Бизнес 
5.06.2012

Полина Немировченко, «Эрнст энд Янг»: «Репутация – это основа нашего бизнеса»

IMG_0098.jpg
«У нас около десяти крупных клиентов в Татарстане, активы которых в общей сложности составляют около 45 миллиардов рублей»

КАЗАНСКИЙ ОФИС «ЭРНСТ ЭНД ЯНГ» РАБОТАЕТ С 2011 ГОДА

- Прежде чем приступим к вопросам читателей, расскажите, пожалуйста, о своей деятельности «Эрнст энд Янг» в России и в Татарстане.

- Полина Немировченко - директор отдела развития бизнеса и маркетинга «Эрнст энд Янг»: «Эрнст энд Янг» входит в так называемую «Большую четверку» компаний, являющихся лидерами в предоставлении профессиональных услуг в области аудита, бизнес-консультирования, налогообложения и сопровождения сделок. В России компания работает с 1989 года. Сегодня в СНГ у нас работает 3500 человек, открыто 18 офисов.

В 2010 году было принято решение открыть офис и в Татарстане. Мы обратились к руководству республики с этим предложением, и получили максимальную поддержку. И в феврале 2011 года в казанской ратуше с участием премьер-министра РТ Ильдара Халикова состоялось торжественное открытие нашего офиса в Казани.

- Айрат Кавеев, директора филиала «Эрнст энд Янг» в Казани: На сегодняшний день в казанском офисе «Эрнст энд Янг» работает уже более 20 человек. При этом есть планы по дальнейшему развитию. У нас около десяти крупных клиентов в республике, активы которых в общей сложности составляют около 45 миллиардов рублей. К сожалению, мы не можем называть своих клиентов, но в открытом доступе можно посмотреть, кто является аудитором крупнейших компаний Татарстана.

Казанский офис концентрируется на предоставлении услуг аудита по международным и российским стандартам бухгалтерского учета. В перспективе, года через два, у нас будет развиваться и налоговая, и консалтинговая практика. Одной из основных задач первого периода является набор кадров и их обучение. Мы много инвестируем в наших людей. Причем, зачастую набираем сотрудников сразу после студенческой скамьи, считая, что эффективнее научить, чем переучивать.

Лично я читаю лекции по международным стандартам финансовой отчетности в КГФЭИ, принимаю участие в работе госкомиссии на защите дипломных работ и госэкзаменах. Это дает возможность увидеть качество подготовки студентов. Можно сказать, что это часть процесса по набору персонала.

- Немировченко: Следует добавить, что и в Казани мы оказываем не только аудиторские услуги. Если требуется, мы привлекаем специалистов наших офисов в Москве или Санкт-Петербурге. Мы подбираем специалистов с той компетенцией, которая необходима в данном проекте, и оказываем тот или иной вид услуг.

АУДИТОРСКОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ «ЭРНСТ ЭНД ЯНГ» ВЫЗЫВАЕТ ДОВЕРИЕ

- Как происходит процесс аудита: предприятие готовит отчет, а вы ставите штамп?

- Кавеев: Короткое определение аудита – это подтверждение финансовой отчетности, а за ним стоят многочисленные процессы и процедуры, регламентируемые аудиторским законодательством. По международной отчетности, которая сейчас активно входит в российскую действительность, мы, как правило, даем два заключения: о финансовой дисциплине и системе внутреннего контроля.

- Какова мотивация компаний, которые к вам обращаются? Наверное, у местных аудиторов это будет дешевле…

- Немировченко: Просто если вы получаете заключение аудиторской компании, входящей в «Большую четверку», это вызывает большее доверие у банков и бизнес-партнеров. Многие компании, которые уже используют международную систему финансовой отчетности (МСФО), осознают, какие процессы за этим стоят. И когда они видят, что компания следует этим же правилам и принципам, они понимают, что работают в одной системе ценностей и что партнер более надежный.

Помимо того, что мы проверяем финансовую отчетность, у нас еще есть отдельная группа, которая помогает трансформировать отчетность из российских стандартов в международные. В зависимости от потребности компании мы делаем так называемую трансформацию, и в дальнейшем компания уже сама готовит отчетность, которую мы аудируем.

- К моменту открытия филиала «Эрнст анд Янг» в РТ, практически все крупнейшие предприятия Татарстана уже обслуживались у остальных членов «Большой четверки». Как вы оцениваете перспективы развития «Эрнст анд Янг» в Татарстане? (Ильдар Валиев); Насколько оправдало ожидания открытие филиала вашей компании в Татарстане? (Гарайшин); Отдельные международные компании уже несколько лет работают на рынке Татарстана. К примеру, “Прайс Вотерхаус Куперс” (PWC). Почему “Эрнст энд Янг” решил войти только сейчас? (Алексей Мезенцев).

- Немировченко: За период работы нашей компании в России у нас было множество клиентов, в том числе и в Татарстане. Поэтому неверно, что мы входим на рынок республики только сейчас.

В нашем бизнесе достаточно большую долю занимает бизнес- и налоговое консультирование. К моменту открытия офиса в Казани у компании «Эрнст энд Янг» уже была достаточная клиентская база, которая позволяла нам оценить целесообразность и принять решение о вхождении в ваш регион.

Не секрет, что Республика Татарстан является одним из ведущих регионов России, лидером. И было бы странно, что мы здесь не присутствовали бы…

- То есть открытие офиса в Казани – это не первый шаг в республику, а последующий?

- Немировченко: Как только возникла «критическая масса», мы так и сделали. Могу сказать, что компания за последний год открыла два офиса, второй - в Краснодарском крае. Это наша стратегия, которую мы последовательно реализовываем.

- То есть вы не считаете, что к разделу «пирога» опоздали? Ведь рынок в Татарстане уже давно поделен между другими аудиторскими компаниями…

- Немировченко: Мы все находимся в рынке, мы понимаем, как нам работать, и двигаемся в соответствии с намеченными планами.

