Культура 
17.11.2019

«Нет пророка в своем отечестве»: уехать из Казани во Владивосток, чтобы покорить Мариинку

Айгуль Хисматуллина о роли «татарской жены», «обнаженке» на оперной сцене, романсах Яхина и работе с Березовским и женой Безрукова

Солистка Мариинского театра Айгуль Хисматуллина на этой неделе была гостем открытия музыкального конкурса в родной Казанской консерватории. Этот год стал очень успешным для молодой певицы, чья карьера идет вверх. Вот и театр им. Джалиля, куда наша героиня дважды неудачно прослушивалась, уже позвал ее петь Джильду на Шаляпинском фестивале. В интервью «БИЗНЕС Online» сопрано родом из Набережных Челнов рассказала о первом знакомстве с Валерием Гергиевым, отношении к «Инстаграму» и муже-теноре.

Айгуль Хисматуллина Айгуль Хисматуллина: «Может, на самом деле настолько плохо спела на двух прослушиваниях, что были в Казани. Но мне не сказали напрямую: «Знаете, вам надо уходить из профессии». Просто мягко сообщили, дескать, нужно идти учиться» Фото: Сергей Елагин

«МЕНЯ УЖЕ ПОЗВАЛИ НА ШАЛЯПИНСКИЙ ФЕСТИВАЛЬ В СЛЕДУЮЩЕМ ГОДУ»

— Айгуль, вы выросли в Набережных Челнах, учились в музыкальном колледже в Нижнекамске, потом в Казанской консерватории. Но, чтобы найти свое место в мире оперного искусства, вам пришлось уехать из Татарстана, став частью большой империи Мариинского театра. Согласитесь, что для нашей республики это в чем-то типичная ситуация?

— Да, чаще так и получается. Нет пророка в своем отечестве — вот главное объяснение.

— Это такая странная специфика Татарстана? Или такое имеет место и, скажем, в других российских регионах?

— Сложно судить, потому что пока единственное мое место работы — Мариинский театр. А там у нас своих поддерживают, конечно. Мне очень повезло, что взяли в свое время во Владивосток (Приморская сцена Мариинского театра — прим. ред.). Казалось бы, кому я была нужна без опыта, без репертуара, без ничего? Но оказалась нужна — приняли, сразу ввели в весь текущий репертуар для моего голоса.

Мне в данном плане очень повезло, потому что для молодых специалистов, выпускников это очень острый вопрос. Всем необходимы люди опытные, но молодые! Так во всех профессиях. Но где набираться опыта?

В этом плане поколению наших педагогов очень повезло, их из консерватории преподаватели брали за ручку и отводили в театр. То есть тебя не брали на учебу, если нет потенциального места работы. А сейчас это вопрос, который стоит очень остро. Я знаю много молодых, талантливых и трудолюбивых ребят, которые, к сожалению, не вошли в русло и не нашли выходы где-то в других местах.

Хотя, конечно, хотелось бы остаться у себя на родине и здесь развивать карьеру…

— Вы рассказывали, что практически случайно прочитали объявление о прослушивании певцов для Приморской сцены Мариинского театра. А если бы не заметили его? Продолжали бы обивать пороги региональных оперных театров?

— Ой, вы знаете, еще когда я училась в Казанской консерватории и никому была не нужна, то делала все, что могла: рассылала резюме во все театры. Просто находила в интернете электронные почты администраторов театров или заведующих оперными труппами и отсылала им резюме. Большинство, конечно, в принципе не отвечали. А если кто и откликался, то говорил: «Нет мест».


— Как вы думаете, в театре имени Джалиля все-таки споете когда-нибудь?

— А меня уже позвали на Шаляпинский фестиваль в следующем году, буду петь Джильду в «Риголетто» 14 февраля.

— Казанская опера признала свои ошибки? Вы ведь, кажется, прослушивались здесь, но неудачно?

— Я же не знаю, может, на самом деле настолько плохо спела на двух прослушиваниях, что были в Казани. Но мне не сказали напрямую: «Знаете, вам надо уходить из профессии». Просто мягко сообщили, дескать, нужно идти учиться.

— Так и выразились?

— Да, мне заявили: «Идите — учитесь!»

— А кто сказал?

— Не буду говорить.

— Это было при вашем педагоге Альбине Шагимуратовой?

— Первое прослушивание прошло без нее, когда я только к ней поступила в аспирантуру Казанской консерватории. Насколько помню, это был декабрь 2014-го. Но повторю, что не могу себя оценивать в профессиональном плане, особенно тогда, и предъявлять кому-то претензии просто не имею права.

Когда я во второй раз прослушивалась в театре имени Джалиля, то Альбина Анваровна уже при этом присутствовала. Она честно пыталась уговорить директора театра Рауфаля Мухаметзянова, но он сказал: «Я не знаю, что она будет у меня петь».

— Что вы исполняли на том прослушивании?

— Джильду пела. Репертуар в театре же не такой обширный, тут бы своих работой обеспечить, в этом, наверное, была причина такой реакции.

Айгуль Хисматуллина (слева) и Альбина Шагимуратова на церемонии награждения лауреатов XVI международного конкурса имени П.И. Чайковского «Я очень благодарна Альбине Анваровне, она очень многое для меня сделала и вывела мой голос туда, где он находится» (на фото с Альбиной Шагимуратовой на конкурсе им. Чайковского) Фото: «БИЗНЕС Online»

«Я ПРИНЦИПИАЛЬНО НЕ СЛУШАЛА НИКОГО В ТЕЧЕНИЕ КОНКУРСА»

— Давайте вернемся в день сегодняшний. В оперном мире принято за точку отсчета брать театральный сезон, который длится обычно с осени до лета. Но в вашем случае, кажется, можно говорить, что именно календарный 2019 год стал по-настоящему прорывным. Тут и успехи на международных конкурсах, и сразу несколько премьерных спектаклей в Мариинке… Почему именно сейчас пришел успех: созрел голос или вы как артистка, может, еще какие-то причины?

— Это достаточно сложный вопрос, потому что невозможно предугадать, как все будет. Просто идет такой бесконечный процесс тренировки. Мы не готовимся от одного рубежа к другому, а постоянно этим занимаемся. Конечно, выходы на конкурсы — очень удачное стечение обстоятельств. Ты можешь приехать на конкурс, но заболеть, да так, что даже не выйдешь на сцену (так у меня случилось как раз в Казани, куда я прибыла на конкурс имени Глинки). Есть ситуации, когда ты выходишь без репетиций, как было у меня в Барселоне: там не предусмотрены репетиции с концертмейстером, а в первом туре я пела арию Цербинетты из «Ариадны на Наксосе» Штрауса — произведение на 13 минут, которое не все сыграют даже с репетициями. Бедный концертмейстер! Мне его, конечно, жалко. Я стояла, пока исполняла арию, и думала: «Главное — не останавливайся!» Конкурсы — это стечение обстоятельств: места, состояния, настроения, программы… Есть и члены жюри. Может повлиять все что угодно, любая мелочь.

Возможно, мне помогло то, что я стала более занята в репертуаре Мариинского театра. Это дает определенную уверенность. Если тебя ставят на спектакли, значит, ты имеешь свое место и занимаешь его не просто так. И доверие тоже дает уверенность. Огромная благодарность в этом плане маэстро Валерию Абисаловичу Гергиеву, потому что он очень верит в молодых и поддерживает нас в театре, что дает определенный стержень и опору.

