании к ярмарке, проводим селекционную программу. И сегодня мы уже начали сбор проектов.

— В чем заключается ваша помощь компаниям?

— Во-первых, мы организовываем встречу компаний с инвесторами, во-вторых, помогаем им в развитии и выходе на рынок. В прошлом году мы сначала отобрали компании для участия в венчурной ярмарке, потом из них выбрали 10 для дальнейшей работы с ними: три месяца мы готовили их в России, а потом на три недели отправили в крупнейшие высокотехнологичные центры мира, чтобы они погрузились в эту среду. Кстати, эти три компании, о которых я говорил, получили развитие после прошлогодней венчурной ярмарки. Они за год вышли на международный рынок благодаря в том числе и ярмарке. Казанская венчурная ярмарка стала базовым стимулом для того, чтобы компании развивались и выходили на рынок.

— В этом году ярмарка будет чем-то отличаться от предыдущих?

— В этом году казанская ярмарка будет совмещена с российской. Фактически в Казани вместе с юбилейной 10-й казанской будет проходить юбилейная 15-я российская венчурная ярмарка. Это станет центральным весенним мероприятием в венчурной отрасли страны. На сегодняшний день для участия заявилось около 100 компаний, но мы надеемся, что их будет порядка 300 - 400. На ярмарке они представят свои презентации потенциальным инвесторам.

В рамках ярмарки будут отобраны 40 компаний: 20 IТ-компаний и 20 — индустриальной направленности, с которыми мы продолжим работу. На самой ярмарке для этих компаний будут организованы презентации для инвесторов и технологических корпораций федерального уровня.

Кроме этой работы будет интересной конгрессная часть форума, на которой состоится обсуждение темы инвестиций, мировых трендов, открытых инноваций и т.п. Среди гостей ярмарки будет, пожалуй, весь свет российского венчурного рынка и инновационных структур, будет также много международных участников из разных стран.

Кстати, «Пульсар Венчур Кэпитал» входит в тройку лидеров компаний бизнес-акселераторов России. Мы намерены показать, каким может быть привлекательным Татарстан для стартапов из других регионов, чтобы он стал магнитом для привлечения лучших кадров, талантов. К сожалению, некоторые компании в Татарстане неконкурентны даже на российском уровне.

Казанская Венчурная Ярмарка. Презентация работы компании для официальных лиц
Казанская венчурная ярмарка. Презентация работы компании для официальных лиц

«НАДО ПОДТВЕРДИТЬ СВОИ КОМПЕТЕНЦИИ»

Победителям программы «Старт-1» ИВФ РТ навязывает подписание соглашения с вашей компанией на маркетинг, обучение и бизнес-сопровождение. Как вы можете прокомментировать эту ситуацию? (Марат, Борис С.)

— Речь идет о грантовой программе «Идея-1000». Сегодня это, пожалуй, единственная программа, которая финансирует идеи на ранней стадии. Ежегодно в программе участвуют порядка 300 проектов, из которых экспертным советом отбираются победители для материальной поддержки. Цель и задача этой программы — не просто выдать 1 - 3 миллиона рублей, а заложить в инноваторов основы коммерциализации проектов, чтобы они вышли на рынок. Очень важно, чтобы они думали о себе не как о руководителях научного процесса, а как о руководителях бизнеса, цель которых — коммерциализация проекта. К сожалению, в российских вузах практически не говорят о технологическом предпринимательстве.

В связи с этим лет пять назад организаторы конкурса — ИВФ РТ и московский фонд содействия — решили часть средств гранта направлять на формирование бизнеса компании: на маркетинг и бизнес-план компании, на понимание важности защиты своей интеллектуальной собственности, базовое обучение команды компетенциям для правильного восприятия возникающих вопросов. Для этого была разработана программа пакетного формата, которую наша компания предлагает грантополучателям. По большому счету мы являемся поддерживающей стороной этого конкурса, поскольку осуществляем сопровождение компаний и их работ для успешного развития, для привлечения последующих грантов.

Почему иногда возникают подобные критические вопросы? Знаете, это как вождение автомобиля: можно самому научиться водить, но ты обязан пройти через определенные курсы автошколы, сдать экзамен. Надо подтвердить свои компетенции, чтобы можно было выпускать на дорогу.

Конечно, стартапы и сами могут попробовать разобраться, что такое бизнес-план и маркетинговые исследования. Я уважительно отношусь к тем людям, с которыми мы работаем, но суть состоит в том, чтобы они получили компетентную поддержку, фактически инкубацию. Консалтинговые услуги, которые мы продвигаем на рынке под брендом SmartUP, являются востребованными и высококачественными. Мы первыми в России консалтинговую деятельность для стартапов сертифицировали по стандарту ISO 9001 и каждый год поддерживаем качество наших работ.