«САМАЯ СИЛЬНАЯ СТОРОНА – КЛИЕНТООРИЕНТИРОВАННОСТЬ»

- Есть ли у «Эрнст энд Янг» свои эксклюзивные преимущества (фишки, так сказать) в сфере консалтинга и аудита, за счет которых обеспечивается вход на новый рынок, привлечение клиентов? (Зиганшин Фарид).

- Немировченко: Я считаю, что наша компания очень клиентоориентирована, и это наше преимущество. В принципе, бизнес всей «Большой четверки» аудиторских компаний в предоставлении профессиональных услуг связан с личными контактами. Поскольку мы продаем не товары, а услуги, работа с клиентами – это наша основа, наш капитал и наши возможности в том числе. Поэтому мы уделяем много внимания именно тому, как мы общаемся с клиентами, как реагируем на их вопросы, как отрабатываем их просьбы.

Я считаю, что внимательное отношение к клиентам является очень серьезным нашим преимуществом. Я вас уверяю, что когда начинается работа с клиентами, они от нас практически не уходят. Более того, за прошлый год около десяти достаточно крупных компаний федерального уровня поменяли аудитора на нас. И продолжают с нами работать.

- То есть, клиентоориентированность – ваша «фишка»?

- Немировченко: Да, ведь стандарты отчетности унифицированы. Суть вопроса - в качестве предоставляемых услуг. Я считаю, что это наша самая сильная сторона.

- Можете привести несколько постулатов по отношению к клиенту, которые приняты в вашей компании?

- Немировченко: Во-первых, в разговоре с клиентом никогда нельзя вспоминать о своих проблемах. Если клиент к тебе пришел, ты должен быть в хорошем настроении, с улыбкой. И всегда отвечать, даже если клиент задает неудобные вопросы. Никогда нельзя вступать в конфликтные ситуации. Банально, но «клиент всегда прав». А если он неправ, то сделай так, чтобы он стал прав...

Мы всегда открыты, используем все возможности, чтобы ответить на запросы клиента, готовы искать варианты. Даже когда для нас это нестандартный или необычный вопрос, мы ищем ресурсы – свои или со стороны.

- Можно сказать, что ответа «мы этим не занимаемся» у вас нет?

- Немировченко: К сожалению, так говорить приходится, если это не входит в спектр наших услуг. Например, мы являемся ведущим консультантом по выходу компаний на IPO, но если к нам приходят с вопросом «привлеките нам финансирование», мы не будем этого делать, поскольку это не наша работа. В этом случае в услуге мы откажем, но порекомендуем, как это можно сделать, и поможем установить взаимовыгодное отношение с другой стороной.

- Кавеев: Отказывать приходится и в случае конфликта интересов, когда мы уже оказываем компании какие-то услуги и не можем предоставить другие. Например, если мы для клиента делаем аудит, то уже не можем оценивать его основные средства или производить какие-либо консалтинговые услуги по системе внедрения внутреннего контроля, потому что потом мы будем сами подписывать это аудиторское заключение. То есть здесь возникает прямой конфликт интересов. Тогда мы честно говорим клиенту, что не можем быть для него независимым экспертом в данном случае.

- Немировченко: Помимо того, что у нас есть определенные собственные стандарты, глобальная организация «Эрнст энд Янг» ежегодно проверяет нас на соблюдение всех процедур и стандартов качества аудита. Они случайным образом выбирают несколько клиентов и проверяют соблюдение всех стандартов. И надо сказать, что это достаточно жесткая проверка. То есть нас тоже аудируют.

- Звучит все правильно, но после того, как западный мир пережил катастрофу 2008 года… А ведь перед этим, наверное, все компании проходили аудит…

Немировченко: А в чем заключается аудит? Компания предоставляет нам информацию, а мы ее проверяем на предмет правильности по соответствию, во-первых, бизнес-процессам компании, во-вторых, законодательству. А проверка хозяйственной деятельности – не наша задача. Для этого есть совет директоров.

IMG_0113.jpg
Полина Немировченко: «Мы используем все возможности, чтобы ответить на запросы клиента, готовы искать варианты. Даже когда для нас это нестандартный или необычный вопрос, мы ищем ресурсы – свои или со стороны»

«ОЧЕНЬ ЧАСТО ПОЛУЧЕННЫЙ ЭФФЕКТ ПРЕВОСХОДИТ ОЖИДАНИЯ»

- Берете ли вы на себя ответственность за последствия ваших консультаций? (Наиль Шакиров).

- Немировченко: Любая консультация – это вопрос взаимодействия между компанией и заказчиком. Мы даем свои рекомендации, и если на этом этапе наша работа заканчивается, если мы не участвуем в реализации рекомендаций, то мы не можем гарантировать, что компания добьется обещанных результатов.

Но есть проекты, которые мы помогаем реализовывать: разрабатываем операционные планы, тактику реализации, прорабатываем стратегические вопросы. Тогда мы получаем оплату своей работы по результатам, которые достигает клиент. И могу сказать, что если мы беремся за какой-нибудь проект, то очень часто эффект превосходит ожидания. И получаем за свою работу даже больше, чем если бы мы «на берегу» договорились о какой-то определенной сумме. Поскольку мы знаем свои возможности, свой профессиональный уровень, то уверены в том, к чему мы идем, и помогаем компаниям этого добиться.

«ПОДНИМАЕМ ФИНАНСОВУЮ ГРАМОТНОСТЬ ВСЕЙ СТРАНЫ»

- Вы сказали, что в свою компанию берете только выпускников вузов, чтобы не надо было переучивать. Но ведь, наверное, у клиентов работают люди разной профессиональной подготовки. Вы находите с ними общий язык?

- Кавеев: Неправильно говорить, что аудитор – это только профессия. Мы в первую очередь работаем с людьми. Один из самых важных навыков, которому мы обучаем наш персонал, - умение общаться и понимать, как подходить к клиенту. Клиентоориентированность, индивидуальный подход – это главное. Бывают, конечно, и конфликтные ситуации. В том случае, если наш сотрудник на своем уровне не может решить вопрос или получить информацию, он обращается к своим коллегам более высокого уровня.