И практика, и опыт — все складывается, то есть ты с этим уже идешь на конкурс, где, конечно, видно сценически опытных людей и неопытных. Разница ощутимая.

Выступление на втором туре конкурса им. Чайковского – 2019. Татарская народная песня «Сахралар» с 17:00

— Во время конкурса имени Чайковского в этом году следили за своими конкурентами?

— Знаете, я принципиально не слушала никого в течение конкурса.

— Ни мальчиков, ни девочек?

— Никого, даже себя не слушала, потому что боялась расстроиться. В этом плане я очень самокритичный человек. Но уровень того, что услышала потом на гала-концертах, очень высокий. Ребята, конечно, талантливые. И Маша Баракова — победительница конкурса имени Чайковского. В 21 год я в принципе не знала, как петь надо, а тут у человека победа на конкурсах имени Глинки, имени Чайковского… Она, конечно, феноменальная.

— Но вам не было обидно, что получили только вторую премию?

— Вообще нет. Решение членов жюри обсуждению не подлежит.

Гамид Абдулов в роли Пеллеаса и Айгуль Хисматуллина в роли Мелизанды во время генеральной репетиции оперы «Пеллеас и Мелизанда» в постановке Анны Матисон на новой сцене Мариинского театра «Понравилось работать с Анной Матисон над «Пеллеасом и Мелизандой». Это первый режиссер, с которым мы настолько тесно сотрудничали, она прорабатывала все детали» (на фото с Гамидом Абдуловым) Фото: Александр Демьянчук/ТАСС

«ВИОЛЕТТУ ПЕТЬ РАНОВАТО, МОЖЕТ БЫТЬ, ЛЕТ ЧЕРЕЗ пять…»

— Вы в прошлом и уже в нынешнем сезоне принимали участие в премьерных спектаклях Мариинского театра — Лючия («Лючия ди Ламмермур»), Наннетта («Фальстаф»), Мелизанда («Пеллеас и Мелизанда»). Какая из этих постановок наиболее примечательна?

— Все роли по-своему полезны. Лючия — это, конечно же, на 100 процентов мой материал. Но в моем представлении я еще не исполняю данную партию так, как она должна звучать. И возраст не позволяет так «заливать», и такой природы у меня в настоящее время нет, но я надеюсь, что, дай бог, дорасту до этой партии, сделаю так, как надо.

Что касается самих спектаклей, то мне очень понравилось работать с режиссером Анной Матисон (супруга Сергея Безрукова — прим. ред.) над «Пеллеасом и Мелизандой». Это первый режиссер, с которым мы настолько тесно сотрудничали, она прорабатывала все детали, говорила какие-то нюансы: «Вот тебе в таком развороте выгодно стоять. У тебя рост маленький, но ножку вытяни, вот так встань — и всё, подлиннее выглядишь». (Смеется.) Вот такие нюансы — и это для меня был колоссальный опыт. И спектакль сам…  Настолько сложный материал. Мы делали все, что могли, но сама постановка мне очень нравится именно по атмосфере, состоянию. Мы очень многое почерпнули из работы с Матисон.


— Лючия, Джильда, Адина — у вас в Мариинке такой практически примадонский репертуар. Только Виолетты из «Травиаты» не хватает…

— Не знаю. Репертуар для моего голоса колоссальный. Но из ближайшего, что бы мне хотелось спеть, — это Цербинетта Штрауса. Я думаю, что данный материал может мне многое дать в плане каких-то технических навыков, находок…

Но пока мой репертуар молодой, так скажем. Слава богу, в этом плане никто не заставляет в Мариинке. Мне говорят: «Если ты чувствуешь, что не можешь, надо просто в себе найти силы и не побояться сказать, что пока на такое не готова».


— Любимая партия у вас есть?

— Джильда, конечно, именно молодой репертуар. Но у Верди, кроме Джильды и Нанетты, для меня пока ничего нет, ну Оскар из «Бала-маскарада». И это пока все, что я могу себе позволить. И Виолетту петь рановато, может быть, лет через пять…

Конечно, хотелось бы исполнять больше Доницетти, потому что у него очень юная музыка, которая не может тебя спровоцировать петь не своим голосом, если ты молодой. Так это выглядит в моем понимании.

— А в русской музыке?

— Шамаханская царица, Снегурочка — кстати, ходят слухи, что у нас планируется новая постановка этой оперы Римского-Корсакова. Людмила, Антонида из «Жизни за царя».

— Скажем, Рихард Вагнер может когда-то появиться в вашем репертуаре?

— Не знаю, тут нужны другого плана голоса. У меня нет такой плотности, которая необходима для Вагнера.

— Еще по поводу репертуара. На конкурсе имени Чайковского, когда во втором туре вы исполняли а капелла татарскую народную песню «Сахралар», покорили даже самого строгого и хайпового музыкального критика страны Вадима Журавлева. Думаете о том, чтобы исполнять на концертах больше татарской музыки?

— Я хотела сделать какой-то концерт из романсов Рустема Яхина, Назиба Жиганова, из наших классиков татарских. Но, с другой стороны, надо же, чтобы и люди на это пришли. То есть такие мысли: смогу ли выстроить концерт только из татарской музыки, чтобы зрителю было интересно? Вот вопрос, конечно. Но желание такое есть.

«Медийность имеет место в наше время. Людям скучно просто сидеть и слушать. Не скучно только тем, кто в подобном разбирается» Фото: Сергей Елагин

«ВЛАДИВОСТОК — ЭТО РОДНАЯ, МОЯ САМАЯ ПЕРВАЯ СЦЕНА»

— Вообще, вы остаетесь солисткой Приморской сцены Мариинского театра?

— Формально да.

— Но это ни к чему не обязывает и решает, где и что вам петь, большая Мариинка? Например, Елена Стихина тоже числится за Приморской сценой, однако она уже серьезная европейская звезда.

— Да, все решается в Санкт-Петербурге. Во Владивостоке, после того как я уехала учиться в программу Аткинс (международный образовательный проект, который работает на базе Мариинского театра, — прим. ред.), долгое время не могли найти солистку на партию Царицы ночи в «Волшебной флейте». На протяжении двух лет я периодически летала на спектакли, график выравнивали, искали окна. В этом сезоне нашли солистку, я рада, что театр смог ее отыскать. Но теперь не знаю, когда в следующий раз полечу во Владивосток, хотя с удовольствием всегда приезжаю, потому что это родная, моя самая первая сцена.

— Когда вы всерьез попались на глаза Гергиеву? Когда ездили с оркестром Мариинского театра на концерт в Саудовскую Аравию, а он дирижировал?

— Сотрудничество началось с прослушивания в программу Аткинс, на котором маэстро присутствовал.

— Это было первое личное знакомство с ним?

— Да. Помню, в 3 часа дня должно было начаться финальное прослушивание, но накануне поздно вечером мне звонят: «Маэстро в 15:00 не может, только в 10 утра». А я вторая по списку, мне петь Царицу ночи, вы представляете? Пришлось встать в 6 утра, чтобы голос проснулся и понял, что вообще происходит.

— Была у него какая-то публичная реакция на ваше выступление?

— Нет, Гергиев сидел и очень внимательно слушал всех. Я не знаю, откуда он нашел столько свободного времени, потому что обычно у него очень плотный график, причем сказать, что плотный, — это не сказать ничего, у маэстро есть миллион задач и дел.

— Но был какой-то момент, после которого вы почувствовали, что по-настоящему востребованы в Мариинском театре?

— Этого ощущения до сих пор нет, если честно. Я работаю, как и все в Мариинском театре. 

