Общество 
1.08.2012

«JAZZ в усадьбе Сандецкого» – это и выставки, и музыка, и возможность потанцевать, перекусить, прийти с детьми…

460-2.jpg

Ольга Скепнер: «JAZZ в усадьбе Сандецкого» - это даже не бизнес-проект, это популяризация той музыки, которая должна войти в массы. Это миссия…»

С ЧЕГО НАЧИНАЛСЯ ФЕСТИВАЛЬ «JAZZ В УСАДЬБЕ САНДЕЦКОГО» 

- Розалия Миргалимовна, расскажите, пожалуйста, подробнее о музыкальном фестивале «JAZZ в усадьбе Сандецкого». От его возникновения, как идеи, и до сегодняшнего дня.

Нургалеева: - Музей сегодня перестал быть просто музеем. Это площадка для встреч, площадка для новых выставок, концертов, для встреч с поэтами, площадка для работы с детьми и многое другое. В последние два-три года музей стал и местом творческих  встреч для фотографов, проведения танцевальных марафонов и еще много-много другого.

В 2007 году впервые музей участвовал в международном проекте «Ночь музеев», который был основан Францией. Это замечательное мероприятие я увидела своими глазами: в нем участвует весь Париж. И бизнес в том числе. Многие на этой ночи зарабатывают - кафе, рестораны, концертные залы, торговые точки сувениров, и конечно музеи… А люди получают удовольствие, и при этом становятся более образованными. В «Ночь музеев» работает транспорт, который доставит вас до любого музея и не только, о чем мы в Казани еще только мечтаем. Музеи предоставляют в «Ночь музеев» свой ресурс, свою площадку, и город поддерживает проект.

Мы начинали робко: была приглашена группа «Джазия»: Ольга Скепнер, Олег Анохин - работали на многих площадках. И настолько их выступление получилось в тему, расширило наши границы, наши ресурсы, представило в ином свете… И все это в сочетании с нашей музейной площадкой, парком, который до того очень мало использовался, были единичные посетители - и вдруг такой концерт!

- Хотя такое шикарное место, на самом-то деле...

Нургалеева: - Да, это так. Вы же знаете, какая у этого парка история. Это усадебный парк, который в таком закрытом состоянии и существовал с начала прошлого века. Но именно с 2007 года, с первой «Ночи музеев», мы начали его раскрывать для горожан. И у нас появился новый посетитель. Новый, который любит такую демократичную площадку. Если ты приходишь в Большой концертный зал, ты два с половиной часа сидишь в кресле, не имеешь возможности вставать, разговаривать, и многие другие ограничения. А наша площадка представляет много ресурсов одновременно. Тут выставки, музыка, возможность потанцевать, возможность перекусить, возможность прийти с детьми, которые тут же шалят и бегают, не мешая слушающим музыку, возможность пригласить своих друзей. Площадка оказалась суперинтересной для горожан!

После того, как у нас успешно прошло в парке наше первое мероприятие «Ночь в музее», на следующий год посетителей стало значительно больше.. Мы даже вынуждены были ввести кое-какие ограничения - запускали по 30 человек и через 20 минут - еще 30 человек… Ольга Скепнер и Олег Анохин пришли с предложением - устраивать на нашей площадке концерты. Мы обсуждали недолго…

460-3.jpg
«Музей сегодня перестал быть просто музеем. Это площадка для встреч, для новых выставок, концертов... Мы работаем над продвижением музея, как нового продукта»

- То есть первый такой концерт у вас был экспериментальным?

Нургалеева: - Концерты классической музыки мы проводили и раньше, но внутри музея, в помещении. Но вы правы в том, что мы постоянно экспериментируем. Без этого сейчас нельзя! Международные эксперты сегодня пишут о музеях, как о центрах, которые могут предложить свой разнообразный ресурс и подтянуть ресурсы со стороны - и создать некое неэлитарное демократическое пространство. В России музеи отстают в этом плане, запросы современного человека шире, нужно их изучать. Мы работаем над продвижением музея, как нового продукта.