У аудита достаточно простая формула проверки: он должен быть качественным и сделанным вовремя. Одним из критериев качества аудита является то, насколько гладко проходил сам процесс аудита. Мне приятно, когда кого-то из членов моей команды хвалят за то, что по сравнению, например, с предыдущим аудитором, складывался совершенно другой диалог. Я считаю, что у нас получается обучать наших сотрудников контактировать с командой клиента.

- Немировченко: В том числе, мы занимаемся образованием наших клиентов. В компании «Эрнст энд Янг» есть «Академия бизнеса», помогающая нам поднимать уровень компаний, с которыми мы работаем. Мы проводим обучение по бухгалтерским стандартам и другим направлениям. У нас, например, есть тренинг «Мини-МВА», во время которого за неделю дается мини-аналог данной программы. Могу сказать, что все, кто проходил этот тренинг, остаются довольны. Поэтому мы волей-неволей, занимаемся повышением квалификации и поднимаем финансовую грамотность всей страны.

- Обучение сотрудников ваших клиентов в академии проходит за дополнительные деньги?

- Немировченко: Да, этот тренинг можно заказать. Иногда для наших клиентов мы читаем небольшие тренинги в рамках существующего контракта. Например, о ежегодных изменениях в стандартах финансовой отчетности. Надо сказать, что образование – это очень значимый бизнес для нас, потому что есть большой спрос. На нашем сайте www.ey.com можно посмотреть весь спектр предоставляемых возможностей по этому направлению.

- Кавеев: За прошлый год мы провели несколько тренингов – по налогам, трансфертному ценообразованию, противодействию коррупции и мошенничеству. Это были бесплатные тренинги, в которых приняли участие представители госорганов и большая часть бизнес-сообщества.

- Вы планируете открыть подразделение академии в Казани?

- Немировченко: По мере необходимости мы проводим обучение во всех своих офисах по СНГ.

«КРИЗИС ПРОИЗВЕЛ ОТРЕЗВЛЯЮЩЕЕ ДЕЙСТВИЕ»

- Насколько востребованы услуги по содействию в реструктуризации задолженности? Сильно ли выросла популярность подобного рода услуг в связи с кризисом 2008-2009 годов? (Ильшат Ганеев).

- Немировченко: Потребность в услугах по реструктуризации (как для банков-кредиторов, так и для заемщиков) выросла в разы в ходе кризиса, который, в частности, привел к невозможности обслуживать многие кредиты по ранее согласованному графику. Так, специалисты нашей компании приняли участие в крупнейших реструктуризациях долга на российском рынке (РУСАЛ, Мечел, КАМАЗ, Рольф, Тракторные Заводы и т.д.).

В настоящее время острота проблем, связанных с обслуживанием долга, в целом несколько снизилась, однако услуги по реструктуризации остались весьма востребованными. Это связано с тем, что, с одной стороны, у банков на балансах накоплены существенные объемы «токсичных» активов, а с другой - даже хорошие заемщики испытывают потребность в рефинансировании имеющихся обязательств более длинными деньгами. Именно на эти две группы проблем направлена наша работа в настоящее время.

- Вы не ощущаете приближение нового кризиса?

- Кавеев: Я думаю, не раскрою большого секрета, если скажу, что многие клиенты и мы сами к такому кризису, как в 2008 году, не готовимся, но мы не ведем себя так, как в докризисное время. Мы достаточно консервативно относимся к нашему ближайшему будущему.

- Немировченко: Конечно, кризис произвел отрезвляющее действие, повлияв на рынок в целом и на нас тоже.

«ЦЕЛЬ - СТАТЬ ЛИДЕРАМИ ВО ВСЕХ НАПРАВЛЕНИЯХ»

- Во сколько миллионов рублей вы оцениваете рынок аудиторских и консалтинговых услуг РТ? Какую долю рынка планируете занять? (Виктор О.)

- Немировченко: Дело в том, что аудит не является обязательной услугой, которую должна покупать каждая компания. Бывает, что компания готовит отчетность по международным стандартам и ее аудирует, реализовывает какие-то свои планы по финансированию. Бывает, что отчетность продолжает готовиться, но не аудируется. Или аудируется, но, например, не компаниями «Большой четверки».

Поэтому, к сожалению, невозможно назвать определенную цифру. Но с точки зрения доли рынка мы, конечно, стремимся к максимизации наших оборотов. Дело еще в том, что любая позиция на рынке не фиксируется – всё меняется ежегодно. Например, компания, которая является нашим клиентом, поглощается более крупной, а у той есть свой аудитор. Или, наоборот, наш клиент приобретает какую-то фирму, и у нас появляется новый клиент. И такая ротация идет постоянно.

- Когда открывали офис в Казани, наверное, какой-то план «спустили»?

- Кавеев: Конечно, сначала были более оптимистичные планы, которые позже были скорректированы в связи с высокой конкуренцией. Мы это понимаем и продолжаем инвестировать в регион. Мы многое делаем для того, чтобы шаг за шагом увеличивать свою долю на рынке. Я не могу назвать конкретные цифры, которые, как вы говорите, были нам «спущены», но мы делаем все, чтобы их достичь. Мы последовательно стремимся к тому, чтобы стать лидерами во всех направлениях. На рынке – четыре основных игрока и, соответственно, доля каждого - примерно четверть. При этом каждая компания стремится увеличить свою долю.

- А не было желания купить местную аудиторскую компанию, чтобы убыстрить процесс завоевания рынка?

- Немировченко: У компаний «Большой четверки» такой практики нет. Если мы приходим на рынок, то работаем со своими ресурсами, людьми и практиками.

Если есть некоторая специфика в бизнес-консультировании, тогда мы приглашаем на работу и начинаем сотрудничество со специалистами-экспертами, используя их знание рынка, профессиональный опыт и связи с теми или иными компаниями. В этом случае мы ведем большую работу по их интеграции в нашу культуру, этические и процедурные вопросы, поскольку анализ качества есть не только в аудите, а во всех направлениях, в которых мы работаем. Репутация – это то, на чем мы строим свой бизнес.

- Планируете ли вы развитие сектора оценки в деятельности казанского офиса?