— С Шагимуратовой сейчас общаетесь?

— Она человек занятой, поэтому по мелочам не хочется ее отвлекать. Я очень благодарна Альбине Анваровне, она многое для меня сделала и вывела мой голос туда, где он находится. Показала мне, что я могу, и своей верой, поддержкой, конечно, сильно мне помогла.

У нас такая профессия, это не работа одного дня. Но наш опыт, все, что мы имеем, весь багаж, все знания и умения не даются одномоментно и одним человеком, то есть ты как губка впитываешь все. Каждый преподаватель вносит свое: это и Клара Акрамовна Хайрутдинова, которая была моим педагогом по специальности в консерватории, замечательные концертмейстеры (Татьяна Максимова, Алсу Барышникова, Лада Лабзина) — люди, которые формировали меня, когда я находилась в Казани. Мы как пазл, большая картинка, в которую каждый вносит какой-то свой кусочек: и концертмейстеры, и педагоги по вокалу, и преподаватели по другим специальностям…

— Кто для вас главные образцы среди выдающихся оперных певиц?

— Они до сих пор остаются для меня самыми-самыми еще со времен консерватории. Конечно, Альбина Анваровна, наша современница, человек, с которым можно пообщаться, с ней мне удалось напрямую работать как студентке. Это мастера бельканто, такие как Рената Скотто, Рене Флеминг и Эдда Мозер… Просто бесконечный список оперных певиц, которые вдохновляли и подпитывали, давали понимание, что нет предела совершенству, что нужно заниматься, чтобы процесс не останавливался, что всегда можно узнавать что-то новое, попробовать, найти в себе другие краски, оттенки.


«ГОВОРИЛИ: «НАДО, ВЫКЛАДЫВАЙ ВИДЕО ВЫСТУПЛЕНИЙ». ВЫ ЧТО? Я СЛУШАТЬ СЕБЯ НЕ МОГУ»

— Сейчас часто говорят о том, что оперный мир стремительно меняется и начинает жить по законам шоу-бизнеса. Вы это ощущаете?

— Да.

— Теперь нужно не просто хорошо петь, а еще и быть медийным человеком, причем уже неизвестно, что из этого важнее.

— Медийность имеет место в наше время. Людям скучно просто сидеть и слушать. Не скучно только тем, кто в подобном разбирается. Но сколько процентов аудитории зала разбирается и понимает, что ты там делаешь и что с тобой происходит на сцене? Конечно, моменты и медийности, и пиара, и того, как ты часто мелькаешь в интернете, важны.

— Певцы начинают соревноваться в том, у кого больше подписчиков в «Инстаграме».

— Не знаю, это настолько не мое. Мне тоже говорили: «Надо, выкладывай видео выступлений». Вы что? Я слушать себя не могу.

— Или как готовите беляши, или лифтолук: «Еду на репетицию спектакля «Пеллеас и Мелизанда»…

— Нет… Я не то что сопротивляюсь, просто это не мое. Может, конечно, придет время, когда почувствую себя настолько уверенной, что буду выкладывать каждый свой шаг — и видео-, и аудиозаписи. Но пока такого в себе не чувствую, у меня слишком высокий уровень самокритики, чтобы как-то себя выставлять…


«Я СЧИТАЮ, ЧТО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ НА ОПЕРНОЙ СЦЕНЕ ПОШЛОСТИ, а ЭТО СЕЙЧАС ЛЮБЯТ В ЕВРОПЕ»

— Большинство певцов, когда их спрашиваешь о том, нравятся ли им больше классические спектакли или режиссерская опера, выбирают первое.

— Конечно, потому что в традиционной опере все строится вокруг голоса. То есть нет никаких придумываний велосипеда, каких-то задач, когда ты должен бежать и в то же время петь. Традиционные спектакли — это традиции прежде всего вокальные. Все делается так, чтобы было комфортно певцу, чтобы он не пел, стоя на голове, чтобы показать и раскрыть голос, его красоту. А режиссерская опера… Я считаю, что она имеет право на жизнь, но если не обкрадывает другие профессиональные, прежде всего вокальные, моменты.

— Есть какие-то спектакли, которые относят к режопере, но вам понравились?

— Я видела постановку «Евгения Онегина» Андрия Жолдака в Михайловском театре. В черно-белых тонах, там Ленского заливают молоком. Что-то в этом есть, понимаете? В то же время Жолдак не делает так, чтобы вокалисты скрючившись пели или еще что-то такое. Тогда почему бы и нет.

Главное, чтобы оставалась идея композитора. А то бывает, что современная режиссура как-то ее искажает. Я не про сюжеты. Просто в какие-то моменты ты перестаешь соображать: это к чему вообще? То есть, может быть, и не в традиционных костюмах, но если суть остается та же самая, а раскрывается как-то необычно, то почему бы и нет? Необязательно, чтобы в костюмах той эпохи, которой это принадлежит.

— На ваш взгляд, есть какие-то пределы допустимого на оперной сцене?

— Я считаю, что не может быть на оперной сцене пошлости, а это сейчас любят в Европе. Все чересчур натурально, мягко говоря.

— Смотрели на видео недавнюю премьеру Парижской оперы — спектакль «Леди Макбет Мценского уезда» знаменитого Кшиштофа Варликовского. Там исполнительница главной партии Аушрине Стундите участвует по воле режиссера в очень натуралистичных сценах, даже показывает обнаженную грудь. Можете представить себя в подобных ролях?

— Может, кто-то сочтет меня диким консерватором, но такое неприемлемо. Как я буду потом смотреть в глаза родным и близким?

— В каком направлении, на ваш взгляд, должны идти поиски чего-то нового в современном оперном искусстве?

— Сейчас же в опере публика ждет, чтобы и драматическая игра присутствовала достаточно ясная. Если раньше оперным певцам было достаточно голоса, человек мог просто стоять и петь, а зал взрывался от этого, то сейчас… Публика все время требует: ну давай, покажи нам. Подобное сегодня везде происходит, что и вынуждает режиссерскую оперу преобладать над традиционной.

— Может, это претензия к певцам? Новый Паваротти так и не появился.

— Вопрос сложный и довольно-таки неоднозначный. Здесь нет какого-то одного ответа. Много факторов, которые годами копились, как-то выворачивались, и вот сейчас мы имеем такую ситуацию, какая есть. Существуют талантливые певцы. Просто сейчас мало кто хочет растить вокалиста. Для того чтобы это сделать, надо создать ему условия. Чтобы он, например, не пел не свой репертуар, который будет вредить голосу. Нужны занятия с концертмейстерами, постоянные, стабильные. Уроки с педагогами. А сейчас никто не хочет, всем надо быстро: давай, нет времени разбираться. Держи гранату и беги, грубо говоря.

— Вы следите за своим репертуаром?

— Я стараюсь этого не делать.


«ЗНАЮ МНОГО ИСТОРИЙ, КОГДА ЛЮДИ ВСЕ ПОЛОЖИЛИ К НОГАМ ТЕАТРА, А НА СТАРОСТИ ЛЕТ НЕ ЗНАЮТ, ЧТО ДЕЛАТЬ»

— Появился ли у вас агент, который станет выстраивать вашу зарубежную карьеру?

— Мы сейчас начинаем сотрудничать. Первый проект будет, посмотрим, как все пойдет. Это «Волшебная флейта» в Омане. Там три спектакля в блоке, за месяц вызывают на репетиции. Итогом ноября станут три спектакля, в одном из которых я пою Царицу ночи, а два страхую. Я буду страховать Альбину Анваровну. Мы с ней вдвоем на этом проекте.

