Общество 
27.07.2017

«Больной 20 лет сидел в коляске. Теперь есть надежда, что он сможет пойти сам»

Инвестиционно-венчурный фонд РТ поддержал революционный проект казанского профессора, способный научить двигаться самостоятельно даже лежачих пациентов

На Международном конгрессе MOVEMENT в Оксфорде доклад казанского профессора Валиды Исановой о разработанном ею нейро-ортопедическом костюме РПК «Атлант» произвел настоящий фурор. О том, почему диагноз ДЦП не приговор, как научить лежачего больного ходить и почему костюмы авторства заслуженного врача РТ пользуются огромной популярностью за рубежом, но мало востребованы на родине, — в интервью Валиды Исановой.


«ПОСЛЕ ОШЕЛОМИТЕЛЬНОГО УСПЕХА НАЧАЛОСЬ МАССОВОЕ ПРОИЗВОДСТВО»

— Валида Адимовна, в 2012 году сразу несколько федеральных каналов сняли сюжет о вашем изобретении — нейро-ортопедическом костюме РПК «Атлант». Что изменилось с тех пор, удалось ли как-то совершенствовать костюм или, может, вывести на рынок новую модель?

— Пока нейро-ортопедический костюм РПК «Атлант» существует только в одной модификации, которая была разработана мной еще в 2002 году. Если быть точнее, то прототипом для создания «Атланта» был костюм ВКК6, который выпускала компания ЗАО «НПО «Динафорс».

Их костюмы, правда, имели совсем другое значение и применялись в авиации. Но именно та система по улучшению кровообращения головного мозга при полетах у пилотов, которая в них применялась, заинтересовала меня.

— А в чем принцип работы вашего костюма и на кого он рассчитан?

— Костюм «Атлант» предназначен для реабилитации неврологических больных с двигательными нарушениями вследствие черепно-мозговой травмы, острого нарушения мозгового кровообращения, повреждения позвоночника и спинного мозга, детского церебрального паралича (ДЦП), а также при заболеваниях опорно-двигательной системы.

Костюм выполнен в виде плотно облегающего комбинезона, в котором имеются натяжные устройства — надуваемые насосом трубчатые камеры, расположенные вдоль конечностей и туловища по ходу мышц-антагонистов.

— Камеры накачиваются воздухом?

— Да. Наполненные воздухом, камеры натягивают оболочку костюма, создают посегментарное обжатие мышц туловища и конечностей, что активизирует проприорецепторы, усиливается афферентация, и мощный поток импульсов активизирует центральную нервную систему. Это обеспечивает нейрофизиологические условия для удержания позы с последующей перестройкой систем супраспинального двигательного контроля на более близкое к норме физиологическое состояние.

Достигнутый таким способом корсет обеспечивает удержание вертикальной позы, корригируется правильная осанка, формируется физиологический изгиб позвоночника, осуществляется физиологическое ортезирование конечностей.

У больного появляются способности к передвижению, удержанию позы, улучшаются дифференцированные движения, восстанавливается иннервация артикуляционного аппарата. Более того, даже улучшается речь.

— Это доказано на практике?

— Все доказано. Исследования я начала проводить еще в 1995 году. Но, к сожалению, по различным причинам, в том числе и финансовым, долгое время не имела возможности продвигаться дальше. И если бы меня не поддержал глава ЗАО «НПО «Динафорс» Андрей Аверьянов, костюм «Атлант» мог и вовсе не появиться.

Благодаря Аверьянову сшили первый костюм с учетом сегментарных особенностей в начале 2000-х. Провели исследования на конкретных людях и получили ошеломительный успех. После этого компания «Динафорс» начала массовое производство костюма.

«САМОЕ ГЛАВНОЕ — НЕ КОСТЮМ, А ЛЕЧЕНИЕ»

— Учитывая столь ошеломляющие результаты, наверное, костюмы были востребованы?

— К сожалению, нет. И в чем причина слабого спроса, мне не ясно. Мы неоднократно ездили на различные конгрессы, форумы, мероприятия. Проводили мастер-классы в различных медицинских учреждениях и так далее. Но спрос оставлял желать лучшего. Покупали в основном только частные лица...


— Может, их пугала стоимость?

— Вряд ли кого-то может напугать сумма в 42 тысячи рублей за костюм при таком результате... Нет, дело определенно не в стоимости, а в том, что в нашей стране нужно, видимо, иметь очень серьезный «вес», чтобы о твоей технологии знали все.

— Вы патентовали свое изобретение?

— Безусловно. Причем есть и международный патент на изобретение. И, что не менее важно, интерес из-за границы. Активно поступают заказы из стран СНГ. Львиная доля костюмов уходит в Эстонию, Польшу, Астану. Недавно украинцы закупили сразу 200 костюмов.