460-3.jpg

 Розалия Нургалеева и Ольга Скепнер: «Мы пять лет поднимали проект «JAZZ в усадьбе Сандецкого». Это очень дорогой проект. Он эксклюзивный для России»

У НАС БЫЛ СОВЕРШЕННО СУМАСШЕДШИЙ ПРОЕКТ, КОГДА МЫ ПРИВЕЗЛИ КОЛОКОЛА…

- Интересен портрет человека, на кого вы ориентируете это мероприятие. Кто ваша целевая аудитория?

Нургалеева: - Мы хотим быть более демократичным, идти навстречу всем категориям зрителей.

Скепнер: - Наша публика делится на две категории, по крайней мере, по моим наблюдениям. Одна – которая приходит именно слушать музыку, и она приходит именно в концертный зал. И эта зона у нас самая большая. Это у нас партер, который рассчитан на демократичность.

Но у нас есть другая зона, которая тоже очень важна. Она считается vip-зоной, это зона ресторанного обслуживания. Туда, как правило, часть аудитории приходит пообщаться под джазовый фон. Возможно, не понимая, что такое джаз, да это им и не нужно. Но постепенно, так или иначе, люди приобщаются к этой культуре. Это как раз наша миссия – двигать культуру в массы.

Есть еще и третий компонент нашей аудитории, по крайней мере, я работаю на него, когда составляю музыкальную программу. Каждый год один из вечеров обязательно отдан молодежному направлению. Иногда нас за это ругают. Иногда за это очень хвалят. Мнение публики разделяется – кто-то хвалит, кто-то, наоборот, критикует, но равнодушных нет совсем.

Это направление - для молодежи. Оно непопсовое. Это либо электронный проект, либо авангардный. То, чем дышит вся Европа, а у нас пока не совсем понимают. Но это надо внедрять в любом случае. Вот у нас был совершенно сумасшедший проект, когда мы совместно с немцами колокола привезли, и электронику. Тогда публика тоже разделилась на две части. «Старая», которая слушает традиционный джаз, ничего не поняла. Люди говорили: "Что же это такое, что за безобразие происходит на сцене!". А молодежь была в восторге!

Так что для меня музыкальный фестиваль «JAZZ в усадьбе Сандецкого» - это даже не бизнес-проект, для меня это популяризация той музыки, которая должна войти в массы. Это моя миссия…

РОССИЙСКИЕ И АМЕРИКАНСКИЕ ЗВЕЗДЫ

- Сколько человек в прошлом году посетили ваш фестиваль?

Нургалеева: - В первый год 200 - 250 человек на каждый концерт. Посетитель приглядывался - что это такое? А сейчас мы достигли того, что заранее бронируют билеты, у нас есть абонементы, которые покупают очень активно. Цены доступные - 300 рублей за один концерт, для зрителей экономически выгодно получается.

В прошлом году зашкаливало за тысячу человек на один концерт. Но наша площадка не может так много принять людей. Потому как я много хожу по площадке и разговариваю с людьми, не раз слышала о том, что - ну все, у вас уже яблоку упасть негде. И в этом году мы заняли такую позицию, что для того, чтобы было всем комфортно, чтобы люди могли и свободно передвигаться, и сидеть, мы увеличили количество посадочных мест, ресторанную зону улучшили. И решили, что будет не больше шестисот человек на одном концерте.

Правда, у нас есть пример, когда и более тысячи человек на концерте чувствовали себя очень комфортно. Это когда был концерт, посвященный Майклу Джексону. Очень много народу пришло, и все стояли, даже те, кто имел места. Люди даже не замечали, что тесно, они пели, они двигались. Были объединены общим настроем. Это был очень интересный проект.

В прошлом году нас посетили… 900 зрителей умножить на 8 концертов… Вот, считайте, сколько человек… Что интересно, - сейчас туристические компании начали покупать билеты на джазовый фестиваль!

- В этом году на нем какой акцент? Какие изюминки? Чем удивляете зрителей?..

Скепнер: - Есть изюминки! К нам в этом году впервые приедет Энвер Измайлов. Для нас это очень значимо. Для души и для сердца. Легендарный музыкант, «человек-оркестр», который в течение трех часов «держит» публику один, без всякого коллектива, с одной своей гитарой. Виртуозный гитарист! И вся его музыка - это такое волшебное смешение этнических компонентов... Энвер Измайлов - гордость нашей программы.