— У вас один агент?

— Нет, просто так совпало.

— Но вы готовы к жизни на чемоданах, как у любого востребованного оперного певца?

— Не знаю, если честно. Поживем — увидим. Конечно, я бы не хотела жить в самолетах и гостиницах. Все-таки жизнь не есть работа, а жизнь есть жизнь.

— А что такое жизнь?

— Семья… Мне разные корифеи Мариинского театра говорили, что не надо делать ставку только на работу. И сама знаю много историй, когда люди все положили к ногам театра, а на старости лет не знают, что делать, потому что у них ничего нет. Это для меня страшный сон, если честно. Я бы так не хотела ни за что. Хочется найти свой баланс, чтобы не уработаться, грубо говоря, чтобы работа была в таком количестве, чтобы она не переставала доставлять удовольствие.

— Бывает, когда все становится рутиной?

— Да…

— Даже когда выходишь на сцену?

— Нет. Но эти ежедневные какие-то дела, когда ты постоянно куда-то едешь, переезжаешь из гостиницы в другой город, отель… Ты просыпаешься утром и вспоминаешь, в каком городе находишься.

Просто бывает то пусто, то густо. Иногда ты сидишь и не знаешь, чем заняться, а случается, что все одно за другим. И так вот плотненько встает, что бывает утомительно. Хочется спокойно репетировать, чтобы ты вышел на сцену, зная, что у тебя все подготовлено, предусмотрено. А когда такой бесконечный поток каких-то выступлений, то удовлетворения это не приносит, потому что ты знаешь, что можешь лучше. Но в данных условиях лучше сделать не можешь. Подобное расстраивает.

— Есть какие-то театры, в которых вы мечтаете выйти на сцену? Например, если не выступите в Ковент-Гарден, то станете думать, что сделали что-то не так в своей карьере.

— У меня нет таких амбиций, что все обязаны обо мне знать, а я должна петь в Метрополитен-опере или Ла Скала. Я просто хочу работать, причем хорошо, чтобы не было стыдно ни перед собой, ни перед коллегами.

Софья Файнберг (Ольга) и Евгений Ахмедов (Ленский) в сцене из оперы "Евгений Онегин" в постановке Андрия Жолдака в Михайловском театре «Пение — это такой процесс… не просто механика, а от души, от сердца. Когда же вы поете вдвоем, ощущения просто невозможно описать» (на фото Евгений Ахмедов в опере «Евгений Онегин») Фото: © Игорь Руссак, РИА «Новости»

«ЛЮБИМЫЙ ТЕНОР — МОЙ МУЖ»

— Классический оперный спектакль — это любовь сопрано и тенора. Есть у вас любимый сценический «любовник»?

— (Смеется.) Так у меня муж — тенор Евгений Ахмедов, также солист Мариинки.

— Часто вы с ним поете?

— Бывает, что выступаем вместе, когда совпадают составы, в последнее время это происходит все чаще. Он как раз пел у Жолдока в Михайловском театре, в той постановке с молоком. Считаю, что муж гениален в партии Ленского. У него есть такой видеоархив, и мы периодически пересматриваем какие-то моменты забавные, интересные. Это мой любимый тенор. Я бы всегда только с ним пела, если честно!

— А другие ведущие теноры Мариинки? Скажем, Сергей Скороходов…

— Да, он прекрасный певец, но другого плана, понимаете? Просто с мужем это же совсем другая связь.


— Просто есть люди, которые не любят работать вместе с родными и близкими.

— А мне кажется, это такое счастье. Я знаю, что меня поддержат. Если со мной что-то пойдет не так на сцене или случится какая-нибудь непредвиденная ситуация, я уверена, что родной человек сделает все, чтобы меня, грубой говоря, прикрыть. Таких случаев, слава богу, пока не возникало, надеюсь, и не будет.

Пение — это такой процесс… не просто механика, а от души, от сердца. Когда же вы поете вдвоем, ощущения просто невозможно описать.

«Летние вечера в Елабуге» «Фестиваль в Елабуге — это очень большое и важное дело. Все, кто приезжает, находят для себя нечто, что откликается в душе. Сама же организация, конечно, на высоком уровне» Фото: «БИЗНЕС Online»

«ВАЛЕРИЙ АБИСАЛОВИЧ СКАЗАЛ, ЧТО ОБЯЗАТЕЛЬНО ВОЗЬМЕТ МЕНЯ НА «ПАСХАЛЬНЫЙ ФЕСТИВАЛЬ» В ЧЕЛНЫ»

— Хочется спросить еще про одного человека, который помог вам в начале карьеры: как вы познакомились с пианистом Борисом Березовским?

— Еще когда Борис Вадимович задумал «Музыку Земли» и готовил самый первый фестиваль, он пригласил Альбину Анваровну исполнить произведения Яхина и Жиганова. Это мероприятие своего рода слияние фольклора и классической музыки, исследование взаимодействия двух музыкальных пространств. Фестиваль, кстати, существует до сих пор. Так вот, Березовский приглашал Альбину Анваровну, но она не смогла выступить и порекомендовала меня. Так оно и пошло.

— С тех пор у вас с ним общий язык, не раз выступали вместе. И это было еще до того, как вы нашли свое место в оперном театре.

— Да. Борис Вадимович, конечно, человек уникальный — в том плане, что это настоящий музыкант, причем не столько по каким-то техническим вещам и навыкам, сколько как музыкант в душе. Например, на репетиции мы все можем долго соображать, в какой тональности петь, какая форма, а Березовский сидит, слушает и просто получает удовольствие от происходящего.

Это человек, которому я очень благодарна, потому что он меня зовет всюду, например, по его приглашению я выступала два года подряд на фестивале «Летние вечера в Елабуге».

— Каковы ваши впечатления от данного мероприятия, публики? Вроде и репертуар там оказался непростой, был даже день барокко…

— Гендель звучал, да.

— И как, готов елабужский слушатель к нему?

— В целом хорошо. Зрителя ведь тоже надо приучать — в хорошем смысле. Программа такова: если тебе хочется внедрить нечто новое, сначала поешь то, что слушатель знает. Например, первым номером исполняешь то, что на слуху, третьим — тоже, а между ними, вторым, что-то новенькое.

Думаю, фестиваль в Елабуге — это очень большое и важное дело. Все, кто приезжает, находят для себя нечто, что откликается в душе. Сама же организация, конечно, на высоком уровне: с тобой и по городу погуляют… Заведует фестивалем краеведческий музей.

— Которым, в свою очередь, руководит Гульзада Руденко.

— Она невероятная женщина. У нее все организовано: «Так, девочки, солистку надо покормить!..» Приходят люди, отводят меня и кормят. То есть это не просто какое-то формальное отношение к тому, что происходит. И тебе теперь самой вновь хочется туда возвратиться.

— Уже позвали на третий фестиваль в Елабугу?

— Да. Березовский сказал, чтобы в июле я даты не занимала.

— За культурной, музыкальной жизнью в родных Набережных Челнах как-то удается следить?

— До этого не особо получалось, но на 1 марта меня пригласил Игорь Михайлович Лерман на празднование 15-летия Органного зала. У нас уже запланировано, надеюсь, не возникнет никаких срочных дел и это удастся реализовать. Валерий Абисалович сказал, что на следующий год обязательно возьмет меня на «Пасхальный фестиваль» в Челны. Оркестр Мариинского театра там уже играл прямо на заводе!