— Сколько костюмов в год вы продаете?

— Около тысячи.

— А сколько людей нуждающихся в реабилитации двигательных функций и с диагнозом ДЦП?

— Очень много. Только в Казани примерно 4 тысячи детей с диагнозом ДЦП. А если углубиться в мировую статистику, то сегодня примерно каждый десятый ребенок рождается с этим страшным заболеванием. Это мы не говорим про неврологических больных с двигательными нарушениями вследствие черепно-мозговой травмы, острого нарушения мозгового кровообращения, повреждения позвоночника и спинного мозга.


— Костюмы «Атлант» универсальны? Они используется для лечения как детей, так и взрослых?

— Костюмы имеют стандартную линейку размеров и подходят как детям, так и взрослым. Но самое главное не костюм, а лечение! То есть все должно быть под четким наблюдением специалиста.

Для тяжелых больных курс лечения составляет три-четыре месяца, при этом с продолжением курсов на дому, в том числе при помощи костюма «Атлант». У нас есть больной, который 20 лет сидел в коляске. Сейчас мы им начали активно заниматься, и он, я надеюсь, сможет уже через год встать с коляски и производить манипуляции руками. Я пока не уверена, что он сможет ходить, но надежда есть. А если бы мы не начали им заниматься, он не смог бы даже сидеть.

— Есть определенная методика, по которой надо проводить лечение?

— Безусловно. И в большинстве случаев я готова бесплатно обучать персонал медицинских учреждений. У меня разработана конкретная программа по реабилитации. Но меня, если так можно выразиться, не выпускают на арену... Нельзя забывать, что ниша, в которой я работаю, достаточно конкурентная.

«Я БЕРУСЬ ЗА САМЫХ ТЯЖЕЛОБОЛЬНЫХ. У НИХ ВСЕГДА МЕНЬШЕ ШАНСОВ»

— У вас много реальных конкурентов?

— Есть различные изобретения, которые широко применяются, но я не могу их похвалить. И дело не в банальной конкуренции, а в том, что костюмы с механическим воздействием не позволяют пациенту тренировать мышечную память. Он может активизировать подвижность суставов и может дать какую-то пользу только для ходячих. А лежачему он не поможет.

А в мировой практике доказано: только активные движения, которые совершает больной, способствует развитию мышечной памяти. Если за него движения делает техническое средство, то сокращения мышц не будет. Тем не менее медленно но верно люди стали лучше разбираться и поняли, что костюм «Атлант» эффективен.

— Несмотря на жесткую конкуренцию, вам удается как-то улучшить свои позиции на рынке?

— Я не думаю о рынке с точки зрения прибыльности. Мне хочется, чтобы моим продуктом пользовались, потому что он эффективен. Это не голословное заявление. Помимо исследований есть и другие признания. Например, мне удалось стать лауреатом программы инновационных проектов «Идея 1000» Инвестиционно-венчурного фонда Республики Татарстан.

— Как вы узнали о существовании ИВФ? Легко далась победа?

— Победа далась с трудом и не с первого раза. Сначала я не могла толком подготовиться к защите проекта, следовательно, жюри не могло понять, что мы собой представляем. Первая попытка завоевать грант была в 2005 - 2006 году — неудачно. И только после того как в нашу команду попал человек, который правильно спозиционировал продукт, нам удалось стать лауреатами в 2016 году. Я уверена, что ИВФ — отличная площадка для начинающих предпринимателей, которым нужен финансовый толчок для реализации проекта.

— Недавно вас приглашали на медицинский форум в Оксфорд выступить с докладом. О чем было ваше выступление?

— Это был Международный конгресс MOVEMENT1, который проходил в Оксфорде с 8 по 11 июля. Хочу подчеркнуть, что выступление вызвало очень большой резонанс! Я рассказывала про костюм «Атлант» и методики лечения. Иностранные коллеги слушали внимательно, и многие попросили контакты, чтобы продолжить сотрудничество позже.

Кстати, во время обмена опытом с зарубежными специалистами я выяснила, что они иначе работают с тяжелыми больными, которые не могут держать позу. Они просто за ними следят, помогают есть, передвигаться и так далее, но не более. Меня это удивило. Я, наоборот, в основном берусь за самых тяжелых больных, потому что у них всегда меньше шансов и жизнь сложнее.

На правах рекламы

В переводе с англ. языка — «движение».

На правах рекламы

Печать
Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
[ x ]

Зарегистрируйтесь на сайте БИЗНЕС Online!

Это даст возможность:

Регистрация

Помогите мне вспомнить пароль