Общество 
17.05.2015

«Интегральная война – это и экономика, и финансы, и привычное военное насилие»

Мы наблюдаем долговременное снижение эффективности национальных государств по сравнению с корпорациями

Вторая мировая война и Великая Отечественная война как часть ее — порождение уже ушедшей индустриальной эпохи. Мир в последние полвека заиграл новыми гранями, но не стал менее склонным к конфликтам. Ведущий аналитик НИЦ «Неокономика» Александр Виноградов считает, что нынешнее положение вещей можно назвать «интегральной войной» и описывает в статье для «БИЗНЕС Online» основные ее характеристики.

(фото: kremlin.ru)

ДИВНЫЙ НОВЫЙ МИР

Man has killed man from the beginning of time, and each new frontier has brought new ways and new places to die.

Why should the future be different?

ColonelCorazonSantiago

Идея этого текста возникла у меня примерно пару недель назад, за несколько дней до Дня Победы. Натолкнули меня на нее размышления о «гибридной войне», темы которой я уже слегка касался, имевшийся на тот период информационный поток, подавляющая часть которого была в той или иной форме посвящена 70-летию Победы, а также внимательное изучение ситуации с TTIP (Transatlantic Trade and Investment Partnership) — соглашением о трансатлантическом партнерстве, которое медленно, но весьма упорно разрабатывается и продвигается структурами ЕС и США. Наложилось это все на одно простое соображение: очередная годовщина Дня Победы являет собой, вообще говоря, воспоминание о горьком и тяжелом, но так же и великом и славном прошлом. Подчеркну еще раз — о прошлом. За окном, однако, настоящее, а впереди — будущее. О нем и пойдет сейчас речь. Увы, достаточно широкими мазками, ибо о каждом понятии, которого я коснусь в этом тексте, можно написать книгу, и, вероятно, не одну.

Для начала надо отметить, что Вторая мировая война и Великая Отечественная война как часть ее — порождение индустриальной эпохи. Я не буду сейчас вдаваться в детали, подробно описывая ее характеристики, особенности и детали, тем более что описание этой сущности сейчас нужно лишь в военном разрезе. Отметим лишь, что:

  • ключевыми геополитическими акторами индустриальной эпохи являются национальные государства, которые как исторический феномен достигли, фактически, вершины развития — вместе с пиком индустриальной эпохи;
  • для индустриальной эпохи характерными являются массовые армии, формирующиеся на основе призыва;
  • наиболее крупные и мощные акторы в существенной степени автаркичны, трансграничная торговля не является для них сколько-нибудь критичной в кратко- и среднесрочной перспективе.

Особенность текущей ситуации в том, что индустриальная эпоха — в этом понимании — уходит в прошлое. Можно сказать, уже ушла. Речь, конечно же, не об опасностях бездуховного постмодерна (о которых любят вещать морализаторы всех видов и сортов) и поиске выхода из «постмодернистского тупика», да и не об отказе от промышленности — в конце концов, энергетика и материаловедение были и остаются основами всей человеческой цивилизации. Я говорю об изменении как таковом, мир в последние полвека заиграл новыми гранями — достаточно посмотреть на резко возросшую роль мировой торговли.

Но этот самый изменившийся мир отнюдь не стал более мирным. Менее склонным к конфликтам в самом широком понимании этого слова. Здесь можно порассуждать о том, что уже более века как на Земле не осталось неоткрытых территорий, соответственно исчезла принципиальная возможность обогатиться и усилиться за счет прямой и привычной экспансии, остался лишь путь сделать это за счет ближнего своего. При этом экспансия в космос крайне дорога при неочевидных выгодах. Для сравнения: трехлетняя кругосветка Фернандо Магеллана принесла 6000% прибыли, несмотря на гибель четырех из пяти кораблей эскадры и смерть самого Магеллана. Это все не имеет значения, важно то, что конфликт остается спутником человека, более того, он как сущность усиливает свое влияние на поведение человеческого социума. Мировые защитные механизмы, выработанные социумом индустриальной эпохи, не сработали: Лига Наций не выдержала межвоенных напряжений, а точно такая же индустриальная ООН стремительно теряет свое влияние. Конфликт как сущность будет жить и расти дальше. Но важно понимать, что он тоже меняет свою форму в полном соответствии с эпохой.

6 ПРИЗНАКОВ ИНТЕГРАЛЬНОЙ ВОЙНЫ

Здесь и далее мне хотелось бы отойти от использования термина «конфликт». Он слишком широк для целей настоящего изложения, кроме того, подтекст «насилие» в этом термине, на мой взгляд, достаточно слаб. Вброшенная несколько месяцев назад и помянутая выше «гибридная война» тоже, на мой взгляд, не очень удачный термин. Лучшим же вариантом мне представляется использование понятия «интегральная война».