«МОЙ ДОМ СЕЙЧАС В САНКТ-ПЕТЕРБУРГЕ, НО ПЕТЕРБУРЖЕНКОЙ Я СЕБЯ НЕ ОЩУЩАЮ»

— Вы себя уже чувствуете петербурженкой?

— Мой дом сейчас в Санкт-Петербурге, но петербурженкой я себя не ощущаю. Я себя вообще не соотношу с каким-то конкретным городом. Во Владивостоке я стабильно жила полтора года, никуда не выбираясь, — приезжаю туда и чувствую себя как дома, потому что мне там комфортно. Климат на Дальнем Востоке, конечно, своеобразный, суровый, но мне подошел. То есть везде, где я живу, чувствую себя как дома. Если есть люди, которые меня ждут, значит, будет и ощущение, что я дома.

— Но отношения с Петербугом и его суровым климатом у вас сложились?

— Бывает, хочется уехать, когда несколько дней нет солнца, например. Когда я только перебралась в Питер, у меня не было никаких выступлений, вообще ничего. Первые полгода я еще жила в квартирке — такая, знаете, типичная петербургская каморка на первом этаже с окнами во двор-«колодец», где солнца нет вообще. К тому же октябрь-ноябрь просто ужас для меня, особенно после Владивостока, где солнце круглый год. Да, в городе может быть ветер, тем более край материка, все продувается, но есть солнце — и в этом плане там, конечно, мне было комфортнее.

В Питере хорошо жить, если ты куда-то выезжаешь, имеешь выходы в какие-то другие места, просто чтобы отвлечься. Павловск, Царское Село…

— Вы сейчас живете рядом с Мариинским театром, чтобы можно было дойти до него пешком?

— Да. Надо всегда находиться, что называется, под рукой.

— Кстати, в каком из трех залов питерской Мариинки вам комфортнее всего работать: историческая сцена, Мариинка-2, концертный зал?

— Мне как артисту Мариинка-2 кажется очень продуманной и удобной. Гримерки тут же, на первом этаже, все в доступности. Историческое здание тоже удобно, но там совсем другая обстановка.

— Приходит дрожь и волнение от того, что здесь выступали великие?

— Да. Когда случился мой самый первый выход на сцену Мариинки в «Соловье» Стравинского… это было на исторической сцене, я стою в костюме, настраиваюсь за кулисами, хор уже поет, мне скоро выступать. Я поднимаю голову и вижу старую кирпичную кладку, колосники, все работает вручную… Думаю: «Боже, здесь же пели такие солисты! Тут Шаляпин выступал…» В тот момент я чуть не расплакалась от ощущения, что нахожусь в энергетически просто невероятном месте.

— На этот спектакль приходят много детей, не мешали они вашему дебюту?

— Опера «Соловей» очень красиво поставлена, к тому же она короткая — вот почему на нее водят детей. Постановке уже, наверное, больше 20 лет. А само мое выступление прошло вроде бы хорошо.

— Какой был второй выход?

— «Джанни Скикки».

— Тоже короткая опера…

— Но поставлена в Мариинском театре с таким чувством юмора! Атмосфера именно этого спектакля зависит от общего взаимодействия на сцене, потому что ансамбль достаточно большой. На репетиции актеры творили и сами от процесса кайфовали. Подобные спектакли — это, конечно, такое счастье… Ну и музыка, разумеется.

— Вы пели и в московском «Зарядье», какие впечатления от зала?

— После концертного зала Мариинки-3 отличия, конечно, чувствуются. В Питере зал вытянут в сторону зрительских мест, в какую сторону бы человек ни пел, звук в любом случае идет в зал. В «Зарядье» он вытянут в ширину, поэтому звук немного уходит, растворяется — конечно, нужно было привыкать. Маэстро Гергиев на «Пеллеасе» все время говорил: «Дикция, дикция! Мне не хватает вашей дикции!» А мы по привычке пели так же, как и обычно, но, учитывая акустику зала, этого было недостаточно. Надо приноравливаться.

«Мне очень повезло, у нас в семье нет такого, например: «Та-а-ак… Где компот?!» Муж понимает, что завтра вечером у меня спектакль: «Ничего не делай, отдыхай, никуда не ходи» Фото: Сергей Елагин

«РАНЬШЕ МАСТЕРА НЕСКОЛЬКО ДНЕЙ ДО СПЕКТАКЛЯ МОГЛИ НЕ ВЫХОДИТЬ ИЗ ДОМА»

— Спросим и про личное, раз зашла речь про вашего супруга. Вот есть понятие «татарская жена». Ваш муж уже успел познать все прелести этого?

— Не знаю, может, уже познал! (Смеется.) Но мне с ним очень повезло. Мы находились с супругом в Японии — у него был проект «Евгений Онегин», и я с ним ездила за компанию. Там, конечно же, и музыканты, и руководитель хора прибыли из разных мест. Муж говорит: «Знакомьтесь, это моя жена Айгуль, сопрано». И чаще всего такая реакция: «Во-о-о!..»

— То есть два певца в одной семье — это…

— Да, как будто что-то такое сложное! А мне кажется, наоборот, счастье. К тому же супруг тоже работает в Мариинском театре.

Мне очень повезло, у нас в семье нет такого, например: «Та-а-ак… Где компот?!» Муж понимает, что завтра вечером у меня спектакль: «Ничего не делай, отдыхай, никуда не ходи». То есть он осознает, что это такое. В данном плане мы с ним совпадаем, по состоянию Евгений — такой же человек, как и я, такого же характера и склада души.

— Некоторые певцы в день спектакля стараются вообще не разговаривать. У вас в этом плане как? Жестами общаетесь?

— У нас нет такого вокального психоза. Раньше мастера несколько дней до спектакля могли не выходить из дома, готовиться, настраиваться… Просто лежали на кровати — и всё. Не знаю, может, если бы у нас была возможность, мы бы тоже лежали и никуда не выходили. Думаю, в плане настроя перед выступлением все индивидуально. Читала интервью то ли Образцовой, то ли Синявской, где певица рассказывала, что ей в день спектакля, наоборот, надо сделать генеральную уборку, чтобы энергия пошла. Но для меня в день спектакля важно не расплескиваться в плане энергетики.

— В общем, не хочется заниматься пустой болтовней.

— Да. А когда-то хочется, наоборот, поболтать, чтобы расшевелиться. Бывает, тянет просто закрыться в гримерке, чтобы к тебе никто не подходил. Дело даже не в том, что все индивидуально, а в конкретной ситуации. Сама себя всегда по-разному чувствуешь.


«МНЕ ПОВЕЗЛО, ЧТО Я ИЗ ПРОСТОЙ СЕМЬИ»

— Вы ведь из семьи, которая к музыке не имеет отношения?

— Вообще никакого.

— Наверное, вы в семье главная звезда?

— Да, папа и мама очень гордились. Хотя, думаю, чем бы я ни занималась, они в любом случае были бы рады.

— Родные и близкие приезжают смотреть спектакли?

— Да, по возможности. Например, весной братья с семьями к нам приезжали, как раз были на «Лючии». У меня есть маленькая племянница, ей 7 лет. Этот спектакль я пела с мужем, только он исполнял не партию Эдгара, с которым у нас любовь, а Артура, которого я потом как бы убиваю. И вот — начало оперы. Я спела арию, выходит тенор, обнимает меня. Мне брат потом рассказывает: «Ты бы видела лицо Аделины: „А почему она с другим дядей обнимается?! Она же за дядю Женю замуж должна выйти!“».

— Дают ли в семье какие-то советы?