- Кавеев: На сегодняшний день мы оказываем такие услуги, но пока ресурсами московского офиса. Мы видим, что рынок есть, но, думаю, что сегодня еще преждевременно говорить об открытии этого направления.

- Именно на рынке оценочных услуг в Татарстане есть, что «ловить»…

- Немировченко: Оценка оценке - рознь. И когда какая-либо фирма приходит в международную компанию, она понимает, для чего, и делает оценку. Вы говорите, что рынок большой, но этим компаниям не важно, что им напишут. Это им нужно, к сожалению, для «галочки», им не нужна реальная оценка активов. И когда при обращении к нам мы понимаем, для чего это делается, то, конечно, мы в этой сфере работаем. Но многое на рынке оценки делается формально.

- Кавеев: В рамках аудита мы проверяем любую оценку хоть каждый год. Может быть, не всегда обязательно проходить оценку у «Большой четверки» для цели аудита, но если мы говорим о продаже, слиянии, кредитах, то, как правило, международные институты требуют, чтобы была оценка международной компании.

- Какие крупнейшие проекты иностранных инвесторов в Татарстане вы поддерживаете? (Anonymous).

- Кавеев: Вопрос не вполне понятен. В тех компаниях, которые мы аудируем, есть и иностранный капитал – 100-процентный или частичный. Да, мы помогаем их бизнесу, указываем на проблемы, говорим об эффективности. Я, к сожалению, не могу перечислить названия компаний, но если взять Тор-100 лучших компаний Татарстана и посмотреть, кто их аудирует по международным стандартам, то можно увидеть нашу компанию.

IMG_0126Р°.jpg
Айрат Кавеев: «Я думаю, не раскрою большого секрета, если скажу, что многие клиенты и мы сами к такому кризису, как в 2008 году, не готовимся, но мы не ведем себя так, как в докризисное время. Мы достаточно консервативно относимся к нашему ближайшему будущему»

«НАХОДИМСЯ В ПОСТОЯННОМ КОНТАКТЕ С РУКОВОДСТВОМ РТ»

- Минниханов однажды критиковал вашу компанию за неактивную работу по привлечению инвесторов в Татарстан. Какие выводы сделаны? (Anonymous).

- Немировченко: Организационные. Дело в том, что к тому моменту сложилась такая ситуация, когда по ряду объективных и субъективных причин некоторые проекты, которые мы реализовываем в республике, не пришли к своему финальному результату, а были остановлены. И у нас не было возможности продемонстрировать свое желание работать и показывать результаты, которые впечатлили бы Рустама Нургалиевича. Но в большинстве случаев это от нас не зависело.

Сегодня мы уже нашли новые направления взаимодействия - мы находимся в постоянном контакте с руководством республики и профильными министерствами. Контакт есть, никаких проблем для работы в республике не было и нет. Критика президента РТ нас не остановила – мы «затянули пояса» и побежали дальше.

- А разве ваша компания чем-то обязана Татарстану? Почему вы должны привлекать сюда инвестиции?

- Немировченко: Хороший вопрос! Дело в том, что Татарстан прилагает большие усилия по привлечению инвестиций в республику – и для ОЭЗ «Алабуга», и просто для повышения уровня профессионализма в регионе. И мы в рамках своих возможностей пытаемся пропагандировать, рекламировать, рассказывать о республике. В то же время, если к нам приходит клиент, мы из этических соображений не можем говорить, что идите только туда и больше никуда. При подаче информации мы, конечно, взаимодействуем с республикой, просим предоставлять наиболее актуальную и интересную информацию.

18 мая я была на совещании у Рустама Нургалиевича. Вновь обсуждался вопрос привлечения инвесторов. Мы работаем над этим вопросом. Сейчас это не просто. Если бы мы начали работать в Татарстане до кризиса, то, возможно, уже было бы значительное количество инвесторов, которых мы бы сюда привели. А сейчас количество денег на рынке ограничено, инвесторы стали намного осторожнее. К сожалению, на данный момент многие компании уже «сели» в тот или иной регион, поэтому круг возможных инвесторов волей-неволей сужается.

У вашего региона есть своя специфика – нефтегазовая, есть машиностроение и IТ-технологии. Это то, что может заинтересовать потенциального инвестора.

«ЛИДЕР ПО ОБСЛУЖИВАНИЮ КОМПАНИЙ ЭНЕРГЕТИЧЕСКОГО СЕКТОРА»

- Работая в определенном регионе, ваша компания получает некий «срез» развития бизнеса в нем. В связи с этим у меня вопрос: насколько вы оцениваете, если так можно сказать, свежим взглядом, динамику развития бизнеса в нашей республике? (Гарайшин).

- Кавеев: Про «свежий взгляд» говорить не приходится – статистика говорит сама за себя. Если в одну линейку поставить регионы Поволжья, то мы понимаем, что есть два региона-локомотива – это Татарстан и Башкирия со своими нефтяными и нефтехимическими комплексами, машиностроением. А все остальные регионы не так развиты индустриально. Соответственно, инвестиции в первую очередь идут в привлекательные отрасли. Для Татарстана это нефть и нефтехимия, автомобилестроение и авиационная промышленность.

Мы видим, что при развитии крупных индустриальных направлений развиваются и обслуживающие отрасли – розничная торговля, легкая промышленность. Даже по приросту ВРП мы видим, что Татарстан впереди, он более динамичен.

- Ваша компания занимается, в том числе, и вопросами энергоэффективности. Каков потенциал экономии в Татарстане? В каких секторах есть возможности снижения расходов на энергообеспечение? (Сергей К.).

- Немировченко: На самом деле, нет предела снижения энергопотребления, всегда можно найти какие-то возможности. Вопрос только в стоимости – снижать можно до бесконечности, пока это имеет смысл.