Итак, интегральная война. Ниже я попробую отметить признаки, характерные для нее.

Во-первых, интегральная война является тотальной. Она идет во всех сферах жизнедеятельности враждующих акторов (о сути их чуть ниже). Интегральная война — это и экономика, и финансы, и привычное военное насилие, и дипломатическое давление, и раскол среди союзников, и подкуп, и поддержка подрывных элементов, и так далее и тому подобное. Фактически, можно говорить о том, что «война — это мир». Предложенный Оруэллом оксюморон воплощается в реальность. При этом не имеет значения конкретный casus belli для такой войны; он есть всегда, это сам факт наличия ближнего своего, обладающего тем или иным ресурсом, богатством или влиянием.

Во-вторых, интегральная война совершенно не обязательно является явной. Очевидно, тот, кто не понимает, что против него ведутся боевые действия в рамках интегральной войны, дает противнику(ам) существенную фору. Соответственно, объявление войны — в привычном за века понимании — будет означать лишение себя этого преимущества, и «Иду на вы» остается лишь в книгах по истории, «средь оплывших свечей и вечерних молитв».

В-третьих, уходит в прошлое привычно-индустриальное сугубо военное насилие, с его тотальностью и, что характерно, абсолютной понятностью. Военное насилие, столь характерное для всех веков человеческой истории, начиная с дошумерских времен и заканчивая войной во Вьетнаме, становится лишь одним из инструментов в рамках войны интегральной. Отсюда следует дозированность применения прямого военного насилия — ровно столько, сколько надо и только там, где необходимо; особо отмечу, что из этого не следует, что для жертвы военного насилия его станет меньше. Английский военный теоретик Бэзил Генри Лиддел Гарт в своем труде «Стратегия непрямых действий» (Strategy: The Indirect) использовал чеканную формулировку: «Цель войны — добиться лучшего, хотя бы только с вашей точки зрения, состояния мира после войны» (The object in war is a better state of peace — even if only from your own point of view); фактически, она доводится до уровня «выгоды от применения военного насилия должны превышать его стоимость». Кстати говоря, книга эта была выпущена в 1957 году, когда контуры «дивного нового мира», совсем не того, что у Хаксли, уже начали просматриваться сквозь сталь дредноутов.

В-четвертых, из предыдущего пункта прямо вытекает аутсорсинг услуг прямого военного насилия. Это то, что мы сейчас отчетливо видим на практике, ибо такой аутсорсинг есть не что иное, как мощнейшее развитие ЧВК, которые и предлагают всем заинтересованным лицам услуги прямого военного насилия: от переворотов в банановых (и не только) республиках до сопровождения судов и охраны газопроводов при помощи БПЛА. Но ЧВК, по сути, есть реинкарнация наемных отрядов прошлых времен; спираль Гегеля дает о себе знать.

В-пятых, актором интегральной войны может быть кто угодно. Мы привыкли к тому, что войны ведутся между государствами, подавляющая часть которых относится к национальным, но это все уходит в прошлое. Актор — тот, у кого достаточно ресурсов, не более и не менее. Кстати говоря, весьма эффективными акторами, обладающими целым рядом преимуществ, являются порожденные государствами спецслужбы; здесь можно вспомнить про курируемую ЦРУ трансграничную наркоторговлю.

Наконец, в-шестых, надо отметить, что акторы интегральной войны могут меняться под ее воздействием, причем весьма радикально. Данный тезис, очевидно, требует пояснения, и здесь как раз является очень любопытной история с TTIP.

МАНДАТ ДЛЯ КОРПОРАТИВНОГО ГРАБЕЖА В ОБХОД ДЕМОКРАТИЧЕСКИХ ПРОЦЕДУР

Сам по себе этот договор посвящен желаемому взаимному снижению барьеров проникновения на рынки сбыта, равно как и уменьшению масштабов регулятивных мер. Но вокруг этих переговоров наворочено очень много лоббистской деятельности, в результате чего, с точки зрения европейской общественности, вся эта затея начинает «дурно пахнуть». Еврокомиссия предлагает создать в рамках TTIP Совет сотрудничества в области регулирования в качестве постоянной структуры. Существующему и будущему регулированию в Европе в этом случае придется проходить через ряд изучений, диалогов и переговоров, что приведет к рутинному принятию решений без «демократического контроля», как это (в теории) привычно в Европе. Такого рода «взаимное признание стандартов», «сокращение нетарифных барьеров» и так далее будет для Европы означать принятие американских стандартов во многих областях, в том числе это в вопросах продовольствия и сельского хозяйства; фактически, здесь речь об экспансии американских ГМ-продуктов на европейский рынок. При этом компаниям, инвестирующим в Европу, будет позволено обходить локальные европейские суды в тех аспектах, когда они считают, что законы в области общественного здравоохранения, экологической или социальной защиты мешают получению прибыли. В свою очередь, компании ЕС, инвестирующие в США, будут иметь те же привилегии, что американские, но этот позитив мало вдохновляет европейского обывателя. Наиболее громкие обозреватели прямо утверждают, что «TTIP является мандатом для корпоративного грабежа, в обход демократических процедур и эрозии прав простых людей и национального суверенитета. Он представляет собой программу про-приватизации, которая бы утвердила привилегии самых мощных мировых корпораций за счет простых людей».