— Ваша поддержка — это обязательное условие программы?

— Да, уже когда компания заявляется на программу, им сообщается, что цель — не получение денег на их научную работу, а коммерциализация проекта. Честно говоря, уже многие развращены грантами, есть такие «грантоежки», которые получают деньги из разных источников и просто их «осваивают». Для Инвестиционно-венчурного фонда РТ это непозволительно, потому что его уставные цели и требования правительства другие. Цель — создание компаний, а это возможно только в том случае, если инноваторы меняются изнутри и эволюционируют в предпринимателей.

— А стоимость ваших услуг тоже определена организаторами конкурса?

— Да, и она не индексируется уже более пяти лет. Причем рыночная цена подобных услуг гораздо выше. Средства от этой деятельности не составляют даже малую часть от общего объема наших доходов.

Казанская Венчурная Ярмарка. Финал отбора проектов на Программу акселерации Pulsar Venture Capital для ИТ-компаний
Казанская венчурная ярмарка. Финал отбора проектов на программу акселерации Pulsar Venture Capital для IТ-компаний

ЧЕГО НАМ ВСЕ-ТАКИ НЕ ХВАТАЕТ?

— Почему при таком огромном количестве инфраструктуры и финансирования, доступного в Татарстане (IТ-парк, ИВФ РТ, ТП «Идея», наноцентр), у нас нет ни одного яркого миллионера, ставшего таковым в результате реализованного проекта в венчурной отрасли? И прорывного, яркого не видно. Чего не хватает? (Роман)

— В Татарстане есть долларовые миллионеры, которые заработали деньги на реализации своих инновационных решений и услуг! Просто реалии таковы, что российский бизнес не любит огласки. О том, что ты заработал миллион долларов, знают в определенном круге. А зачем об этом говорить всем? А информация о том, что в России и Татарстане сделаны большие вливания в создание инфраструктуры, идет по всем СМИ. Все понимают, что вложены деньги налогоплательщиков, поэтому ждут, когда же это даст результат.

Уверяю вас, и результат есть, и налоги платят, только об этом не говорят. Венчурные фонды не работают с теми компаниями, где зарплату платят в конвертах и получают серый доход, поэтому все наши компании максимально прозрачны. Просто не всем хватает терпимости и понимания, что мы способствуем довольно долгим процессам модернизации страны и республики для их перехода на новый уровень.

Еще не хватает интереса крупных промышленных предприятий к инновациям. А это очень важно! Ведь если ты сажаешь семя, плод затем должен кем-то срываться.

— Предприятия говорят, что им выгоднее купить технологии на Западе, чем вкладываться в местные проекты...

— Это следующая проблема. Дело в том, что основная масса компаний у нас представлена в стадии идей, а не готового продукта. Есть огромный разрыв между стадиями опытного образца и готовой серийной продукции. Конечно, предприятиям нужен продукт. Причем качественный продукт. В Татарстане много компаний именно ранних стадий, они еще не дошли до уровня серийного производства своего продукта. А те продукты, которые уже сделаны, зачастую не учитывают современные запросы глобального рынка.

Только недавно у нас в стране начали появляться системные результаты работы и яркие примеры. Недостаточно компетенций. Не хватает заказа на инновации со стороны государства и крупного бизнеса. Не хватает частных и государственных денег, а также программ, стимулирующих инвестиции частных инвесторов в компании на ранних стадиях (субсидии, государственные гарантии заказов и другого).

Например, в Сингапуре реализуется масса небольших инновационных проектов, на них есть большой спрос со стороны государства. Многие глобальные технологические корпорации активно ищут решения со всего мира и их интегрируют в себя, делая так называемый технологический брокеридж. Да, для развития компаний нужно время, но это ожидание может стать фатальным, если не запускать программы поддержки стартапов, чтобы они развивались с пониманием потребностей глобального рынка. У нас есть конкретные предложения, и мы готовы их обсуждать и применять.

«СТРАТЕГИЮ «ТАТАРСТАН-2030» СЧИТАЮ НЕЗАВЕРШЕННОЙ»

— Вы увидели место и роль «Пульсар Венчур Кэпитал» в стратегии «Татарстан-2030»? (Максимов П.А.)