Что касается энергоэффективности, то наша компания является лидером по обслуживанию компаний энергетического сектора – практически все крупнейшие компании работают с нами. У нас есть очень сильная сторона: будучи международной компанией, «Эрнст энд Янг» имеет доступ к наиболее актуальной информации, которая является интересной во всем мире. У нас хорошо налажено взаимодействие по так называемой сети фирм. И сейчас в вашей республике мы обсуждаем ряд проектов именно в этом направлении. Регион у вас передовой - вопросы энергоэффективности стоят на повестке дня. А мы понимаем, что нужно делать для реализации тех или иных проектов.

Конечно, мы не являемся техническим консультантом, но всегда проблемами любого такого проекта являются финансирование, структурирование и дальнейшие стратегические планы. Именно в этом мы готовы оказывать поддержку, мы понимаем, как это нужно делать, как привлекать деньги. Мы работаем в связке с техническим консультантом, который помогает правильно выстроить технологические требования и планы для реализации проектов.

«НАШИ УСЛУГИ НЕ ОГРАНИЧИВАЮТСЯ ТОЛЬКО РАССЛЕДОВАНИЕМ»

- Как часто вам приходится участвовать в расследовании мошенничества? Можете назвать яркий случай? (Игорь Трофимов).

- Кавеев: Наши услуги не ограничиваются только расследованием. Мы также помогаем компаниям разрешать споры с контрагентами и помогаем готовить информацию для судов (как российских, так и других юрисдикций). Речь идет и о минимизации возможности совершения мошеннических действий.

Приведу несколько примеров. При анализе схемы реализации готовой продукции на одном крупном государственном промышленном предприятии было выявлено, что больше половины готовой продукции поставляется компаниям, зарегистрированным в оффшорных зонах. Затем продукция перепродавалась, и прибыль оседала в оффшорных компаниях. В результате анализа было выявлено, что данные компании были аффилированы с генеральным директором и коммерческим директором. Сумма потенциальных убытков за пять лет составила 500 миллионов рублей. Ведется разбирательство.

Другой пример: генеральный директор государственного транспортного предприятия хотел провести сделку по приобретению крупного предприятия по цене в 10 раз превышающей его рыночную стоимость. Это стало возможно благодаря тому, что продавец был сотрудником компании, проводившей оценку. Сумма потенциальных убытков могла составить 150 миллионов рублей. По результатам проверки генеральный директор был уволен, а сделка не состоялась.

И последний пример: финансовый директор одного из подразделений частной компании - крупного производителя продуктов питания, пользуясь личными связями и недостатками системы контроля, организовал закупки не существующих запасных частей и сырья.

Мошенники, а в группу входили сотрудники бухгалтерии, финансового и производственного отделов, подделывали документы и бухгалтерские проводки. Сумма потенциальных убытков составила 90 миллионов рублей. По результатам проверки клиент обратился в правоохранительные органы, было заведено уголовное дело.

«ПОСЛЕДСТВИЯ ВСТУПЛЕНИЯ РОССИИ В ВТО: ПРОГНОЗ ПОЗИТИВНЫЙ»

- Как вы считаете, имеют ли современные российские предприятия собственную философию ведения бизнеса в условиях глобальной экономики? Сотрудничает ли «Эрнст энд Янг» с химическими и нефтехимическими республиканскими компаниями? Как оцените их конкурентоспособность? Адекватен ли их маркетинг? Что бы вы посоветовали им в предстоящих экономических условиях (речь идет о вступлении России в ВТО). (Лакомкина Наталья Рашидовна).

- Немировченко: Да, мы ведем диалог с лидерами Республики Татарстан, работаем с компаниями нефтехимического сектора республики, в частности, с «Татнефтью» и компаниями ТАИФ.

По стилю ведения бизнеса мы видим очень большую эволюцию - трансформацию подходов к ведению бизнеса. Например, ТАИФ начал готовить консолидированную отчетность на уровне холдинга, а это движение к западным стандартам. Это явный прогресс.

Что касается маркетинга, то это не совсем наша область деятельности. А по вступлению России в ВТО и компании, и руководство республики ведут очень большую работу, чтобы нивелировать возможные отрицательные последствия и сделать максимальным эффект от вступления. Недавно наша компания совместно с российской экономической школой выпустила отчет исследования об оценке возможных последствий вступления России в ВТО. И мы даем позитивный прогноз: будет небольшой, но прирост ВВП. Этот отчет опубликован на нашем сайте.

- Всех волнует, не помрут ли местные предприятия…

- Немировченко: ВТО является уникальной возможностью по повышению конкурентоспособности и проверке на прочность. В принципе, ВТО - это еще одна возможность оптимизироваться и задуматься о применяемых процессах и технологиях. В то же время это дает колоссальные возможности по выходу на международные рынки.

Конечно, не всем компаниям это интересно. Будут проблемы у тех предприятий, которые работают неэффективно, у которых бизнес-процессы построены по старинке или «по понятиям». В современной экономической ситуации это уже не актуально. Поэтому ВТО - это дополнительный стимул для повышения прибыльности и эффективности предприятия, оптимизации бизнес-процессов.

У ВТО есть свои механизмы защиты интересов, которыми нужно правильно пользоваться и понимать, как это делается. Я думаю, что и Республика Татарстан, и другие регионы России вполне справятся с этими вопросами при помощи федеральных структур, поскольку, чаще всего, это не вопрос одного предприятия, а системная работа - отраслевая или подотраслевая. Я более чем уверена, что множество проблем будут все равно сглажены, решены, так как вступление в ВТО не случается одномоментно - по большинству направлений изменения будут происходить с отсрочкой. Какого-то сильного стресса не будет.

С другой стороны, в своем отчете мы отмечаем, что, конечно, это будет дополнительная нагрузка на моно-города. Понятно, что если градообразующее предприятие успешно, то оно и дальше будет развиваться. Если же у него есть проблемы, то вступление в ВТО только усугубит их. В этом случае госорганам важно понимать, что какие-то одномоментные решения по «затыканию дырок» не годятся – нужна системная работа по изменению, переориентированию тех направлений деятельности, которые не имеют будущего.

«МЕЖДУНАРОДНЫЕ СТАНДАРТЫ - В РОССИЙСКУЮ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬ»

- Как вы оцениваете перспективы перехода на международные стандарты финансовой отчетности? Окажет ли это существенное влияние на спрос в сфере аудита и консалтинга?

