Культура 
7.03.2019

Руслан Герасимов, Paradox: «Если нужна энергия – иди в любительский театр»

Руководитель первого авторского театра в Челнах о том, почему если в пьесе нет мата, то она не котируется

«Куда должны ходить подростки в 14 лет? На «Чиполлино» и «Бабу-Ягу» не пойдут, а «Горе от ума» их вряд ли заинтересует», — считает руководитель театра Paradox Руслан Герасимов. Репетируя в Пушкинском лицее и выступая на сцене татарской драмы, театр пытается раскрыть в своих постановках актуальные молодежные проблемы. В интервью «БИЗНЕС Online» Герасимов рассказал о том, как сам начал писать пьесы и что должен донести до зрителя современный театр.

Руслан Герасимов — руководитель театра Paradox

«В КАКОЙ-ТО МОМЕНТ Я ПОНЯЛ, ЧТО МОЕ ПРЕДНАЗНАЧЕНИЕ — ЭТО ТЕАТР»

— Руслан Николаевич, вы являетесь идейным вдохновителем первого в городе авторского театра, в котором вы исполняете роль и актера, и режиссера, и декоратора. Расскажите, как вы пришли к театральной деятельности?

— Я родился в Свердловской области в небольшом шахтерском поселке Буланаш. В детстве творчество меня не сильно интересовало, как настоящий мальчишка я увлекался спортом. Но где-то в классе 10-м у меня появилось желание поступить в театральный институт. Я самостоятельно подготовил вступительную чтецкую программу и поехал поступать в Екатеринбург в государственный театральный институт, мастерскую Всеволода Кокорина. В то время он был главным режиссером ТЮЗа, и, помимо учебы нам, студентам, удавалось выступать на профессиональной сцене. Помню, как нелегко мне это давалось: в школе я учился в физико-математическом классе.

— Как вы оказались в Набережных Челнах?

— После окончания института в Екатеринбурге я ушел в армию, а уже потом решил переехать в Челны. Причиной моего переезда стала любимая девушка. К городу быстро привык, мне он нравится своей широтой, чистотой и обилием зелени. На самом деле, все познается в сравнении. Мой выбор был очевиден. После переезда сюда, в театре работать я не захотел из-за небольшого заработка, честно говоря. Был занят некоторое время в других направлениях. Но, как говорится, себя не обманешь, и в какой-то момент я понял, что мое предназначение — это театр.

— Наверное, тогда решили пойти в «Мастеровые»?

— Нет, как раз туда я не хотел идти. Бывал на их спектаклях в 2008 году, и мне показалось, что уровень там совсем провинциальный по сравнению с Екатеринбургом. От этого никакого восторга не было. Решил попробовать себя в детской педагогике — в театре моды «Отражение». Опыта работы с детьми  не было, но было сильное желание в этом преуспеть. И так потихоньку все закрутилось и завертелось. Уже через год удалось поставить свой первый спектакль «Маленький принц» по известному произведению Антуана де Сент-Экзюпери. Потом я начал работать на базе школ, в частности в школе №34, там уже набирались профессиональные труппы, и мы ставили довольно-таки серьезные постановки. Например, в 2014 году нам удалось поставить два мюзикла — «Тетрадь на скамье», который мы несколько раз показывали в концертном зале имени Сары Садыковой, и спектакль «Зеленая лампа». На тот момент меня пригласили в качестве режиссера в Пушкинский лицей, у него есть традиция каждый год ставить по четыре спектакля. Постановки всегда тематические, приуроченные к праздничным датам. Через год на базе этого лицея я уже набрал свою первую театральную труппу, и мы с ребятами выпустили спектакль «Яндекс знает…» по моей пьесе.

«ЕСЛИ В ПЬЕСЕ НЕТ МАТА, НЕТ ГОМОСЕКСУАЛИЗМА, ОНА НЕ КОТИРУЕТСЯ И НЕ ПРОЙДЕТ НИ ОДИН СЕРЬЕЗНЫЙ КОНКУРС НИКОГДА»

— Как вы начали писать пьесы?

— Когда у меня набирается очередная группа ребят и все они разные, очень сложно подогнать коллектив под какую-то уже написанную пьесу. Представьте, приходят 15 человек, из которых только два мальчика — один маленький, другой большой. И девочки разного возраста, роста и комплекции. И как же найти пьесу под такой состав? Можно брать готовые произведения и всячески их изменять, но это уже не то. Вот я и решил попробовать сам написать сценарий. Первую пьесу «Яндекс знает…» оценили просто на ура. Она современная, не оторванная от реальности. На фоне ненатуральности, фотошопности и фильтрованной красоты искренность стала очень редкой. А людям, в частности зрителям, хочется поговорить честно и выслушать честных людей, честных актеров. В спектакле раскрывается социальная проблематика — пьеса про мальчика с ментальными нарушениями, которого не принимало общество, его сверстники. Он по своему был прав. Строил летающий корабль из коробок, считал, что есть много других цивилизаций. В конце пьесы он улетает. Открытый финал у спектакля заставил зрителей фонтанировать эмоциями, все спрашивали, куда же делся Ян (Яндекс). Этот спектакль посмотрели очень многие, он вызвал фурор в городе. Даже работники мэрии приходили на спектакль, во многих фестивалях постановка заняла первые места. Главную роль сыграл Илья Тараканов, он был ведущим актером нашего театра. И этим летом он поступил в московский ГИТИС РАТИ. Я всегда в него верил и очень счастлив за него.