— Чаще, скажем так, общечеловеческие: не обращать внимания на какие-то моменты в коллективе, как часто бывает…

Семья — это, конечно, моя колоссальная поддержка. Думаю, огромное счастье, что на меня никто никогда не давил и не говорил мне, чем я должна заниматься. Мне повезло, что я из простой семьи: у родителей не было никаких амбиций, которые они бы на меня проецировали: «Ты должна…»

Года два назад мама мне призналась: «Кто бы мог знать, что так все будет? Думала, ты уедешь в Нижнекамск, отучишься, вернешься и будешь работать учителем в музыкальной школе. Даже представить себе не могла, что будешь петь в Мариинском театре…» Я и не знала, что у мамы были такие мысли! Мы с ней никогда на эту тему не беседовали.

Айгуль Хисматуллина — российская оперная певица (сопрано).

Родилась в Набережных Челнах (Республика Татарстан). В 2014 году окончила Казанскую государственную консерваторию им. Жиганова (класс Клары Хайрутдиновой), после чего прошла ассистентуру-стажировку под руководством Альбины Шагимуратовой (2014–2016).

С 2016 года — солистка Приморской сцены (филиал Мариинского театра во Владивостоке). В 2017-м стала стипендиатом программы Аткинс в Мариинском. На сцене Мариинского театра дебютировала в партии Соловья в одноименной опере Стравинского.

Репертуар в Мариинском театре: Соловей («Соловей»), Лючия («Лючия ди Ламмермур»), Джильда («Риголетто»), Наннетта («Фальстаф»).

Лауретта («Джанни Скикки»), Мелизанда («Пеллеас и Мелизанда»), партия сопрано в кантате «Кармина Бурана», Симфонии №8 Малера. Также в репертуаре — Царица ночи («Волшебная флейта»), Царевна Лебедь («Сказка о царе Салтане»).

Награды:

  • лауреат XVI международного конкурса им. Чайковского (2019, II премия);
  • лауреат международного вокального конкурса им. Виньяса (Барселона, 2019; I премия);
  • лауреат всероссийского музыкального конкурса (2014, Москва; I премия);
  • лауреат конкурса молодых исполнителей на международном фестивале татарской песни им. Вагапова (Казань, 2015; I премия);
  • лауреат международного фестиваля – конкурса русского романса «Белая акация» (Йошкар-Ола, 2009; I премия).
Печать
Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Комментарии (64) Обновить комментарииОбновить комментарии
Анонимно
17.11.2019 09:33

А он выплывает в другом месте во Владивостоке, в Ижевске (Загитова), или в других городах. Потом наши чинуши их объявляют своими, татарами.

  • Анонимно
    17.11.2019 09:09

    Богата талантами земля татарская!

    • Анонимно
      17.11.2019 09:17

      Согласен. Только что бы пробиться наверх этим талантам приходиться уезжать из Татарстана.
      Наверно в этом опять московские федералы виноваты.

      • Анонимно
        17.11.2019 09:24

        Это грамотная незатратная методика: бросают щенка в воду и наблюдают за ним в расчете – выплывет, значит наш.

        • Анонимно
          17.11.2019 09:33

          А он выплывает в другом месте во Владивостоке, в Ижевске (Загитова), или в других городах. Потом наши чинуши их объявляют своими, татарами.

          • Анонимно
            17.11.2019 11:44

            09:33 Согласен. Рождаясь в Ижевске и во Владивостоке они уже не татары.

            • Анонимно
              17.11.2019 14:05

              "Рождаясь в Татарстане, они уже не... русские и не чуваши."..? Это Вы хотели сказать?

          • Анонимно
            17.11.2019 14:30

            А что, в Мариинке или в Большом выступают все рожденные в Питере и в Москве. Так уж во всем мире устроено, все кто может подтягиваются к районным, областным, федеральным или общемировым центрам по своему профилю. Если бы её приняли недозревшей в Казани, так бы и осталась средненькой певицей. Повезло что попалась на глаза Гергиеву. Всё что делается, всё к лучшем

        • Анонимно
          17.11.2019 09:52

          бросают в воду талантливых, но без связей. А блатным дают режим наибольшего благоприятствования.

          • Анонимно
            17.11.2019 10:02

            В Татарстане живет лишь небольшая часть большого 8 миллионного татарского народа
            Абсолютное большинство татар живет вне Татарстана
            Татарстан материнская террритория для всех татар мира, как Армения для армян или Израиль для евреев всего мира

            • Анонимно
              17.11.2019 10:12

              Татары живут по всей России и по всему миру, в Татарстане лишь небольшая часть татарского мира
              И все татары для нас свои, родные

            • Анонимно
              17.11.2019 10:25

              Я чуваш, территория Татарстана это моя земля и земля моих предков. Вы сами не знаете где ваша материнская земля.

              • Анонимно
                17.11.2019 10:40

                Не пиши от имени чуваш, ты же вчерами от имени марийцев писал

                • Анонимно
                  17.11.2019 11:56

                  Это я писал от имени марийцев. Да, я - мариец, и это и наша земля тоже. Земля чуваш это запад и юг Татарстана. Земля фино-угорских народов это север и восток Татарстана.

                  • Анонимно
                    17.11.2019 12:18

                    Татарстан - земля всех народов Поволжья, как и Чувашия, Марий Эл, Удмуртия, Башкортостан

                    • Анонимно
                      17.11.2019 13:54

                      Не было никаких государств марийцев,чуваш,это все искусственно созданные большевиками территориальные образования...

                      • Анонимно
                        17.11.2019 15:01

                        Когда-то и Московского государства не было...

                      • Анонимно
                        17.11.2019 15:11

                        Казанское ханство - общее государство татар, мари, чуваш, удмуртов и башкир.

                  • Оптимист
                    17.11.2019 12:25

                    Точно мариец?
                    Судя по высказываниям похож на арийца

                  • Анонимно
                    17.11.2019 13:28

                    Господа марийцы и господа чуваши, давайте не будем ругаться. Это наша общая земля, мы здесь произошли исторически, то что территории большевики очертили условно, как бы нас разделяя, не говорит о том, что это наша общая территория.
                    К татарским нацикам - обособляя себя, вы обособляетесь от всех народов Поволжья.
                    Глупость и непредсказуемость .

                    • Анонимно
                      17.11.2019 16:45

                      Да не чуваш он, кто то пишет от имени чуваш
                      Мы с татарами одной крови, одной семьи, и не один чуваш никогда плохого не скажет про братьев татар
                      Черемшанский чуваш

                  • Анонимно
                    17.11.2019 13:55

                    Видишь ли мариец просто ляпаешь слова и не замечаешь в них противоречия.
                    Вот на востоке Татарстана возле Заинска найдены артефакты венгров.Считается что венгры до 9 века откочевали с территории Среднего Поволжья в Венгрию.Впоследствие венгры вместе с австрийцами организовали огромную АвстроВенгерскую империю.Сейчас венгры неплохо живут в теплом европейском климате.

                    Так вот в венгерском языке много тюркских слов ,а это косвенно доказывает что венгры тесно взаимодействали с тюркскими племенами в Среднем Поволжье.
                    Это доказывает что татары здесь жили как минимум до 9века,а значит еще раньше, раз в венгерском языке закрепились тюркские слова.

                    Опять же это не значит что марийцы жили везде ,наверное не так многочислены.Вот в Астраханском ханстве татары жили,а марийцы и чуваши не жили.Так получается земли в Астраханской области это земли татар.

