Культура 
28.05.2014

Нуриевский фестиваль: выворотность без идей

Возлагает ли русский балет надежды на Казань? Часть 7-я

Вчера гала-концертом с участием солистов европейских балетных театров завершился ХХVII фестиваль им. Нуриева. По традиции его программа включала главные классические балеты из репертуара театра им. Джалиля и целых три оригинальные постановки, одна из которых была подготовлена специально для нынешнего фестиваля. Самопрезентация балетной труппы позволяет довольно полно представить ее возможности, потенциальные и реальные — свое мнение о них в контексте тех процессов, что происходят не только в Москве и Петербурге, но и в российской провинции, в итоговом материале высказывает известный московский театральный критик Анна Галайда, специально приглашенная «БИЗНЕС Online» на фестиваль.


.
В Казани завершился ХХVII фестиваль классического балета им. Нуриева

ВИДИМОСТЬ УСПЕШНОЙ ТВОРЧЕСКОЙ ЖИЗНИ

Несложно подсчитать, что первый фестиваль классического балета в Казани (именно таков был тогда его официальный титул) прошел в 1987 году. Это значит, что сегодня значительная часть зрителей не помнит не только то, как все начиналось, но и условия существования российского балета в те времена. Годы перестройки, самые сложные для отечественной культуры, вероятно, с Гражданской войны, теперь чаще всего вспоминают с проклятиями: выстроенная долгими годами система поощрения традиционной классической культуры рушилась на глазах. Балет, долгими десятилетиями бывший парадной витриной страны и добытчиком золотовалютных запасов, оказался среди наиболее пострадавших. Оперно-балетных театров в СССР было около 50 — вероятно, не меньше, чем во всей остальной Европе. Все они имели государственную поддержку разного уровня и, в зависимости от этого, различались категориями. В статусе небожителей существовали танцовщики Большого и Мариинского (тогда — Ленинградского театра оперы и балета им. Кирова, Кировского). Большие классические спектакли было дозволено ставить Киеву, Минску, Перми, Новосибирску. Остальные сидели на диете: «Лебединое озеро», «Жизель», «Дон Кихот», «Коппелия», «Щелкунчик», «Тщетная предосторожность». Немногие из них могли похвастаться тем, что обладали собственными хореографами, способными создавать новые спектакли, тем более — двигать хоть куда-либо искусство и быть активным, а не пассивным участником процесса. Однако время от времени даже эти театры выезжали на зарубежные гастроли, а ведущих солистов регулярно поощряли участием в турах «Звезды советского балета», что создавало прекрасную видимость успешной творческой жизни.

КРЕПКИЙ СЕРЕДНЯК

Еще не все эти иллюзии успели утратиться, когда театр им. Джалиля, крепкий середняк всесоюзного балетного рейтинга, организовал первый фестиваль классического балета. Сильви Гиллем или Энтони Доуэлла в участниках не было — да тогда и мысль об их появлении в Казани вряд ли кто допускал. Но в город с первого же раза приехал десант отечественных мастеров, среди которых эстонка Кайе Кырб, к примеру, могла дать фору той же Гиллем. Поэтому идея фестиваля, несмотря на превратности перестроечной жизни, была поддержана. Тем более что несколько лет спустя, в 1992 году, уже незадолго до смерти, в Казань приехал Рудольф Нуриев. Великий танцовщик, легенда которого сложилась на Западе, тогда был почти неизвестен широкой публике на родине. Но танцевать Нуриев уже не мог, вместо этого он продирижировал фестивальным «Щелкунчиком» и позволил присвоить этому фестивалю свое имя.

.
(Слева направо) Худрук балета Владимир Яковлев, директор театра Рауфаль Мухаметзянов, замдиректора театра Юрий Ларионов, артистка балета Сания Хантимирова с Рудольфом Нуриевым. Казань, 1992 год (фото: kazan-opera.ru)

Это оказалось мощным стимулом для развития, даже несмотря на то, что вокруг много что создавалось, но почти ничего не выживало. Постепенно Нуриевский фестиваль выработал свои принципы. На две майские фестивальные недели театр полностью отдавался в распоряжение балета, который показывал спектакли ежедневно. И в подавляющем большинстве это было все то же «Лебединое озеро». С годами, когда театр приобрел некоторую финансовую независимость, он стал участником веселой погони за удешевленными шедеврами: как только централизованное управление искусством развалилось, руководители балетных театров поняли то, что за полвека до этого сформулировал Баланчин: продать можно любой балет, если в афише назвать его «Лебединым озером». Но «Озеро» уже у всех было, поэтому роль новых кормильцев повсеместно отвели «Спящей красавице», «Баядерке» и «Корсару», которые при «плановой экономике» СССР, как самые затратные, были позволены лишь академическим монстрам. Те же процессы превращения балета в «Лебединое озеро» запустили и на Западе — с легкой руки наших легендарных «беглецов от режима». Но этот процесс, в результате которого театры всего мира от Чебоксар до Майами обзавелись одним и тем же классическим репертуаром, предопределил гениальные маркетинговые возможности: теперь любой театр мира может надеяться заполучить самую недоступную звезду — остается лишь предложить ей то, что она хочет.