— Есть еще причины, почему вы взяли на себя роль сценариста?

— К сожалению, драматургия для подростков не пишется. Для молодежи сейчас пишут произведения с черными и низменными темами. Если в пьесе нет мата, нет «европейских ценностей» — гомосексуализма например, она не котируется и не пройдет ни один серьезный конкурс никогда. Люди идут в театр за возвышенностью, а если подобное показывать, это что вообще такое будет?

— С этих пор вы и закрепились как сценарист?

 Да, я вникал в актуальные темы для подростков, выслушивал своих ребят, что их волнует, какую бы роль они хотели сыграть. Таким образом, мы нащупали концепцию своего театра. И название Paradox не случайно, потому что наша жизнь не категорична и нужно быть очень пластичным, в какой-то степени демократичным и рассматривать жизненные ситуации с разных сторон. Мы изучаем многогранную человеческую душу и именно поэтому спектакли ставим в разных жанрах. Например, на сегодняшний день в нашем репертуаре есть фантастический триллер, который можно сравнить с голливудским фантастическим экшеном. Но в то же время во всех постановках раскрывается какая-то злободневная социальная проблема. Также готовятся три премьеры «Твой шанс», пластический спектакль и подростковая опера «Пароль: поцелуй».

— А оперу вы тоже сами пишете?

— Да, написал сам в виде речитатива, очень схожего с рэпом. В этой постановке подростки очень жестко и мощно, но с юмором будут говорить о своих проблемах, интересах, потребностях. Это будет очень «вкусный» спектакль, для города нашего это будет ново. О самом сюжете пока не расскажу.

— Вы и по сей день базируетесь в Пушкинском лицее?

— Да, но в моей театральной школе занимаются не только лицеисты, но и ребята со всего города. На данный момент в школе обучаются три возрастные категории: младшая группа, средняя и две старших.

«ВЫ ПОНИМАЕТЕ, ЧТО ДЛЯ ПОДРОСТКОВ НЕТ ПРЕДЛОЖЕНИЙ ВООБЩЕ?»

— Как театр Paradox стал авторским? Какие были предпосылки открыть свой собственный театр?

— Вообще в России существуют большие проблемы в драматургии. Именно в современной драматургии. Что на данный момент предлагает театр? Да, есть театр кукол, есть театры, которые показывают детские спектакли. И есть, конечно же, множество классических постановок, на которые придут только взрослые. Вы понимаете, что для подростков нет предложений вообще? Куда должны ходить подростки в 14 лет, например? На «Чиполлино» и «Бабу-Ягу» не пойдут, а «Горе от ума» их вряд ли заинтересует. Им это не интересно по одной простой причине. Там не раскрываются темы и проблемы, которые на данный момент созвучны с их ситуациями. А подростковый возраст очень важен в процессе становления личности, в формировании вкуса в искусстве. Например, поход в театр — к этому зрителя стоит приучать с подросткового возраста.

— Наверняка Paradox имеет широкий круг зрителей?

— Особенность наших постановок в том, что они интересны как подросткам, так и взрослым. Родители узнают через спектакль то, о чем молчат ребята. Абсолютно любой зритель увидит в наших постановках какую-то свою тему, которая зацепит его. После спектакля человек должен выйти другим, перерожденным. Какую семечку мы положили в его сознание, о чем зритель будет думать продолжительное время — за это в ответе всегда режиссер. Я замечаю, что на некоторые постановки одни и те же зрители приходят не единожды. Было бы здорово, если бы к нам приходили школы. Должного отклика от школ пока нет, если причины, по которым дети массово не ходят в театр, — это их родители. Сам ребенок вряд ли пойдет в театр, если в их семье так не принято. Лучшее воспитание — это личный пример. Нас часто просят выступить в школах, но это совсем не то. Нет профессиональной сцены, от этого и восприятие спектакля искажается. Дети не чувствуют себя зрителями, они по-прежнему чувствуют себя школьниками в стенах актового зала. Балуются — ну а что, родная школа, здесь так можно. А когда они приходят в театр, у них даже спина выпрямляется на входе. Я всегда говорю: я воспитываю не только актеров, но и зрителей. А зрителя тоже надо приучать к восприятию не медийной информации, живой энергии, открытого общения, то, чего мы сейчас лишены. Театр должен доказать зрителю, что он не запылился, не остался в прошлом веке, а развивается и живет в ритме современного мира.

— Какова в среднем стоимость спектакля? Сколько на данный момент детей обучается в вашей театральной школе?