                    • Анонимно
                      17.11.2019 14:13

                      Венгры относятся к фино-угорских народам, а не к тюрским. Это отдельная ветвь. Что и доказывает мою правоту. В Йошкар Оле есть микрорайон Сомбатхей, в венгерской Сомбатхей микрорайон Йошкар Ола. Венгры и не знают, что татары их к татарам отнесли.

                      • Анонимно
                        17.11.2019 14:36

                        14.13 Долго не понимаете.Вопрос откуда в венгерском языке много тюркизмов???

                        • Анонимно
                          17.11.2019 15:05

                          Википедия :
                          После поражения объединённого венгро-чешско-хорватского войска в битве при Мохаче 29 августа 1526 года большая часть венгерских земель попала под власть османов.

                          • Анонимно
                            18.11.2019 10:44

                            15.05 Начиная с 5 века тюркские племена перемещались по степям и лесостепям почти с Тихого океана на востоке и до реки Дунай на западе.Венгры жили в районе Среднего Поволжья до 9 века .То есть с 5 века до 9 века венгры тесно взаимодействовали с тюркскими племенами.Османы это уже второй пласт.

                    • Анонимно
                      17.11.2019 18:44

                      В венгерском много удмуртских слов, учите историю

              • Оптимист
                17.11.2019 11:03

                — Вы рассказывали, что практически случайно прочитали объявление о прослушивании певцов для Приморской сцены Мариинского театра. А если бы не заметили его? Продолжали бы обивать пороги региональных оперных театров?

                — Ой, вы знаете, еще когда я училась в Казанской консерватории и никому была не нужна, то делала все, что могла: рассылала резюме во все театры. Просто находила в интернете электронные почты администраторов театров или заведующих оперными труппами и отсылала им резюме. Большинство, конечно, в принципе не отвечали. А если кто и откликался, то говорил: «Нет мест».
                Подробнее на «БИЗНЕС Online»: https://www.business-gazeta.ru/article/446419

                Молодец))
                Сама себя сделала

            • Анонимно
              17.11.2019 11:12

              А Вас не удивляет, что материнская земля рождает так мало талантов и все таланты пробиваются только за пределами Татарстана? Потому что у нас без блата тебя никто никогда не продвинет.

              • Анонимно
                17.11.2019 11:46

                Материнская земля рождает пропорциально количеству татарского населения проживающего в ней
                Все великие евреи тоже не из Израиля

            • Анонимно
              17.11.2019 16:35

              «8 миллионного татарского народа»

              А когда "8 млн." стало? Даже 7 млн. нет. А в России татар даже 6 млн. нет.

      • Анонимно
        17.11.2019 13:19

        С вами абсолютно согласен. Здесь такой принцип - туган-тумача, таныш-белеш, бәлки кемнеңдер туганы каядыр эшли.
        Если у тебя нет даже малейшего протеже, да будь ты хоть по таланту на уровне Рахманинова -бесполезно.
        Новому министру культуры, госпоже Аюповой, нужно на это особо обратить внимание. Не знаю как в Казани насчет прозрачности, но на уровне районов работать и работать.

      • Анонимно
        17.11.2019 15:54

        Все разбегаются, никто не задерживается в республике!

  • Анонимно
    17.11.2019 09:24

    Спасибо, Айрат, интересное интервью, очень живое. Айгуль удачи, успехов и побольше солнышка

    • Анонимно
      18.11.2019 14:25

      Интервью интересное, а когда прозвучал вопрос: "Есть какие-то спектакли, которые относят к режопере, но вам понравились?" - то вообще улыбнуло от души, от слова "режопере". Надо же так умудриться соединить две ноты ре с другим словом!

  • Анонимно
    17.11.2019 09:43

    Слушала на днях в БКЗ. Прекрасное, теплое, без стали в голосе, как часто это делают другие, исполнение . Успехов, Айгуль!

  • Анонимно
    17.11.2019 09:57

    Очень редкое интервью, без пафоса, искреннее, человечное. Айгуль пожелание творческих успехов.

  • Анонимно
    17.11.2019 10:10

    Все хорошо сложилось! Лучшим для нее образом! Успехов Айгуль вам! Читаю и радуюсь, хорошая семья, правильные приоритеты и цели. До сих пор не могу отойти от статьи про 13 летнюю девочку, которую отдали замуж за .... Как такое может быть? Уровень образования нужно поднимать для всех слоев населения и возрастов.

  • Анонимно
    17.11.2019 10:44

    Всё хорошо, и девушка - замечательная! Но, опять, как обычно, интервью, настолько, длинное и занудное, что сил нет прочитать до конца..((

  • Анонимно
    17.11.2019 10:54

    Очень пронзительная история простой но очень талантливой девушки, читала зачитываясь. Успехов тебе Айгуль!

  • Анонимно
    17.11.2019 10:59

    Какая классическая ситуация: сначала никуда не взяли, дескать, да что ты умеешь, девочка? Ты же никто и звать никак. А девочка в итоге поет в Мариинке. Тех, кто ее прослушивал в Казани, надо бы уволить за профнепригодность, но нет же, они будут и дальше сидеть и сколько еще таких талантов зарубят

    • Анонимно
      17.11.2019 13:35

      Да многие у нас проходят только через федеральные конкурсы, взять ту же Дину Гарипову, не будь проекта "Голос" на федеральном канале, её бы так и и никто не узнал.

    • Анонимно
      17.11.2019 15:18

      Не было бы счастья,да несчастье помогло (с). Зато,она не сломалась, как Мюнхгаузен вытащила себя за волосы )) Молодец Айгуль,успехов тебе во всём!

  • Анонимно
    17.11.2019 12:21

    А сколько этих историй ещё можно написать. Сельского парня, которому нет возможности поступить в Вуз ни на бюджету ни на коммерческое. Талантливому, но вынужденному идти в охрану или чернорабочим. Девочки из села, путь которой чтоб остаться на родине - идти педагогом или врачом учиться, а потом 5 лет за копейки тянуть санитаркой для начала без возможности развития. 40 летнего управленца прошедшему огонь и воду, но не нужному в РТ никому, так как все места заняты и хайп не подразумевает результаты на практике. Мальчика- хоккеиста, родители которого не могут доплатить тренеру за поездку на соревнования или за форму. Татарстан всегда отличался отсутствием своего пути по сохранению и развитию человеческого капитала. Поэтому и воспринимают нас как княжество обложенное данью, но относительно спокойное и бесправное..

    • Анонимно
      17.11.2019 18:56

      Вот только не надо говорить тут только про Татарстан, у нас по всей стране люди просто уезжают за границу, между прочим зачастую самые умные и талантливые. Вы просто живете в своем мирке, думая, что переехав через административную границу республики, начинается зона свободной конкуренции без коррупции. Впрочем ваши иллюзии не хуже и не лучше тех, у кого принято считать РТ каким-то полураем и светлым пятном в темном российском царстве.
      Девушка, кстати, молодец, сил ей, здоровья и человеческого счастья. Люблю сильных духом людей, их в повседневной жизни тоже хватает, тех, кто делает себя сам.

      • Анонимно
        17.11.2019 19:34

        Я живу в Татарстане , жил и работал в нескольких регионах России. Везде по разному и одинаково. Но Татарстан это моя родина, поэтому я не хочу обобщать и выделять одновременно. Я пишу о том что вижу и не важно сравнивать с Башкирией или ульяновском или Москвой. В Татарстане нехорошо. Богато, красиво, удобно, но не для всех. И особенно талантливых и умных. Они не могут реализоваться здесь. Или им нужно пройти море испытаний и кучу экспертов, цепляющихся за свое место. Зачастую старых, приземлённые, живущих и мыслящих одним днём . Мне молодежь жалко. Что мы им оставим в памяти? Обиды, непонимание, недомолвки.