У нас в этом году будет и молодежный проект. Впервые выступит Therr Maitz. Это один из лучших коллективов России. Они базируются в Москве, записывают сейчас альбом в Лондоне на легендарной студии Abbey Road. Вместе с ними приедет Виктория Жук.

Все эти артисты в российском формате среди молодежи очень популярны. Мы их везем впервые. Это стиль нью-урбан - новый городской формат. Электронный проект, но мягко, без надрыва. Это не клубная музыка…

У нас впервые в этом году приедет и Marimba Plus - единственный в России коллектив, где участвует инструмент — электронная маримба. Лев Слепнер – художественный руководитель. Тоже много лет их хотела пригласить. Для нас это тоже изюминка. Впервые выступит Андрей Кондаков – легендарный пианист со своим трио. Причем у него разные проекты. Он в этом году привезет программу «Секретная миссия» вместе с Волковым и Багдасарьяном. У них такое смешение стилей - там и неоклассицизм, и джазовая импровизация и блюз, все-все внутри понамешанное, концептуальная такая программа.

Очень много американцев в этом году. Много для нас, имею в виду. Мы впервые подняли планку на такой уровень, потому что американцев привозить в Россию достаточно сложно. На закрытие к нам едут звезды первой величины – это Дэвид Кикоски, Симус Блэйк, Дональд Эдвардс. Это еще одна изюминка, это эксклюзивно, они как раз представляют свой записанный альбом. Это не один коллектив, это несколько разных звезд, которые собрались в одном проекте и записали альбом. Они представляют его впервые в России в туре, и, в частности, эксклюзивно - на нашем фестивале. Больше ни одного концерта им не разрешено в Казани сделать. Мы эксклюзивно их представляем.

460-7.jpg
Ольга Скепнер: «Джаз на самом деле для меня – это хобби. Но это увлечение уже выросло в определенный бизнес...»

ОБРАЗОВАНИЕ ЧЕРЕЗ ПОЛУЧЕНИЕ УДОВОЛЬСТВИЯ

- Вопрос от читателя: «Как ваш фестиваль «запечатляется» для того, чтобы потом можно было послушать еще раз: делается фильм или телепрограмма, записывается на диск и продается, выкладывается в интернете? (Хамит)».

Нургалеева: Мы будем стремиться, чтобы был диск. Для музея, мы взяли очень высокую планку.

Мы начали с одного концерта в сезон. Исходя из того, что город летом пуст. Но что делать горожанам, которые летом работают, а не отдыхают, остаются без культурного ресурса. Летом же закрывается практически все площадки. И, проанализировав ситуацию, я предложила делать концерты каждый четверг - восемь концертов за лето.

Первый проект был у нас на местном ресурсе. Организация такого проекта очень сложная. Министерство культуры, понимая это, оказывает нам финансовую поддержку. И конечно, без бизнес-партнеров реализация проекта была бы невозможна. Вот и в этом году в проекте участвует наш постоянный партнер – Казанский вертолетный завод, а также Skyland, «ПаркИнбайРэдисон», «Купеческое собрание», информационные партнеры. Мы хотим создать партнерский клуб, собрать в нем тех людей, которые уже увидели, что у нас очень серьезные и интересные проекты, и не только джаз…

Мы стремимся создать популярный образовательный проект, – образование через получения удовольствия. Это напряжение не одного месяца, и не только в экономическом плане, но и в организации этой площадки.

460-4.jpg
«Наша площадка представляет много ресурсов одновременно. Тут выставки, музыка, возможность потанцевать, возможность перекусить, возможность пригласить своих друзей... Площадка оказалась суперинтересной для горожан»

 «ГОНОРАР МОЖЕТ БЫТЬ ТАКОВ, НО НЕ БОЛЬШЕ»

- Сколько стоит пригласить исполнителей и вообще провести джазовый фестиваль? Кто все это оплачивает? Неужели государство?! Или вы на билетах «отбиваете» свои затраты?