- Кавеев: Этот процесс начат давно. На сегодняшний день уже все банки обязаны предоставлять отчетность по МСФО. Другой вопрос, что не все это делают или делают, на свой страх и риск, не очень качественно. Но крупнейшие банки – ВТБ, Сбербанк и другие - готовят отчетность по международным стандартам. Соответственно, это делают и лидеры банковского рынка Татарстана.

С 2012 года отчетность по МСФО должны будут готовить и те компании, которые делают консолидированную отчетность. По нашим прогнозам, к концу 2013 - началу 2014 года все компании должны будут готовить отчетность по МСФО. На сегодняшний день практически все стандарты международной отчетности переведены на русский язык, они доступны в «Консультанте» и «Гаранте». Пока они не применяются в обязательном порядке для всех, они дорабатываются, и компания «Эрнст энд Янг» принимает активное участие в этом процессе. У нас есть довольно крупная группа методологов, которые помогают внедрить в российскую действительность международные стандарты.

- Как вы считаете, по какому пути в России пойдет совершенствование финансовой отчетности – это будет плавный переход российских стандартов бухгалтерского учета (РСБУ) в международные или их резкая отмена?

- Кавеев: Международный стандарт финансовой отчетности – это, в первую очередь, единые правила игры для всех участников рынка. Так как мы говорим о глобализации, перенаправлении капитала из одной страны в другую, то инвесторы должны понимать, что их 100 рублей везде будут 100 рублями.

Что касается перехода РСБУ в МСФО, то этот процесс идет давно, ему более 11 лет. На сегодняшний день, если мы готовим отчетность по РСБУ для какой-либо компании, то она будет не существенно отличаться от отчетности по МСФО. Но это, если отчетность будем делать мы. Думаю, что подобный подход – у всех компаний «Большой четверки». Другие компании могут трактовать отчетность иначе или просто принимать мнение руководства компании и уже потом - бухгалтерского законодательства.

Так как состоялся перевод МСФО на русский язык, то, думаю, после некого переходного периода повсеместно начнут использоваться стандарты международной отчетности. На сегодняшний день многие стандарты МФО, если их внимательно читать, очень приближены к РСБУ, то есть переход должен состояться безболезненно. Я считаю, все идет к глобальной унификации.

- Немировченко: Многие российские компании готовят отчетность по РСБУ, потому что в таком виде ее необходимо предоставить в налоговые органы. Если власти примут решение, что МСФО – достаточная и приемлемая система отчетности, процесс пойдет быстрее. А сейчас чаще всего отчетность по РСБУ и МСФО делают в компаниях два разных отдела. Естественно, у них одинаковая информация, но излагают они ее по-разному.

Мне очень нравится, что в Татарстане есть руководители высшего и среднего звена на удивление «жадные» до информации, изменений, даже до каких-то вызовов. Это, безусловно, очень хорошо, потому что позволяет региону развиваться и меняться.

«ИНФОРМАЦИОННЫЙ ГОЛОД – ЭТО КОГДА ЧЕЛОВЕКУ ЛЕНЬ»

- Как вы считаете, в Татарстане есть информационный голод по вашей тематике?

- Кавеев: Ни в Татарстане, ни в России информационного голода нет, поскольку даже английский язык уже не является препятствием, так как многие книги переведены на русский. Да и англоговорящих людей у нас достаточно много. В нашей компании, например, внутренняя документация ведется, в основном, на английском языке, поэтому хорошее знание английского у нас обязательно. А информационный голод – это когда человеку лень. Источников информации очень много.

- Немировченко: Мы ежегодно издаем в переводе стандарты МСФО именно для бухгалтеров.

- Кавеев: Это трехтомник формата А 4, который подробно, с комментариями и практическими примерами объясняет сложные моменты внедрения и использования стандартов. Это очень достойный труд! Я видел, как навернулись слезы на глазах у бухгалтера, когда я подарил ему этот трехтомник. Надеюсь, что наш труд используется в практической работе. Это тоже наша помощь в повышении качества и квалификации сотрудников.

- Немировченко: Можно сказать, что компании «Большой четверки» являются «кузницей кадров»: финансовые или генеральные директора многих компаний в тот или иной период своей жизни проходили через работу, например, в «Эрнст энд Янг». Мы формируем культуру финансовой грамотности для того, чтобы компаниям было легче работать не только на российском, но и западном рынке.

IMG_0123.jpg
Полина Немировченко: «У вашего региона есть своя специфика – нефтегазовая, есть машиностроение и IТ-технологии. Это то, что может заинтересовать потенциального инвестора»

«ЕСТЬ ВСЁ, ЧТОБЫ В РОССИИ РАЗВИВАЛСЯ ИСЛАМСКИЙ БАНКИНГ»

- Как вы оцениваете перспективы исламских финансов? (Anonymous)

- Немировченко: В принципе, мы достаточно много работаем по исламским финансам. Есть ряд компаний, которые работают с «Эрнст энд Янг», потому что по исламскому финансированию у нас есть очень мощный центр в Дубае и Лондоне. Один из участников сделки «АК БАРС» Банка по размещению бумаг сказал, что в нашей стране есть все для того, чтобы здесь развивался исламский банкинг: есть возможности, уже есть история успеха. Думаю, сейчас нужен какой-то толчок, и развитие этого направления, однозначно, будет.

-Какие инициативы есть у вашей компании по изменению иммиграционного законодательства? Что удалось сделать, что еще сделать предстоит? Над чем сейчас работаете? (Тимур).

- Немировченко: Наша компания является координатором консультативного совета по иностранным инвестициям при премьер-министре РФ, куда в данный момент входят 42 иностранные компании. В рамках работы этого совета есть несколько рабочих групп по различным вопросам.

Например, мы принимали активное участие в работе по внесению изменений в миграционное законодательство. В феврале 2011 года был принят закон, который упрощает возможность работы высококвалифицированных сотрудников из других стран. Могу сказать, что деловое сообщество западных компаний очень хорошо восприняло это новшество. Закон работает, это реальный шаг к повышению квалификации сотрудников в нашей стране.

