Ильгиз Гилазов признался, что является сторонником смертной казни: «Как относиться к тому, что совершал Чикатило? По 50, по 60 трупов… Когда детей убивают, когда издеваются? Разве это соразмерно — пожизненное лишение свободы?..»Ильгиз Гилазов признался, что является сторонником смертной казни: «Как относиться к тому, что совершал Чикатило? По 50, по 60 трупов… Когда детей убивают, когда издеваются, разве это соразмерно — пожизненное лишение свободы?..»

«КАК СТАТЬ СУДЬЕЙ?»

Задолго до назначенного времени встречи с Ильгизом Гилазовым в шоу-рум в Высшей школе журналистики и медиакоммуникаций КФУ набилось множество студентов. Председателя Верховного суда РТ сопровождали на этой встрече руководитель Высшей школы журналистики и медиакоммуникаций КФУ Леонид Толчинский и декан юрфака Лилия Бакулина. Первый, стоя с микрофоном в руке, выполнял роль модератора встречи, вторая же расположилась в кресле рядом с гостем и лишь иногда вступала в беседу.

Гилазов начал свою речь со слов о том, что встреча проходит в предъюбилейный для Верховного суда Татарстана год. В 1870 году был образован Казанский окружной суд, который и считается предшественником данной почтенной организации. Отвечая на вопрос «Как стать судьей?», Ильгиз Идрисович рассказал историю собственной жизни. После окончания школы в 1974 году он пытался поступить на юрфак КГУ. «Всегда было желание заняться восстановлением справедливости», — так он объяснил свое желание.

Но абитуриенту не хватило буквально нескольких баллов. Поэтому молодой человек пошел работать на 16-й завод, а оттуда ушел в армию. Служил в Подмосковье, и именно туда пришла разнарядка из Университета им. Патриса Лумумбы. Московскому вузу требовались политически грамотные абитуриенты на факультет экономики и права. Поскольку Гилазов активно вел в части комсомольскую и общественную работу, направление дали именно ему. На этот раз с поступлением проблем не возникло и по окончании вуза он получил сразу два диплома — переводчика с английского языка и юриста-правоведа. Его карьера в Казани началась с должности инспектора по кадрам министерства соцобеспечения. С 1989 года он работает в Верховном суде РТ, а с 2011 года его возглавляет. «Женат, есть дочь, двое внуков», — закончил Гилазов свое вступление перед студентами под их аплодисменты.

Отвечая на вопросы студентов, Гилазов рассказал об одном из самых важных и сложных процессов, которые ему довелось вести, — деле о маньяке-насильнике. Оно рассматривалось в Набережных Челнах на стадионе «Гренада», который вместил около 5 тыс. человек. После четырех дней процесс закончился обвинительным приговором и высшей мерой наказания. По словам Гилазова, это был первый раз, когда он приговаривал человека к смертной казни. Всего же он четыре раза выносил этот вердикт.

Гилазов признался, что является сторонником смертной казни, хотя и по себе знает, как это тяжело. «После такого приговора стакан водки надо выпить обязательно», — вспомнил он слова одного из своих старших коллег. При этом председатель ВС РТ напомнил, что в нашей стране смертная казнь не отменена, действует лишь мораторий о приостановлении такого наказания. Впрочем, он добавил, что придерживается такой практики: «Если можешь не выносить приговор о высшей мере наказания — не бери это на себя». Но когда другого решения вынести невозможно, надо принимать это.

Вопрос аудитории коснулся темы, которая в последнее время муссируется в СМИ: сейчас многие, попавшие за решетку в «лихие девяностые», выходят на свободу. Не приведет ли это сегодня к росту преступности? Главный судья республики ушел от однозначного ответаВопрос аудитории коснулся темы, которая в последнее время муссируется в СМИ: сейчас многие попавшие за решетку в «лихие» 90-е выходят на свободу. Не приведет ли это сегодня к росту преступности? Главный судья республики ушел от однозначного ответа

«ЗА ТАКИЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ МОЖНО НАЗНАЧИТЬ ТОЛЬКО ВЫСШУЮ МЕРУ НАКАЗАНИЯ»

«Есть преступления, которые могут быть пограничными, ситуативными, случайными. А как относиться к тому, что совершал Чикатило? По 50, по 60 трупов… Когда детей убивают, когда издеваются, разве это соразмерно — пожизненное лишение свободы?.. Есть преступления такие страшные, за которые можно назначить только высшую меру наказания», — пояснил Гилазов. Это те случаи, когда надеяться на исправление человека уже нельзя.

Следующий вопрос аудитории коснулся темы, которая в последнее время очень сильно муссируется в СМИ: сейчас многие попавшие за решетку в «лихие» 90-е выходят на свободу. Не приведет ли это сегодня к росту преступности? Главный судья республики ушел от однозначного ответа. 

«На уровень преступности влияет много факторов: это и социально-политическая обстановка в стране, вопросы, связанные с финансами, с состоянием в обществе. Это и определенное падение нравственного уровня…» — констатировал Гилазов. Иллюстрацией к своим словам он назвал стрельбу на Тэцевской. В ходе данного инцидента один водитель выстрелил из травматического пистолета в другого на оживленной трассе прямо из движущейся машины. Гилазов отметил, что факторов, влияющих на рост преступности, много, но только одного нет. При этом криминальный фактор проявляет себя волнообразно: то увеличивается, то падает.