Нургалеева: - Наш самый первый концерт был «эконом», не было сцены, мало посадочных мест и т. д.  Сейчас у нас есть постоянный партнер, который покрывает затраты по хорошей сцене, звуку и свету, что очень важно. За счет кейтеринга мы покрываем расходы по питанию наших артистов. За счет других спонсоров частично покрываем перелеты. И частично за счет спонсора мы покрываем гостиницу. Гонорары музыкантов по мировым меркам очень маленькие. При этом нам задают все время один и тот же вопрос: «Ну, как вы в этот раз?». Министерство культуры так же поддерживает проект. Ну что делать, мы уже остановить этот процесс не можем, так как проект востребован зрителем.

ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ФОНД И МАСТЕРСКИЕ ХУДОЖНИКОВ

- Чем завершилось вся эта история с мастерскими художников?

Нургалеева: - Их передают нам. Я очень благодарна руководителям нашей республики, что все-таки было принято такое решение. Хотя, думаю, не надо со счетов сбрасывать и то, как мы работаем, наш коллектив. И то, что практически мы остались единственными, кто может взять эти здания… Я подписала акты, и сейчас ведутся уже переговоры по бюджету, по штатам, по затратам… Там были долги, в том числе по коммунальным услугам, и долги эти покрывает государство, за что огромная благодарность.

Собственно, мы выиграли этот проект. Потому что для любого предпринимателя купить за такую цену комплекс зданий - да, это было бы просто. И убрать оттуда всех художников, и сделать там нечто офисное, внизу - магазины, как это и предполагалось в свое время и в выставочном зале. Но таких офисов у нас, вы знаете, миллион!..

- То есть эти здания полностью переходят музею?

Нургалеева: - Все три здания. Выставочный зал, он уже был у нас, а теперь и мастерские в двух зданиях. Я еще год назад разработала схему, бизнес-план, как все это может работать. Передала в министерство культуры. Думаю, это может работать по кластерному типу. Полагаю, мы просто должны объединить все в единое художественное пространство…

В принципе, сейчас в мире везде и активно начинают работать со всеми художниками. И без них мы никак не можем, - будем работать со всеми художниками: традиционного толка, концептуалистами, с теми, кто создает скульптуры, кто создает малые формы, станковые вещи, декоративно-прикладное искусство… Мы должны быть возбудителями творческого потенциала и созидательной мотивации для мощного продвижения не только выставочной деятельности, и для зарождения серьезных позиций художников Татарстана в культурном пространстве мира. Художник сегодня немножко заброшен. Хотя, с точки зрения бизнеса, как он может быть заброшен, если он обладает редкой профессией?

Сегодня можно и нужно использовать разные ресурсы: интернет выставка-продажа, издание каталогов по направлениям искусства, как это делает творческий союз художников России. Надо более активно работать по России, и уже есть такие каналы продвижения наше го искусства, как совместная передвижная выставка, приезд в Казань художников - серьезных, современных, которые работают по всему миру. Наша задача - создать модель взаимодействия.

- А какова здесь будет роль союза художников? 

Нургалеева: - Понимаете, сейчас много таких союзов. Даже вот в Москве - порядка пяти. Есть союз художников Москвы, союз скульпторов России, творческий союз художников, есть союз художников России, есть международный союз. То есть сегодня уже не может быть только один союз, который как будто бы есть,  но нет действий… Сегодня не достаточно разговоров, что «мы можем», нужно доказывать на деле. А дело художника - творчество!

- Два здания были выставлены в 2009 году на торги, оценены в 60 и 80 миллионов рублей. Долгов тогда накопилось на 30 миллионов. А о какой сумме долгов идет речь сегодня? И какова сейчас стоимость двух зданий?

Нургалеева: - Это относительно небольшие деньги, но я, честно говоря, не уполномочена называть конкретные цифры. Наша задача сохранить этот комплекс и  развить. Это просто уголок казанской жизни, культуры – там, напротив памятник Баки Урманче, рядом художественная школа, рядом музей. Во многих странах мира сегодня активно создают такие вот художественные пространства. И разрушить такое пространство в Казани - это было бы преступлением. Пространство надо развивать, включить его в туристический маршрут, создать инфраструктуру вокруг: гостиница, выставки, кафе, сувенирные лавки, концерты, творческие вечера, мастер-классы, бьеннале и многое другое.

