Общество 
12.02.2018

Александр Кананадзе: «Мы создаем и укрепляем инфраструктуру – у нас долгосрочные цели»

Инфраструктурное объединение двух страховщиков — «Опоры» и «НАСКО» — дало поразительный синергетический эффект

В сентябре 2017 года у одной из крупнейших региональных страховых компаний Поволжья «НАСКО» произошла смена собственников. На тот момент компания испытывала финансовые трудности, и ее покупка федералами многими воспринималась неоднозначно. О том, как сейчас обстоят дела у компании, смогла ли она преодолеть финансовые трудности, какие задачи стоят перед страховщиком, и о многом другом — в интервью с Александром Кананадзе, членом совета директоров АО «НАСКО».

«НАМ УДАЛОСЬ СДЕЛАТЬ НЕВЕРОЯТНО МНОГО»

— Александр, мы с вами встречались в октябре прошлого года, тогда вы рассказывали о планах по развитию компании. Удалось ли выполнить запланированное?

— Учитывая, что с момента нашей встречи прошло всего 3,5 месяца, включая практически двухнедельные новогодние каникулы, то за этот очень маленький срок, с точки зрения принятия антикризисных мер, считаю, нам удалось сделать невероятно много. Прежде всего мы стабилизировали финансовое положение АО «НАСКО». В компанию были инвестированы как денежные средства, так и активы, в том числе за счет передачи прибыльного не моторного страхового портфеля страховой компании «Опора» на общую сумму больше 1 миллиарда рублей. Инфраструктурное объединение двух страховщиков «Опоры» и «НАСКО», как мы и предполагали, дало поразительный синергетический эффект. За беспрецедентно короткий срок, всего за 2,5 месяца, в компании была внедрена ERP-система. Это значит, что 3,5 тысячи штатных сотрудников и агентов компании, работающих в разных регионах, были подключены к единой IТ-платформе, прошли обучение и с 1 января уже активно работают в ней, выписывая полисы, проводя урегулирование убытков и т. д. Это уникальный опыт и событие на страховом рынке. Мы единственные, кому удалось сделать это без остановки основной деятельности. Мы еще и перевыполняем планы — увеличили в два раза объем страховых сборов по итогам четвертого квартала 2017 года. Общий объем страховых сборов за 2017 год составил более 4,1 миллиарда рублей. За январь 2018 года бизнес-план выполнен более чем на 120 процентов. И это лишь один из ярких примеров, наглядно демонстрирующий высокий уровень менеджмента компании. Сейчас идет активное развитие филиальной сети, в том числе за счет дигитализации. Функции непродающих подразделений сокращаются, что повышает эффективность работы компании и приближает «НАСКО» к лидерам на страховом рынке.

— Какой экономический эффект от таких действий?

— По нашим расчетам, экономия только от внедрения ERP-системы составила почти 15 процентов. Согласитесь, это отличный результат, и, самое главное, — это не предел.

«ТОЛЬКО ЗА ЯНВАРЬ ДОБРОСОВЕСТНЫМ КЛИЕНТАМ БЫЛО ВЫПЛАЧЕНО 100 МИЛЛИОНОВ РУБЛЕЙ»

— На днях в СМИ прошла информация о том, что акционеры «НАСКО» приобрели региональную страховую компанию «Ангара», львиная доля портфеля которой составляет «токсичное» ОСАГО. В планах приобретение и других компаний. В то время, когда страховщики сокращают автогражданку, которая вгоняет их в убытки, вы, наоборот, наращиваете ее долю. Почему?

— В пятницу, 2 февраля, сделка по приобретению страховой компании «Ангара» была завершена. И мы уже активно оказываем ей помощь в борьбе с мошенниками в регионах, спасая от будущих убытков. Специфика нашего бизнеса прозрачна и понятна. Приобретая по сути дефолтные компании, мы переводим их эффективных сотрудников в «НАСКО» и формируем команду, отлично знающую свой регион. Мы помогли команде «Ангара» сохранить бизнес, сохранить команду, сохранить доверие клиентов, с которыми компания продолжит работать, но уже под брендом «НАСКО». Что касается финансовой устойчивости «НАСКО», то она будет только улучшаться за счет передачи и пролонгации прибыльных клиентов из приобретаемых компаний и портфелей. У «НАСКО» сегодня половина клиентов по ОСАГО продлевают сотрудничество с компанией, и это не может не радовать.

— А с «токсичным» бизнесом как будете бороться?

— Не секрет, что убыточные клиенты в большинстве случаев — мошенники. С ними у нас отдельный разговор. Мы тщательно проверяем каждый убыток и открыто заявляем, что мошенникам мы не платим. Что касается добросовестных клиентов, то только за январь было выплачено 100 миллионов рублей.