        • Анонимно
          17.11.2019 21:01

          До слёз обидно читать про в Татарстане нехорошо. Всё-таки хотелось свалить на общую тенденцию по всей стране, но у нас есть особое своё НО - кумовство. Преодолеть это при вертикали власти и отсутствия полной открытости общества сложно. А вот ручное правление - это общая тенденция

        • Анонимно
          17.11.2019 21:05

          Москва есть Москва, но говорить, что РТ не для всех при этом сравнивая с Ульяновском, вот уж место, где таланты и ум в почете... А никчемного балласта в виде бестолковых начальников полно, это правда, просто нефтяной регион может себе это позволить

    • Анонимно
      18.11.2019 05:25

      А не надо сельским мальчикам и девочкам рваться в Казань. Здесь деревенских и так уже полным полно. Причём абсолютно везде и видно их за километр, как бы они не старались казаться городскими. Все же так любят говорить о родной деревне, как там замечательно, и песни про деревню и всё такое. Вот и не надо тащить ее в город. Где родился- там и пригодился.

      • Анонимно
        18.11.2019 15:44

        Прежде чем писать несуразицу, вы проследите хотя бы тенденцию последних лет заполнения вакантных месть приезжими. Они заполняют те места, на которые городское население не идет работать в силу разных обстоятельств. Ну будет своих приезжих с аулов, будут гастарбайтеры как в Москве и Питере.

  • Анонимно
    17.11.2019 12:23

    Была мысль отругать Мухаметзянова -ах, не взял Айгуль в театр! Но, считаю, что он честно сказал - иди, работай над собой. И вот результат. Даже лучше, что хотела. А иначе сидела бы в театре в ожидании ролей.

    • Fandas Safiullin
      17.11.2019 18:01

      Для кочевой голландской шабашки, во что превращен Татарский театр оперы и балета имени Мусы Джалиля свои критерии в подборе солистов.
      Непригодность для шабашной оперной артели — уже много раз обернулась знаком качества для прославленных мировых оперных сцен.
      Коммерческая окупаемость талантов — вот что превыше всего для процветающей уже более 20-и лет оперной шабашки в узких интересах ограниченного круга людей с неограниченными возможностями произвола.
      В 90-е годы даже Государственный Совет Татарстана, несмотря на бурный протест народных депутатов, не смог преодолеть их открытое и закулисное сопротивление.

      Душить высокую национальную культуру, и распугивать молодые таланты по стране и по миру — это выгодно не только коммерсантам от «ультуры», но и тем, кто опасается, что не сможет выдержать открытую конкуренцию с готовыми служить интересам народа и республики молодыми умами, талантами, профессионалами с высоким образованием.

      • Анонимно
        17.11.2019 21:06

        Фандас абый! Не во всём согласен с вашей критикой татарского оперного театра. Все же он очень популярен как в стране и за пределами, после столичных городов он в лидирующем положении.
        Иное дело с татарским искусством, там отбор не всегда приемлемый. Почему бы не создать отдельный татарский музыкальный театр, тем более в кадрах у нас нет проблем, столько звезд по всему миру. Ведь у нас миллионы бросают на приобретение баскетболистов, футболистов и хоккеистов, здесь бы обошлось на много меньше. Как убедить наших чиновников и баев в этом!!!!!

        • Fandas Safiullin
          18.11.2019 12:51

          Негласное сопротивление созданию Татарского музыкального театра - это тоже продолжение того же отношения к национальной культуре.
          Главный подход: "Чтом МЫ с этого будем иметь?"
          Хорошо, что камаловский и тинчуринский театры успели создать в свое время.
          Непомерное по сотношению предпочтение продажному "спортау" вместо культуры и образования - это, как мне кажется, нечто закоренелое, не поддающееся переубуждению мозговое явление. Придется это перетерпеть.

  • Анонимно
    17.11.2019 15:08

    Чудовишно огромна масса национального богатства отчужденная от общественнополезного производства,на нее ,кучеряво живут...выдумывая всякое ,нетрудовые прослойки.

  • Анонимно
    17.11.2019 15:45

    Это огромное счастье, что у нее в жизни есть Альбина Анваровна. С таким человеком за спиной как раз лучше показать себя на стороне. Филиал Мариинского театра во Владивостоке-это вообще подарок Всевышнего: и мир увидела, и себя показала.

    • Анонимно
      20.11.2019 02:52

      Согласна. Думаю без протекции Альбины Анваровны , Айгуль вряд ли бы пустили даже на порог театра во Владивостоке. Это реалии сегодняшнего дня, к сожалению. Шагимуратова завоевала большой авторитет среди профессиональных музыкантов и благодаря этому может помогать молодым певцам.
      Ни одна другая «звезда» , как Нетребко или Хибла Герзмава, Абдразаков ничего не делают для молодого подрастающего поколения.
      Браво и низкий поклон Альбине Анваровне !

      • Анонимно
        20.11.2019 16:49

        Вы права, в наше время только по блату можно куда-то пройти. Нетребко, Герзмава и Абдразаков может и не помогают никому, но хотя бы не берут готовых вокалистов и не представляют их своими студентами.

        • Анонимно
          26.11.2019 20:17

          Где же вы видели готовых певцов, которые выпустились из консерваторий? Покажите такое место. Без Шагимуратовой ни Айгуль, ни другие певцы не стали бы тем, кем они сейчас являются. Педагоги Казанской консерватории только уродуют голоса или теряют голос к 5 курсу.это говорит вам бывшая студентка этого болотного заведения, которая сейчас вынуждена стоять и петь в хоре.

    • Анонимно
      26.11.2019 19:44

      только не надо его ставить на один уровень с самим театром.Надо сначала перейти на основную сцену Мариинского

  • Анонимно
    17.11.2019 22:38

    У нас конечно не признают своих талантов, знаю одного талантливого человека, в Татарстане его работы не ценятся, не хотят видеть, но с его постановками, первые места занимают в других регионах, в международных фестивалях. А у себя одна толпа,искусственно выращенных талантов, которые по душе верхушке, и надо их " поддерживать"! Все подкуплено, особо талантливым здесь лучше не задерживаться. Так и делают. Рузаль Гатин, например, а таких много.

  • Анонимно
    18.11.2019 00:29

    Спасибо БО! Отличная статья- интервью! По больше таких новостей.
    Айгуль, в первый раз услышал в Елабуге. Был настолько зачарован её голосом, что и в этот год приехал ее услышать. Скажу честно, за год она сильно выросла, в плане голоса. Молодец Айгуль! К сожалению, в жизни так бывает у многих, и не все могут справиться с теми проблемами которые выпали на её долю. Спасибо большое родителям Айгуль - они воспитали настоящего Человека!

  • Анонимно
    18.11.2019 08:10

    Я из тех, кто оперу не очень от слова совсем. Но благодаря человеческим качествам Айгуль даже захотелось послушать оперу....Афарин якташ!

  • Анонимно
    18.11.2019 15:47

    Хорошо!

Оставить комментарий
Анонимно
Все комментарии публикуются только после модерации с задержкой 2-10 минут. Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария. Правила модерирования
[ x ]

Зарегистрируйтесь на сайте БИЗНЕС Online!

Это даст возможность:

Регистрация

Помогите мне вспомнить пароль