- Когда было принято решение передать вам здания с мастерскими?

Нургалеева: - Решение было принято в прошлом месяце. Сегодня надо делать следующие шаги. Просить государство профинансировать реконструкцию здания, находить партнеров, а дальше уже нам нужно работать на самоокупаемость. И дать возможность процветать художникам.

НАМ БУДЕТ ТРУДНО РАЗБИРАТЬСЯ

- Сколько художников сейчас в мастерских?

Нургалеева: - Порядка пятидесяти. Предполагаю, что нам будет очень не просто. Было решение центрального депозитария о расторжении  договоров со всеми художниками и арендаторами об оплате коммунальных долгов. Но ведь кто-то платил, а кто-то нет. По тем, кто не платил, мы будем принимать решение, но и это решение будет нежесткое. Надо идти, как говорится, шаг за шагом, надо просто понимать, может, человек не имел возможности платить? Надо предоставить ему альтернативу. Надо двигаться вперед. Здания в плачевном состоянии и они не только физически изношены, а большей степени за ними не было ухода в течение многих лет: разбиты унитазы, захламлены сами помещения, в подвале можно вести съемки фильма ужасов. Проводка в аварийном состоянии -каждый модернизирует ее по своему усмотрению. Каждый сам за себя, многих, кажется, такое состояние устраивает, но есть и такие, кто хочет перемен и готов оплачивать и аренду, и другие услуги по содержанию и модернизации зданий.

460-6.jpg
Розалия Нургалеева: «Мы изучаем работу московского дома фотографии, работаем с ними, планируем проекты с Василием Церетели, выставки в галерее «Марс», и другими интересными течениями в искусстве, а их много…»

- То есть индивидуально будете решать по каждому художнику?

Нургалеева: - Конечно. Хотя «все профессии важны», но художественный мир, творческий мир, он очень индивидуален.

- А основное большое здание - выставочный центр, он как будет работать? Примерно так же, как сейчас, или что-то изменится?

Нургалеева: - Он уже изменился с 2009 года, когда мы с трудом выселили мебельный магазин, в зале перестали организовывать продажу бытовых товаров, включая, стыдно сказать, нижнее белье, а ведь это было! Это ведь самый простой способ заработать: сдать в аренду, но при этом сколько слов, что мы хозяева зданий, мы сможем все изменить! Двадцать лет не было даже попытки сделать простые и реальные шаги. Музей выгреб из подвалов 13 «КАМАЗов» мусора, который был во всех углах здания! Несмотря ни на что, организовывались выставки, заработали клубы, в том числе и фотоклуб, граффити. Да, что-то мы не смогли, но мы не продавали нижнее белье, а презентовали искусство Татарстана и просили средства на ремонт кровли, замену отопления и так далее. Сегодня, не имея пока ни копейки на содержание зданий, мы оплачиваем их охрану из своих заработанных средств, планируем ремонт санузлов, думаем, как разгребать подвалы, планируем реконструкцию, ведем переговоры с бизнесом, а не ждем, когда нам дадут реальные средства.

У музея есть еще одна выставочная площадка - галерея «Хазинэ» в Казанском кремле. И практически мы уже с 2005 года взяли на себя роль пропагандиста национального искусства - в «Хазинэ» проходит в год 40 выставок художников Татарстана, экспонируются и международные проекты. Экспонируются произведения студентов КХУ, филиала института имени Сурикова, детские рисунки, поделки. Это целая программа развития искусства в Татарстане. Выставочный зал планируется как галерея современного искусства.

Мы изучаем работу московского дома фотографии (Свибловой), работаем с ними, планируем проекты с Василием Церетели, выставки в галерее «Марс», и другими интересными течениями в искусстве, а их много…

«Я СОЗРЕЛА, ЧТОБЫ ЗАПИСАТЬ СВОЙ СОЛЬНЫЙ АЛЬБОМ»

- Ольга, вам вопрос от читателя: «Уважаемая Ольга, восхищен вашим талантом! Про творческие планы спрашивать банально, но я ведь не журналист, поэтому спрашиваю: где планируете выступить, какие еще проекты в плане? (Константин Ф.)».