Фактически, можно наблюдать уже долговременное снижение эффективности национальных государств по сравнению с корпорациями — и о наступлении таковых во имя, очевидно, прибылей. Речь, таким образом, уже не об устаревшем (в таком понимании) лоббизме, но о прямой (а не завуалированной) интеграции корпораций и государств, бизнеса и чиновного слоя, с порождением в конечном итоге чего-то нового. Детализация этой формы государственной (государственной ли?) власти (кто сказал «корпоратократия»?) пока еще не ясна. Нельзя, однако, не отметить, что этот процесс естественен, исходя из наблюдаемой в живой реальности взаимной трансформации денег и власти.

Наверное, хватит пока. Думается, где-то на этом моменте уже хочется попробовать приложить описанные сущности и тренды к ситуации в современной России, но я не буду этого делать. Современная Россия есть функция от Владимира Путина, и прикладывать надо к нему, что, очевидно, лишено смысла, поскольку «план Путина — спасение Путина», не более и не менее. Но вполне можно поразмышлять о том, насколько легионы танков помогли Советскому Союзу в 1991 году....

Печать
Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Комментарии (15) Обновить комментарииОбновить комментарии
  • Анонимно
    17.05.2015 09:57

    кстати говоря о ЧВК . в пределах нескольких тысяч ЧВК группы Вэнгард уже расквартированы во всей Тюменской области , в Коми и в Приморье , они охраняют труд бизнес и просто отдых известных всему миру газонефтесервисных конторок. заходят эти ЧВК с порта Сабетта что в ЯНАО .

  • Анонимно
    17.05.2015 10:16

    Про имитацию выбора прям в точку написали. Получается, и видимо так и есть, ЧВК могут вести военные действия на территории любой страны. Информационная война, это подготовка плацдарма, одобрение жителей, подготовка их к "назревшим изменениям", что в конечном счете является обычной морковкой. Изменения происходят для тех кто заказывает музыку, под которую ужинают выбранную страну. По этому сценарию, любая группа лиц, обладающих финансовыми и медиа ресурсами, могут интегрироваться в экономику любой страны. Или я добросовестно заблуждаюсь? Сергей.

    • Анонимно
      17.05.2015 13:59

      Вы совершенно правы. Только не любая группа лиц могут интегрироваться в экономику любой страны, а только международные проектные корпорации, которые уже приходят на смену ТНК.

  • Анонимно
    17.05.2015 11:47

    Россия как единая ТНК выглядит очень даже интересно

    • Анонимно
      17.05.2015 14:02

      Только жаль, что эпоха ТНК завершается и наступает эпоха МПК -международных проектных консорциумов, а с этим у нас большие проблемы.

      • Анонимно
        17.05.2015 14:46

        Эксперты МСВТШ и МИСИР на основе многолетних исследований и построений "дорожных карт" формирования многих МПК показали, что МПК включают в себя международные Ассоциации ведущих университетов мира, научных и технологических парков, центров проектирования и прототипирования, консорциумы и кластеры новых секторов экономики, которых принято называть создателями кибер-физических систем, а также новых производственных авоматизированных безлюдных заводов.

      • Анонимно
        18.05.2015 09:13

        Если бы не погиб ректор МГУ Рем Викторович Хохлов эпоха МПК наступила бы для СССР в далёком 1975 году.

  • Анонимно
    17.05.2015 19:38

    В этом случае можно создавать на основе различных бизнес ассоциаций МПК.

  • Анонимно
    17.05.2015 23:57

    Интересно, как всего три последних предложения в статье превращают объективную аналитику в довольно навязчивую агитку.

Оставить комментарий
Анонимно
Все комментарии публикуются только после модерации с задержкой 2-10 минут. Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария. Правила модерирования
[ x ]

Зарегистрируйтесь на сайте БИЗНЕС Online!

Это даст возможность:

Регистрация

Помогите мне вспомнить пароль