— Однозначно, роль нашей компании в стратегии развития Республики Татарстан связана с развитием инновационной деятельности и человеческого капитала, с созданием технологической платформы. Мы не хотим уходить из Татарстана и намерены развивать центр нашего присутствия в городах республики, вносить вклад в развитие инновационной экосистемы, а также в развитие промышленности и экономики.

А вообще этот документ мне понравился, очень уважительно отношусь к его разработчикам. Тем не менее считаю стратегию незавершенной, потому что в ней не обозначены многие контексты, не все структуры, действующие в Татарстане, четко зафиксированы. Задано только некое облако возможностей. Хотя есть и много конкретики. Важно, чтобы это был рабочий документ и к реализации стратегии были привлечены ключевые игроки рынка.

В России остро встала проблема импортозамещения. Какой вклад в решение этой задачи вносит или может внести «Пульсар Венчур Кэпитал»? (Андрей Федоров)

— Сегодня, как никогда ранее, становится актуальной задача внедрения отечественных инновационных разработок в реальный сектор экономики. Понятно, что безопасность страны во многом складывается из технологической и информационной независимости и эффективности в любых макроэкономических условиях. В силу большой конкуренции с международными компаниями многие российские инновационные проекты сложно внедрялись в российскую промышленность. С одной стороны, это государственная задача, с другой — есть большой пласт конкретно бизнесовых задач, они заключаются в поиске проектов в области технологий, которые могут быть применены в реальном секторе. Поэтому я считаю, что импортозамещение как некоторое направление должно присутствовать, но при этом оно должно быть очень мудро выдержано.

Мы должны понимать, что импортозамещение возможно только на конкурентных технологиях, чтобы они были соответствующими международным стандартам. И только такие технологии надо внедрять. Если мы начнем внедрять технологии вчерашнего дня, то тем самым убьем свою промышленность. Я бы даже так сказал: надо не об импортозамещении говорить, а вести экспортоориентированную политику. Потому что, выявляя экспортоориентированный потенциал компаний, мы получаем продукт, который первым делом надо внедрить на предприятиях России.

— То есть горизонт надо отодвинуть: не просто импортозамещение, а экспортоориентированность?

— Да, любую технологию надо оценивать в сравнении с продукцией ведущих международных компаний. Мы должны понимать, как наша технология конкурирует на мировом рынке, и только тогда ее внедрять. И лучше, чтобы наша продукция не соответствовала, а превосходила по качеству мировые аналоги.

ИНДУСТРИАЛЬНЫМ СТАРТАПАМ НУЖНО БОЛЬШЕ ВНИМАНИЯ РЫНКА

— Это, наверное, только мечта?

— Это не мечта. Сегодня в России хорошо развиваются IT-компании, а индустриальные компании поддерживаются очень мало, им не хватает ни внимания, ни финансирования. При этом есть целый пласт проектов, готовый для коммерциализации. Я сейчас говорю не о трудах советских научных деятелей на полках библиотек или архивов, а про современных ученых и инженеров, продолжателей традиций советских научных школ, которые сегодня работают в университетах и на предприятиях.

В прошлом году мы реализовали крупную программу акселерации для индустриальных проектов, которую проводили в рамках полученного статуса оператора федерального конкурса Generation-S, организованного Российской венчурной компанией при поддержке других институтов развития, а также правительства Татарстана и правительства Москвы.

Мы проверили гипотезу наличия индустриальных проектов, готовых к коммерциализации. По всей России нами был проведен беспрецедентный по своим масштабам конкурс, в рамках которого прошли мероприятия в 11 регионах России, чтобы выявить стартапы в технологическом секторе и пригласить команды для совместной работы, а после этого вывести их на инвесторов. Конкурс шел в два этапа. Сначала мы провели мероприятия, чтобы собрать местных инноваторов, которые уже зарабатывают и пытаются внедрить свои проекты, но испытывают трудности. Мы просто разговаривали, проводили мастер-классы и приглашали в Казань на две недели, чтобы здесь они могли максимально поработать над своим продуктом и бизнес-стратегией. Мы собрали около 600 компаний! Затем мы провели дополнительные образовательные мероприятия и встречи с отобранными компаниями в Москве, Петербурге и Екатеринбурге, а 40 финалистов со всех регионов России пригласили на финальную программу в Казань.

— А как вы собирали этих инноваторов?