Скепнер: - Планов - огромное количество. В данный момент у меня сейчас два направления. Первое – я созрела, чтобы записать сольный альбом. И вроде бы у меня сейчас появилась такая возможность. Я хочу его записать на достаточно хорошем уровне, на Мосфильме, все, как полагается, с нашими лучшими российскими джазовыми музыкантами, тем более они любезно согласились записаться со мной. Есть уже огромный материал для этого альбома, даже сидим, думаем, что же выбрать.

Джаз на самом деле для меня – это хобби. Но это увлечение уже выросло в определенный бизнес. А вообще я — профессиональный академический музыкант с пяти лет. Последние девять лет я занималась современной академической музыкой ХХ века. И в планах у меня - создать еще один фестиваль современной уже академической музыки, даже можно сказать, - современного искусства. Там будет и музыка, и многое другое. Я еще до конца не знаю, как это сделать, но этот проект зреет уже не первый год. Однако это все требует огромных сил.

Мы пять лет поднимали  проект «JAZZ в усадьбе Сандецкого». Это очень дорогой проект. Он эксклюзивный для России. Два месяца работать в фестивальном формате – это невероятно сложно, это грандиозно. Обычно фестиваль проходит один - два дня. И то в этот момент у организаторов идет «вынос мозга». А тут восемь концертов! А сколько нам потребовалось времени, чтобы приучить людей приходить стабильно, системно на джаз, приводить с собой друзей... У джаза всегда - исторически - аудитория была очень маленькая.

САМАЯ ТЕПЛАЯ ПУБЛИКА, САМАЯ ГОСТЕПРИИМНАЯ И ВЕРЯЩАЯ ТЕБЕ

- Расскажите, какая аудитория у джаза в Казани? Какая эволюция с ней происходит?

Скепнер: - Спасибо за вопрос! Он очень интересный. Знаю аудиторию московскую, питерскую и казанскую. Немножко знаю поволжскую аудиторию. По опыту своему могу сказать одно: Казань – самый лучший, без преувеличения, город для джаза. Самая теплая публика, самая гостеприимная и верящая тебе. Приезжаешь в Москву, делаешь концерт – снобизм. Приезжаешь в Питер – еще больший снобизм. Никого ничем не удивить, никому ничего не надо. Все делается с огромным трудом в Москве и в Питере по джазу, несмотря на что, что это Москва и Питер, и там джазовых клубных точек больше. А у нас только одна точка – «Старый рояль».

У нас в Казани интерес к джазу идет волнами: подъем – спад, подъем – спад. Когда я открывала Art Of Jazz Company, был полнейший вакуум в 2000 годах. Мы делали концерты во всех наших концертных залах. В 2000-м, когда закрылся клуб «Веселый Роджер», когда закрылся фестиваль Игоря Зисера «Джазовый перекресток», не было ничего. Все музыканты уехали джазовые, все более-менее востребованные. У них не стало работы, не стало оркестров. Оркестр кинематографии умирал практически, они еле-еле выживали. Был такой вакуум.

И мы это решили взять на себя. Было очень трудно. Было крайне тяжело. Нас никто не знал. Мы это делали втроем: я, Олег Анохин и тогда Любовь Федоренкова (продюсерский центр «Гуманитарная миссия»). А сейчас джазовая аудитория каждый год растет, и еще как растет! Я благодарна безумно нашей казанской публике, потому что такой интерес сейчас в интернете, в социальных сетях к проекту. Люди весь год ждут «JAZZ в усадьбе Сандецкого». У меня обрывают телефон, как будто бы я — «касса». Откуда они берут мой номер, я не знаю. Звонят уже с мая с вопросом: «Когда?». А я звоню Розалии Миргалимовне уже с апреля. У нее очень много проектов, она безумно занятой человек. Но она находит время и делает фестиваль. Это дорогого стоит, конечно.