«НЕ САМЫЙ ЛУЧШИЙ МОМЕНТ ДЛЯ ВЫХОДА НА IPO»

- Некоторые наши компании нефтехимического комплекса «увлекаются» проведением аудита силами аффилированной к ним компании. Есть ли в этом риски?

- Немировченко: Это решение руководства компании, которое, наверное, понимает, почему это делает, какие риски на себя берет или, наоборот, не берет. Здесь сложно комментировать – мы не можем оценить ни риски, ни позитивные последствия.

- Но риски возникают?

- Немировченко: Весь вопрос в том, для чего эта отчетность готовится.

- Кавеев: Как говорят, формальная отчетность готовится для налоговых органов, а по всем стандартам – для дальнейшей работы компании.

- Немировченко: Отличие МСФО от РСБУ в том, что МСФО – это отчетность, приближенная к управленческой, а РСБУ имеет более утилитарный, налоговый аспект.

- Как вы считаете, выйдет ли ТАИФ на IPO в ближайшее время?

- Кавеев: Мое личное мнение: годы после кризиса - не самый лучший момент для выхода на IPO. Но при этом мы видим сделки: компании выходят из России и других стран.

- Немировченко: Сложно сказать, выйдет ли ТАИФ в ближайшее «окно», но в последние полтора-два года многие компании, объявив о размещении, начинали принимать заявки, но потом отменяли, потому что предложенная им цена не была интересной. Поэтому сказать, успешно или неуспешно выйдет на биржу ТАИФ, можно только после того, как будет закрыта книга заявок, и будет виден порядок цен.

К сожалению, многие российские компании воспринимают IPO неправильно – вышли и успокоились. А на самом деле выход на любую биржу – это только новые возможности работы, привлечения дополнительного капитала. Многие компании, к сожалению, не уделяют достаточного внимания своей жизни после IPO, что снижает эффективность и вообще смысл выхода на IPO. Одноразовое привлечение капитала – это не долгосрочная стратегия. Привлечением инвесторов нужно заниматься системно.

- Кавеев: Из практики одного из крупных клиентов: IPO – это не только первоначальное привлечение капиталов, это также последующее достаточно тяжелое обязательство перед биржей по раскрытию и предоставлению информации. То есть это и впоследствии тяжелая работа. Вообще-то, IPO - один из самых дорогих способов привлечения денег.

- Немировченко: Но наиболее эффективный.

- Ваша компания активно работает в сфере налогообложения нефтяной отрасли. Пошлина на экспорт нефти из РФ с 1 июня может снизиться на 29,3 - 28,4 доллара - до 419,3 - 420,2 доллара. Что это даст внутреннему потребителю? (Сергей К.)

- Немировченко: Снижение экспортной пошлины на нефть связано со снижением цены нефти: если средняя цена на нефть за период мониторинга с 15 марта по 14 апреля текущего года составила почти 121 доллар за баррель, то средняя цена на нефть за период с 15 апреля по 15 мая включительно составит около 114 долларов. При существующей системе "60 - 66" (предельная ставка экспортной пошлины на нефть составляет 60 процентов от мировой цены нефти, ставка экспортной пошлины на нефтепродукты, за исключением бензина, составляет 66 процентов от ставки экспортной пошлины на нефть) снижение мировой цены нефти на 10 долларов за баррель приводит к сокращению ставки экспортной пошлины на нефть на 6 долларов за баррель (или 43.8 долларов за тонну).

Снижение мировой цены на нефть также должно привести к снижению цены на нефть на внутреннем рынке. Хотя цена на нефтепродукты зависит от цены на нефть, спрогнозировать точный эффект от снижения мировой цены на нефть для конечного потребителя представляется затруднительным, так как во многом цены на нефтепродукты в России определяются не только экономическими, но и политическими факторами.

- Для независимых производителей НДПИ к 2015 году повысится вчетверо. Правительство рассчитывает привлечь в бюджет от газовой отрасли 36 миллиардов рублей в 2013 году, 134 миллиардов рублей в 2014 году и 270 миллиардов рублей в 2015 году. Как скажутся повышения на ценах для внутренних потребителей (оптовых и розничных)? Насколько они возрастут, и в какой перспективе? (Ольга Васильевна Киреева)

- Немировченко: Согласно общедоступным источникам, правительственной комиссией по бюджетным проектировкам согласован план по увеличению внутренних тарифов на газ на 15 процентов для всех категорий потребителей ежегодно с индексацией в июле.

В связи с увеличением цен на газ правительство РФ рассматривает возможность изымать сверхприбыль газовых компаний путем увеличения ставки НДПИ. По словам замминистра финансов Сергея Шаталова, НДПИ для «Газпрома» в первой половине 2013 года составит 582 рубля за 1 000 кубометров, во второй половине — 670 рублей, в первом полугодии 2014 года — 717 рублей, во втором — 859 рублей, с начала 2015 — 886 рублей, а со второй половины года - 1062 рубля.

Для независимых производителей, по его словам, ставка НДПИ также будет расти каждые полгода и составит 265 рублей в первой половине 2013 года, 445 рублей во второй половине 2013 года, 456 рублей в первой половине 2014 года, 726 рублей во второй половине 2014 года, 726 рублей в первой половине 2014 года, 1049 рублей во второй половине 2015 года. Таким образом, коэффициент ставок в конце 2015 года для «Газпрома» и независимых производителей составит 0,987. Для сравнения: в настоящее время ставка НДПИ на газ для «Газпрома» и дочерних компаний составляет 509 рублей, для остальных компаний – 251 руб.

Согласно оценкам аналитиков компании «Газпром», доходы от индексации цен не окупят расходы в связи с увеличенной налоговой нагрузкой по НДПИ. В ответ на планируемое увеличение ставки НДПИ «Газпром», в свою очередь, предлагает повысить тарифы на газ для промышленных предприятий еще на дополнительные 26,3 процента. При этом «Газпром» утверждает, что данное повышение не коснется ЖКХ и населения. Однако Владимир Путин заверил, что тарифы на газ не должны расти выше запланированных показателей.