— В 42 регионах России у нас есть партнерская сеть: бизнес-инкубаторы, технопарки и университеты. Мы постарались выстроить системную работу с регионами. Регионы заинтересовались концепцией данного конкурса и поддержали нас. Мы одна из наиболее интегрированных в российские регионы компаний, которая считает, что основные точки роста инноваций и прорывных технологий сосредоточены не столько в столице, сколько в регионах нашей страны. Поэтому при проведении конкурса мы сделали акцент на регионы страны, на потенциальные точки роста. В первую очередь кроме Татарстана мы пошли в Самару, Уфу, Екатеринбург, Новосибирск, Томск, Иркутск, Краснодар, Нижний Новгород, Санкт-Петербург. И то, что мы сами из региона, позволило нам хорошо договариваться на горизонтальном уровне.

— И чего было больше — недоверия или облегчения от того, что их, наконец-то, нашли?

— Конечно, больше было недоверия, потому что 10 лет все говорят про инновации, а внимания к инновационным компаниям в индустриальном, высокотехнологичном секторе недостаточно. В лучшем случае говорят про айтишников, которые более молодые, мобильные и которых легче собрать. А в индустриальных компаниях работают более взрослые и осторожные люди, которые погружены в науку, в промышленность. И у них, конечно, присутствует недоверие.

КОНКУРИРОВАТЬ С МИРОВЫМИ ЦЕНТРАМИ, А НЕ С ОТСТАЛЫМИ РЕГИОНАМИ

— Собрали 600 компаний, и что дальше?

— С помощью экспертов мы из них отобрали 40 лучших. У половины этих компаний уже имелась выручка, у четверти выручка была более миллиона долларов по прошлогоднему курсу. Это были опытные ребята, которые просто доверились эксперименту, чтобы перейти на следующую ступень своего развития. В партнерстве с ИВФ РТ, Университетом Иннополис, КФУ, КНИТУ-КАИ и некоторыми промышленными предприятиями мы разработали и реализовали для них уникальную двухнедельную программу. А завершилось все демоднем, где компании презентовали себя перед инвесторами, в том числе зарубежными, а также представителями федеральных и республиканских промышленных предприятий. И часть компаний сегодня уже общается со своими потенциальными партнерами.

По результатам этой работы мы продемонстрировали рынку, что в России есть точки роста в индустриальных инновациях. У нас есть адекватные и перспективные молодые и более зрелые команды, которые готовы для того, чтобы справляться с вызовами сегодняшнего дня. И такие акселерационные программы нужны для того, чтобы начали инвестировать в проекты. Наша команда считает, что в России единственная возможность эффективно инвестировать в стартапы на ранних стадиях — это ее прохождение через акселерационные программы, во время которых можно реально оценить потенциал и продукта, и его авторов.

В чем состоит преимущество развития инновационных проектов в Татарстане по сравнению с другими регионами России? Существуют ли какие-то универсальные модели для создания инновационной инфраструктуры в регионе? (Тимур Ахметзянов)

— В Татарстане очень многое сделано, у нас, безусловно, уникальная экосистема. Но мы сравниваем себя с теми регионами России, в которых этого нет. Нельзя сравнивать себя с недостаточно эффективными в этом смысле регионами! Мы должны ставить себе задачи на уровне мировой планки и трендов, мы должны конкурировать с мировыми центрами. Татарстан надо позиционировать как единый вход для международного бизнеса на российский рынок. Ну и выход, соответственно. А для этого мы должны смотреться как смарт-элемент, в который попадаешь и сразу получаешь самое лучшее от российского рынка. Над этим сейчас очень активно работают президент республики и вся его команда. Но пока результат еще незавершенный.

БЕГ С ГАНТЕЛЯМИ

— На рынке Татарстана много компаний, подобных «Пульсару»?

— Прямой аналогии на сегодня нет. Есть инфраструктурные объекты, такие как технопарки, бизнес-инкубаторы, центры коммерциализаций, инжиниринговые компании, университеты. Они оказывают часть услуг для стартапов, но в большей степени это доступно только для своих резидентов и для тех, кто с ними связан. Мы не считаем, что одни на рынке, потому что сталкиваемся в Татарстане и в других регионах страны с конкуренцией московских, питерских и даже международных компаний. Это рынок, у которого нет границ. И это создает дополнительные стимулы для роста нашей экспертизы и совершенствования для обеспечения своей конкурентоспособности.

Где и как ваши сотрудники подтвердили свою компетентность? (Зуфар Фарукшин)

— Я часто говорю своим сотрудникам, что инновационный бизнес — это как бег с гантелями. Если научился бегать с гантелями, то без них будешь просто летать... Я горжусь командой «Пульсара», каждый член которой может успешно работать в любом венчурном фонде мира. Все настоящие профессионалы и бойцы. Основной состав команды — 13 человек, из которых два сотрудника работают за рубежом, два — в Москве, остальные — в Казани. Средний возраст наших сотрудников — чуть больше 30 лет. Все имеют опыт работы или в инвестиционно-банковской сфере, или на промышленных предприятиях, где занимались внедрением новых технологий.