 Почти 40 школьников. Больше я не набираю, потому что не смогу один осилить. К каждому ребенку нужен индивидуальный подход, под каждого школьника пишется роль. Чем больше детей, тем меньше меня. А билет в среднем стоит 200–300 рублей.

— Как вам удается совмещать в себе актера, режиссера, декоратора, сценариста и преподавателя актерского мастерства, при том что у вас обучаются одновременно около 40 школьников?

— Удается с трудом, и это моя проблема. Я пытаюсь ее решить. Это именно делегирование своей работы, необходимо найти людей и доверить им часть своих обязанностей. Мне нужен очень хороший администратор, который возьмет на себя обязанности по продвижению и рекламе театра, продаже билетов. От продажи билетов зависит, будет ли показ спектакля, потому что профессиональная сцена драмтеатра нам достается не бесплатно. Как сказал недавно Рашат Файзерахманов, приходивший к вам в редакцию на интернет-конференцию: «Или ты артист, или драматург, или директор театра — выбрать надо что-то одно, в противном случае работа будет построена неправильно, а театр должен работать как единый организм». И он сказал абсолютно верно, поэтому сейчас я пересматриваю свою деятельность. В театре однозначно должны быть две головы: художественный руководитель и администратор.

«ЛЮБИТЕЛЬСКИЙ ТЕАТР — ПО ЗОВУ СЕРДЦА»

— Какие театры вы считаете своими конкурентами?

— Нет у нас конкурентов в Челнах. Каждый театр занимается сугубо своим делом, и мы в этом не пересекаемся. Кто-то выбирает классику, кто-то уходит в современное искусство.

— С какими театрами удалось завести дружбу?

— Очень теплые отношения у нас с театром «Ключ». Это театр, созвучный с моим пониманием хорошего театра. Там действительно честность и трепетное отношение к зрителю и к энергии вообще. Понимаете, любительский театр — по зову сердца. Непрофессионалы чисты в своем намерении донести тему, поделиться энергией. Потому что это для них не работа, а потребность души. Поэтому если нужна именно энергия — иди в любительский. Но при этом непрофессионалами их тоже нельзя назвать. Все-таки театру 15 лет и есть множество наград. Но главное — они проводят реальную работу в городе. Например, фестиваль «Действующие лица». 

«БЕЗУМНО ЖДУ ПЕРЕЕЗДА»

— Как можно сделать Челны театральным городом?

 Можно собрать рабочую группу театралов. Такая практика раньше была. Супруги Татьяна и Сергей Заболотские организовывали съезды театралов. Тогда мы разговаривали о возможных путях развития театров в нашем городе, обсуждали, какие мероприятия нужны. Если есть команда, то ты можешь это сделать, но, когда ты один, весьма сложно сотворить масштабные проекты.

— Как получилось, что татарский драмтеатр радушно принимает вас в своих стенах?

— Директор татарского драмтеатра Рашат Фаесханович очень любит детей, всячески поддерживает молодые и любительские театры. Нам в этом театре очень комфортно, в здании хорошая энергетика. Когда входишь внутрь, чувствуешь, будто вошел в родительский дом. И дети это тоже чувствуют.

— Ждете переезда татарской драмы в бывшее здание РК «Колизей»? У вас по-прежнему останется возможность выступать на ее сцене, уже обновленной?

— Честно? Безумно жду. Новая современная сцена, большой зрительный зал — об этом мечтает любой руководитель театра. Рашат Фаесханович уже предложил мне выступать в их новом здании.

Печать
Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Комментарии (6) Обновить комментарииОбновить комментарии
  • Анонимно
    7.03.2019 12:11

    Талантище!!! Каждый спектакль - шедевр!
    И дети играют как настоящие актеры!

  • Анонимно
    7.03.2019 14:25

    интересное интервью, увлеченный своим делом человек

  • Анонимно
    7.03.2019 15:16

    Удивительный и необыкновенно талантливый человек!!! Смотрела несколько его постановок - в восторге! Нашему городу повезло, что он с детьми работает! Хотя слово "работает" это не про него, он живет и дышит театром! Побольше бы таких людей!!!

  • Анонимно
    7.03.2019 20:03

    Хорошо, что Колизей станет театром. А то надоели со своими торговыми центрами.

  • Анонимно
    8.03.2019 19:24

    Про этого педагога не знали.Интересно.В школе Форте очень хорошо занимаются с детьми.

  • Анонимно
    13.03.2019 16:08

    Сильные спектакли ставит Руслан. Одно то, что он все делает САМ уже говорит о многом. Молодежи некуда ходить, в кафе все вечерами сидят и это факт!!!

Оставить комментарий
Анонимно
Все комментарии публикуются только после модерации с задержкой 2-10 минут. Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария. Правила модерирования
Загрузка...
[ x ]

Зарегистрируйтесь на сайте БИЗНЕС Online!

Это даст возможность:

Регистрация

Помогите мне вспомнить пароль