«С чем это связано — сказать сложно», — признался он и добавил, что в благополучном по сравнению с другими регионами Татарстане преступную активность можно частично объяснить гостями республики, прибывшими на строительство Набережных Челнов и Нижнекамска. Частично это были люди без корней, без моральных устоев. Частично — осужденные на «химию». Эти люди осели в городах и со временем стали прививать свой взгляд на жизнь подрастающему поколению. Вместе с тем, заметил Гилазов, уже по заявлениям людей в суд видно, как каждый район отличается от другого. «Каждый район специфичен, каждый имеет свой характер!» — подчеркнул он, отказавшись назвать самый «сутяжный» район республики, но подчеркнул, что много заявлений приходит из пригородных к Казани районов. Причиной оказалась земля: вопросы о границах участков порождают множество конфликтов, и это хорошо, что люди решают их в суде, а не хватаются за ножи и пистолеты.

Всего судебная система республики рассматривает в среднем 850 тыс. дел и материалов в год. «Но если взять, что по каждому делу в обязательном порядке две стороны (истец и ответчик — прим. ред.), не говоря уже о третьих лицах и адвокатах, то это уже полтора миллиона. Население у нас 3,8 миллиона человек. Вот и получается, что каждый третий гражданин нашей республики в течение года оказывается в орбите нашего судопроизводства», — подчеркнул Ильгиз Идрисович и отметил, что 65% всех дел и материалов рассматривают мировые судьи республики, то есть 279 материалов в месяц. У районных же судей нагрузка составляет 65 дел и материалов в месяц. Всего же в судебной системе Татарстана работают 687 судей: 54% мужчин и 46% женщин.

Речь зашла и о том, куда будет развиваться юриспруденция. Передаст ли она часть своих функций роботам? По мнению Гилазова, какими бы ни были тенденции развития нашей цивилизации, все равно все будет зависеть от нас самихРечь зашла и о том, куда будет развиваться юриспруденция. Передаст ли она часть своих функций роботам? По мнению Гилазова, какими бы ни были тенденции развития нашей цивилизации, все равно все будет зависеть от нас самих

заменит ли судью ЭЛЕКТРОННОЕ ПРАВОСУДИЕ?

Гилазов с удовольствием рассказал собравшимся, как в республике работают электронные системы, которые должны облегчить судопроизводство. С 2006 года запущена система «ГАС — Право», и она все больше «разворачивается». Раньше председатель районного суда решал, кому из судей передать дела, теперь это делают специальные модули. На сайтах судов в интернете можно найти исчерпывающую информацию по каждому из дел. С 1 сентября этого года в виде эксперимента вводится аудиопротоколирование судебного заседания и не за горами время, когда компьютерная система будет расшифровывать эту запись, переводя ее в текст. Пользуясь же системой «Электронное правосудие», можно из личного кабинета отправить свое заявление с цифровой подписью или квитанцию об оплате. Вскоре же дойдет до того, что и приходить на судебное заседание будет не нужно — участвовать в нем станет возможно, пользуясь привычным гаджетом — ноутбуком или смартфоном.

«В первый год работы „Электронного правосудия“ им воспользовались 500 человек, а в этом — уже более двух тысяч!» — воодушевлено отметил Гилазов. По его словам, эта система не только уменьшила почтовые расходы, но и расход бумаги. Татарстан пока в этом деле пионер, но теперь и соседние регионы хотят внедрить у себя это новшество. «Я не хвастаюсь, но это наше достижение. Будущее — за электронным архивом. Правда, оцифровать весь массив дел достаточно сложно», — отметил председатель Верховного суда РТ.

Речь зашла и о том, куда будет развиваться юриспруденция. Передаст ли она часть своих функций роботам? По мнению Гилазова, какими бы ни были тенденции развития нашей цивилизации, все равно все будет зависеть от нас самих, от наших решений и от нашего отношения к своему делу. 

Толчинский поинтересовался, часто ли к председателю Верховного суда республики обращаются с просьбами помочь, повлиять, принять во внимание. Гилазов в ответ признался: «Дорога во власть — это дорога в одиночество». То есть люди, которые считали, что ты можешь им помочь, в случае отказа уходят из орбиты друзей. Республиканская же власть такими просьбами председателю ВС РТ, по его словам, не докучает, поскольку знает, что тот ни в коем случае не сойдет с орбиты закона. «Я патриот нашей республики, но белое черным сделать нельзя», — заявил Гилазов. Впрочем, председатель ВС РТ признался, что самое большое давление испытывает не со стороны властей, СМИ или друзей, а со стороны социальных сетей, чьи «диванные комментаторы» подчас комментируют решения, которые еще даже и не вынесены.

Встречу Гилазов закончил пожеланием удачи студентам. «Все в ваших руках. Тот, кто хочет, многого добьется. Но я бы хотел пожелать и удачи. Нужно чувствовать ее всю жизнь. И трудолюбия — это важнее, чем талант. Удачи вам и успехов», — заключил главный судья Татарстана под аплодисменты собравшихся.