К сожалению, так устроено прямое возмещение убытков (ПВУ), когда потерпевший при ДТП обращается в свою страховую компанию за их возмещением. Это вынуждает нас работать с недобросовестными людьми в отдельной компании, которая на этом специализируется. Стало уже нормой, когда в страховые компании обращается физическое лицо и заявляет тысячи убытков из разных регионов! Можете себе представить? При этом он старательно скрывает свои персональные данные и получает деньги не на свой счет клиента, а на счета подставных лиц. Очень сложно назвать этих людей пострадавшими. Конечно, мы таких мошенников выявляем, возбуждаем уголовные дела. А когда информация доходит непосредственно до клиента, то он даже и не знает, что от его имени кто-то обращался в компанию. И таких случаев, когда приносят тысячи заявлений об убытках по ОСАГО, десятки. Мне известно про группу лиц, у которой на руках исполнительные листы одной крупной страховой компании на 500 миллионов рублей. Они выкупили их у пострадавших клиентов по доверенности за полцены и теперь пытаются получить в разы больше с этого страховщика.

— Вы сейчас говорите о так называемых автоюристах?

— Да. Речь идет об автоюристах, которые злоупотребляют правом. Автоюрист вправе воспользоваться страхованием и получить выплату по ущербу, но может на нем заработать при определенных обстоятельствах, которые дает ему законодательство. Поэтому автоюристы бросились зарабатывать деньги на страховщиках. Из-за этого название уважаемой профессии «автоюрист» обесценилось и стало жаргоном. Судите сами: когда сумма основного ущерба составляет 30 тысяч рублей, а сумма выплат — 200 тысяч, то очевидно, что основная цель человека не покрытие ущерба, а способ заработать на страховании. Страхование не должно работать с теми, кто зарабатывает. Страхование — это покрытие ущерба при страховом событии, но никак не обогащение клиента за счет страховой компании. Поэтому наша позиция остается прежней, и мы будем бороться с автоюристами, будем активно возбуждать уголовные дела. Кстати, из ряда регионов нам приходит информация о том, что автоюристы, работающие там, узнав о том, что служба безопасности СК «Опора» теперь работает в «НАСКО», переключились на другие компании.

«МЫ ИНВЕСТИРУЕМ НЕ ТОЛЬКО В РАЗВИТИЕ КОМПАНИИ, НО И В РАЗВИТИЕ ТАТАРСТАНА»

— И все-таки, проводя агрессивную политику по сделкам M&A, вы очень сильно рискуете…

— Чем? В отличие от схем, которые проворачивают на страховом рынке мошенники, скупающие компании, выводящие активы и оставляющие клиентов ни с чем, мы действуем исключительно в правовом поле. Все сделки прозрачны и проводятся в денежной форме. У нас очень жесткая селекция. Лимит выдачи партнерам — 500 бланков. Это означает, что риск сильно диверсифицирован. Мы занимаемся продажами, развиваем клиентский сервис, расширяем региональную сеть, мы вкладываем инвестиции в компанию, мы усиливаем команду эффективным менеджментом. В отличие от компаний, ушедших с рынка, «НАСКО» выполняет свои обязательства перед профессиональным сообществом по ПВУ, по суброгации, держит необходимые неснижаемые депозиты в НССО — Национальном союзе страховщиков ответственности и РСА — Российском союзе автостраховщиков на сумму более 200 миллионов рублей по СК «Опора» и около 400 миллионов — по «НАСКО». Компания находится во 2-й группе устойчивости РСА, что является очень хорошим показателем. «НАСКО» активно работает и развивается, я не прячусь, а веду открытый диалог с вами. Если бы «НАСКО» сегодня испытывала какие-то проблемы, то, уверяю вас, в компании давно бы работала временная администрация из Центробанка. У ЦБ есть абсолютно все инструменты по выявлению проблемных компаний, чтобы обеспечить устойчивость финансового рынка и отделить мошенников от немошенников. Как известно, бескомпромиссность ЦБ вынудила уйти с рынка более 150 неэффективных страховых компаний за два года.

— Какие у вас планы по дальнейшему развитию?

— Мы не стремимся стать лидером номер один на страховом рынке и взорвать продажи. У нас весьма консервативные планы. Мы улучшили качество активов, практически в 1,5 раза сократив активы, которые были представлены недвижимостью. Мы продолжим проводить политику по жесткой селекции. Словом, мы решаем проблемы классическим путем, оптимизируя и увеличивая эффективность компании. Сейчас создаем в Казани операционный центр по урегулированию убытков, отдельно — операционный центр обработки полисов на 70 рабочих мест. А это, поверьте мне, большие инвестиции. Причем мы инвестируем не только в развитие компании, но и в развитие Республики Татарстан, создавая рабочие места и выплачивая налоги по месту нахождения компании. Мы создаем и укрепляем инфраструктуру, а это значит, что у нас долгосрочные цели.

На правах рекламы

Печать
Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
[ x ]

Зарегистрируйтесь на сайте БИЗНЕС Online!

Это даст возможность:

Регистрация

Помогите мне вспомнить пароль