Один из моих партнеров-заместителей работает в Москве (Сергей Митрофанов), а другой — в Кремниевой долине (Вэл Жердес). Это известные специалисты в венчурном бизнесе, их компетенции очень высокие. Все наши сотрудники на ведущих должностях, как правило, имеют и российское, и международное образование, знают иностранные языки, имеют опыт предпринимательской деятельности. Если судить по уровню задач, с которыми мы справляемся, то команда «Пульсара» — одна из лучших в России. Конечно, есть определенная органическая текучка и отсев кадров, но они в основном на уровне специалистов и менеджеров. Но все наши бывшие и нынешние сотрудники оказываются очень востребованными на рынке труда, что, я думаю, тоже является определенным показателем.

Что касается повышения компетенций сотрудников, то, честно говоря, находясь на рынке уже не первый год, мы учимся сами на себе в процессе работы над проектами. Кроме того, у нас есть партнеры — наши старшие товарищи в России и за рубежом, которые и методологически, и кейсами учат нас. Мы проводим внутренние обсуждения и семинары, изредка организовываем стажировки сотрудников в Кремниевой долине и Сингапуре. Запущена программа повышения компетенций специалистов в рамках президентской программы повышения управленческих навыков.

Неотъемлемой частью нашей команды является совет директоров, а также консультационный совет, в состав которого входят «иконы» венчурного инновационного бизнеса: Гай Кавасаки, Бил Райкерт, Кит Тиир, Дуглас Абрамс и другие. На регулярной основе мы с ними обсуждаем различные вопросы либо по Skype, либо встречаемся на международных форумах. Ну и, конечно же, мы чувствуем серьезную поддержку от наших стратегических партнеров — Инвестиционно-венчурного фонда РТ и Российской венчурной компании. Эти люди и партнеры нас очень «усиливают».

— Как давно и как часто вы читаете «БИЗНЕС Online»? Что думаете о нашей газете?

— «БИЗНЕС Online» я читаю регулярно и вижу динамику вашего профессионального роста. Считаю, на сегодняшний момент в Татарстане это уникальное информационное окно для освещения деятельности в области политики и бизнеса. Я думаю, вам стоит усилить информирование об инновационной деятельности, которая сегодня в Татарстане идет очень активно. К сожалению, пока в республике нет специализированного СМИ, которое освещало бы эту деятельность, и раздел на вашем сайте был бы вполне уместен и востребован. У вас есть драйв, есть команда, поэтому, считаю, вам стоило бы в этом деле поучаствовать. Освещая экономику Татарстана, вы выполняете очень важную задачу, но сегодня, мне кажется, вам имеет смысл наращивать компетенции и в области инноваций.

— Павел Васильевич, спасибо за интересный разговор. Успехов вам!

На правах рекламы

Справка

Павел Васильевич Королев родился 11 сентября 1982 года в Казани. Окончил Институт радиоэлектроники и телекоммуникаций и Институт экономики, управления и социальных технологий КГТУ им. Туполева (2005). Прошел повышение квалификации: Государственная академия промышленного менеджмента им. Пастухова (специалист по оценке бизнеса, 2009), Президентская программа подготовки управленческих кадров (инновационный менеджмент, 2012), Массачусетский технологический университет (США, коммерциализация инновационных проектов, 2013). Профессиональная аттестация: сертификат ФСФР серии 5.0 на право управления инвестиционными фондами (2011).

2005 - 2009 — менеджер инновационных проектов ОАО «ИПТ «Идея».

2006 - 2013 — советник директора, начальник отдела коммерциализации инновационных и венчурных проектов, начальник отдела управления проектами инвестиционно-венчурного фонда РТ.

С 2009 по настоящее времягенеральный директор группы компаний «Пульсар Венчур Кэпитал».

С 2011 по настоящее времячлен инвестиционного комитета посевного (венчурного) фонда Microsoft Russia (общественная работа).

2011 - 2013 — управляющий директор, член совета директоров международного венчурного фонда Volga Venture Partners (совместный фонд ИВФ РТ и РВК).

2012 - 2013 — вице-президент Российского ТехТура (общественная работа).

На правах рекламы

Печать
Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
[ x ]

Зарегистрируйтесь на сайте БИЗНЕС Online!

Это даст возможность:

Регистрация

Помогите мне вспомнить пароль

Подпишись на нас в Zen