Таким образом, не совсем корректно говорить о том, что планируемый рост НДПИ приведет к повышению цен на газ для внутренних потребителей. Правильнее сказать, что планируется рост ставок НДПИ на газ, который стал возможным за счет согласования плана по увеличению внутренних тарифов на газ. Также следует отметить, что планируемый рост цен на газ, скорее всего, приведет к росту цен в сопутствующих отраслях, прежде всего, таких как электроэнергетика, металлургическая промышленность и т.д.

«МСФО ПРЕДНАЗНАЧЕНЫ ДЛЯ ДОСТОВЕРНОГО ОТРАЖЕНИЯ ОПЕРАЦИЙ»

-МСФО позволяет завышать прибыль британским банкам: IAS 39 в центре скандала. Вы являетесь аудитором нашей компании, хотелось бы услышать ваше профессиональное мнение: какой фактор больше всего влияет на «правдивое» применение МСФО и как его минимизировать? Существует ли возможность проработки методологических вопросов при автоматизации учета по принципам МСФО на государственном уровне? (Галеева Ирина Николаевна).

- Немировченко: Нам не очень понятно, что за скандал имеется в виду, поэтому нам сложно давать какой-либо комментарий. Что же касается стандартов МСФО в целом, то они предназначены для достоверного отражения операций, и с этой задачей они на данный момент справляются. По крайней мере, сейчас в мире не существует стандартов отчетности, которые с этой задачей справлялись бы лучше.

МСФО (IAS) 39 является крайне сложным и запутанным стандартом, и именно поэтому совет по МСФО активно работает над проектом по замене МСФО (IAS) 39 на более простой и понятный стандарт по учету финансовых инструментов, который во многом должен сделать учет финансовых инструментов более прозрачным. Первая часть этого нового стандарта - МСФО (IFRS) 9 «Финансовые инструменты: классификация и оценка» - вступает в силу с 1 января 2015 года.

Насчет проработки вопросов автоматизации на государственном уровне - тоже, к сожалению, вопрос не очень понятен. Если имеется в виду именно автоматизация учета как процесс, то, как правило, это является задачей конкретной компании, которую она при необходимости реализует, исходя из специфики своего бизнеса. На государственном же уровне могут лишь законодательно устанавливаться требования к достоверности отчетности, например, требование об обязательной подготовке и представлении МСФО отчетности.

- Каждый год приходится сдавать в налоговую 3-НДФЛ, и каждый год узнаю, что форма и 2-НДФЛ и 3-НДФЛ изменилась. Я считаю, что это на руку поставщикам программного обеспечения для бухгалтеров. Как вы считаете, почему нельзя менять эти формы хотя бы раз в пять лет? (Денис)

- Немировченко: Несмотря на то, что некоторые изменения законодательно установленных форм отчетности 3-НДФЛ и 2-НДФЛ являются «косметическими» (т.е. подразумевают небольшие корректировки текста формы или новые подходы к отображению данных), в большинстве своем такого рода изменения напрямую связаны с изменениями налогового законодательства и направлены, в первую очередь, на обеспечение соответствия механизмов расчета и учета НДФЛ и тех данных, которые могут и должны быть отражены в отчетности по формам 3-НДФЛ и 2-НДФЛ. Таким образом, довольно частное изменение форм отчетности в большинстве случаев вызвано соответствующими изменениями положений НК РФ.

Федеральная налоговая служба размещает на своем интернет-сайте программное обеспечение, которое может быть использовано для подготовки налоговой декларации 3-НДФЛ. Данное программное обеспечение, как правило, может быть использовано бесплатно.

«БИЗНЕС ONLINE» ЧИТАЕМ САМЫМ ВНИМАТЕЛЬНЫМ ОБРАЗОМ»

- Айрат, расскажите о себе – как вы пришли в компанию, где работали ранее?

- Кавеев: Я окончил факультет социально-экономических наук академии народного хозяйства при правительстве РФ. Свою профессиональную карьеру начал с третьего курса вуза – был стажером компании «Артур Андерсон», после чего стал аудитором первого года. В 2001 году, после слияния компании «Артур Андерсон» с «Эрнст энд Янг», я стал аудитором московского офиса компании «Эрнст энд Янг».

Отработав пять лет в аудите, я посчитал, что нужно попробовать себя в реальном секторе экономики, и ушел в компанию «Адидас Россия», возглавив там отдел контролинга. Через год мне сделали предложение из банка ВТБ 24 поработать во вновь создаваемом департаменте по обслуживанию состоятельных клиентов, где я отработал почти три года.

К этому моменту я прожил в Москве 12 - 13 лет, и меня потянуло на родину – в Татарстан. Мои родители живут в Альметьевске, сам я жил в Казани, где учился в татаро-турецком лицее. Я уже думал вернуться в Казань, просто не было хороших предложений. И компания «Эрнст энд Янг», с которой мы в свое время расстались очень хорошо, предложила мне попробовать себя в качестве руководителя казанского офиса.

- И наш традиционный вопрос в завершении – читаете ли вы газету «БИЗНЕС Online»?

- Немировченко: «БИЗНЕС Online» читаем самым внимательным образом.

- Айрат Кавеев: Я встречаюсь со многими руководителями компаний и со многими чиновниками. В принципе, для всех это правило – ежедневно читать «БИЗНЕС Online». Все, что я хочу от регионального издания, я у вас получаю. У вас удобный интерфейс. На некоторые вещи есть своя, довольно жесткая, точка зрения. Вы читаемое издание, и это все признают. При этом не важно, любят вас или нет.

- Спасибо вам за участие в интернет-конференции. Успехов вашей компании!

На правах рекламы

Печать
Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Комментарии (0) Обновить комментарииОбновить комментарии
    Оставить комментарий
    Анонимно
    Все комментарии публикуются только после модерации с задержкой 2-10 минут. Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария. Правила модерирования
    [ x ]

    Зарегистрируйтесь на сайте БИЗНЕС Online!

    Это даст возможность:

    Регистрация

    Помогите мне вспомнить пароль