Я говорила уже, что хочется сделать проект по современной музыке. Но раз уж было достаточно непросто аудиторию направить на джаз, представляете, как будет сложно направить ее на современное искусство. Но это нужно делать. Нужно показывать. Правильно внедрять, правильно об этом рассказывать. В этом как раз есть наша миссия, — в качестве музыковеда, искусствоведа. Публика пока не понимает современной музыки только потому, что не знает пока этого «языка». Но как только он становится понятен, то Альфред Шнитке, Арво Пярт, София Губайдулина становятся любимыми композиторами для аудитории.

Я бы также хотела отметить партнеров, которые креативят вместе с нами, чего я вообще не ожидала. Это студия Рустама Исхакова и студия Владимира Штольца. Рустам - один из главных дизайнеров нашего города, который остался, никуда не уехал. И творит, и хочет творить именно для нашего города. Человек огромной энергии и творческого потенциала. И сейчас он так влился в этот наш джаз, он так им интересуется! Он создает коллекцию уже второй год, абсолютно профессионально. Создает образ каждого вечера, думает, чтобы все компоненты костюма вписались в тематику. Если есть этнический компонент, то он вносит и его - африканский или еще какой-нибудь. Они вместе с Владимиром Штольцом работают очень серьезно, очень сосредоточенно. Вливаясь со своей стороны ресурсом в качестве другого вида искусства, но тоже в джаз. Это меня потрясло до глубины души.

ДЛЯ УСТОЙЧИВОГО РАЗВИТИЯ НАШЕЙ РЕСПУБЛИКИ НУЖНЫ НЕ ТОЛЬКО СПОРТ, НЕ ТОЛЬКО ИННОВАЦИИ…

- Традиционный вопрос: читаете ли вы «БИЗНЕС Online»? Что нравится – что не нравится?

Нургалеева: - Мне нравятся ваши новостные страницы. Читаю более специфичную литературу, все, что касается музейного дела в мире.

Скепнер: - Честно говоря, один раз только обращалась, и то это было в культурной страничке. Как помню, статья Татьяны Мамаевой. Обязуюсь после фестиваля внимательно все посмотреть.

Нургалеева: - Хотелось бы сказать, что для устойчивого развития нашей республики конечно нужны спорт, инновации, но и культура также является большой, потенциальной, важной экономической составляющей: все знаменитые города мира, привлекают к себе туристов своей культурной составляющей, которая является, скромно говоря, «пятым элементом».

Справка

Розалия Нургалеева родилась Казани. Окончила Казанский инженерно-строительный институт (1976). Заслуженный архитектор РТ,  член союза художников РФ с 1989 г., cоюза архитекторов РТ с 1994 года.
1987 - 1990 гг. художественное проектирование в художественных мастерских СХ РТ.
1990 - 1999  гг. – главный художник города, заместитель главного архитектора Казани.
2000 - 2005 гг. – начальник управления городского дизайна, заместитель главного архитектора Казани.
С 2006 г - директор ГМИИ РТ.

Ольга Скепнер родилась в Ульяновске. Окончила Ульяновское музыкальное училище (1992), истфилфак Ульяновского педагогического университета (1999), теоретико-композиторское отделение Казанской консерватории (2005), училась в аспирантуре. Вокалистка, музыковед, педагог, менеджер, одна из активных представительниц современного джаза в Казани, автор ряда работ по проблемам современной музыки.
В 2003 году вошла в ансамбль Олега Анохина Jazzia, дебютировала в проекте «На гранях тысячелетий и культур».
В 2006 году выступила в Москве на фестивале «Джазовые голоса», в проекте «Музыкальный транзит: Германия-Россия-Татарстан. Современная музыка».
С 2007 года – музыкальный директор фестиваля «JAZZ в усадьбе Сандецкого». В том же году организовала компанию Art Of Jazz Company и стала ведущей телевизионного цикла «Уроки музыки. Белый рояль» (ГТРК «Культура»).

Печать
Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Комментарии (0) Обновить комментарииОбновить комментарии
    Оставить комментарий
    Анонимно
    Все комментарии публикуются только после модерации с задержкой 2-10 минут. Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария. Правила модерирования
    [ x ]

    Зарегистрируйтесь на сайте БИЗНЕС Online!

    Это даст возможность:

    Регистрация

    Помогите мне вспомнить пароль