.
Театр им. Джалиля может заполучить самую недоступную звезду — остается лишь предложить ей то, что она пожелает

ПЕРВЫМИ УВИДЕЛИ ВЕКТОР

Театр им. Джалиля стал в России чуть ли не первым, кто увидел этот вектор движения. И в то время, когда в главных театрах изгоняли директоров и худруков, в Казани кипела работа. Труппа, чей количественный состав не позволял просто развести Вальс цветов из «Спящей красавицы» (в оригинале его танцуют 72 человека!), открыла «кружок кройки и шитья»: в город пригласили петербургских специалистов и с их помощью сокращали композиции Петипа, урезали его долгие подробные пантомимы, а также создавали собственное хореографическое училище — театр остро нуждался в кадрах, а до этого их приходилось завлекать из Перми, Новосибирска и Петербурга (само собой, лучшие местные выпускники предпочитали оставаться дома). Эти поджарые скоростные версии значительно отличались от тех, что шли в Мариинском театре — цитадели классики, по которой до сих пор принято сверять балетные компасы. Но они практически не вмешивались в партии ведущих солистов, и это позволяло претендовать на внимание любой звезды. И звезды, гонимые кто редкими спектаклями в родных театрах, кто финансовыми трудностями, кто желанием заполучить ускользающую «на стационаре» роль, потянулись в Казань.

А танцовщики казанской труппы потянулись за приглашенными звездами. В начале 2000-х, когда балет еще не освоил YouTube, труппа театра им. Джалиля на фоне многих других внестоличных коллективов производила ошеломляющее впечатление: строгие линии кордебалета, цивилизованные ноги, выворотные и с вытянутыми подъемами, воспитанные руки. Так современно тогда в России танцевали только в Мариинском и Большом, которые оттачивали себя на первых постановках Баланчина и Форсайта.

ГОНКА ЗА ИДЕЯМИ

Так же, как 1990-е были для русского балета временем горького разочарования и осознания того, что наше лидерство, безупречность, недостижимость для соперников, — всего лишь миф, скрывающий идейный проигрыш, 2000-е превратились в бешеную гонку — за идеями, стилем, заточенными под выполнение актуальных эстетических запросов тел. Первым с остервенением проигравшего великого чемпиона на трассу ушел Мариинский театр, за ним степенно выступил Большой. Два главных театра выбрали для восстановления профессиональной чести разные пути. А оказалось, и разные жизненные модели. В Петербурге тщательно осваивали упущенное за весь ХХ век: Баланчина, Ролана Пети, Макмиллана, а также расчищали от напластований столетия все ту же великую классику — практически свой домашний фотоальбом, ведь и «Спящая красавица», и «Баядерка» родились в Мариинском театре. Возвращению труппы на ведущие позиции служил и фестиваль балета «Мариинский», созданный по модели Нуриевского и долго бывший лидером международного фестивального движения: чтобы получить туда приглашение, нужно было не только быть легким на подъем, но и определять в балете новые вехи.

Большой, весь XIX век ощущавший вольницу провинции, к своему наследию проявил уважительное любопытство, но пошел другим путем: пригласив в худруки молодого хореографа Алексея Ратманского, решил не догонять мировой балет, а предложить ему свой оригинальный путь.

Международный успех обоих театров оказался настолько заразителен, что повторить формулу успеха взялись два «вторых» столичных театра — им. Станиславского и Немировича-Данченко в Москве и Михайловский в Петербурге. К ним присоединились Пермь и Новосибирск — театры, еще с советских времен обладавшие значительным креативным потенциалом. Развитие всех этих коллективов оказалось рабочей дискуссией все о тех же двух путях развития балета — с поправкой на то, что каждый ищет собственное лицо, ориентируясь и на лицо своего города.

Мариинский театр, еще 15 лет назад получавший из Вагановской академии выпускниц, мечтавших только о пачках Одетты, сталкивавшийся с их бешеным сопротивлением, когда вместо этого их одевали в столь же белоснежные, но бессюжетные пачки баланчинской «Симфонии до мажор», после триумфа этого репертуара получил поколение, для которого эти две пачки были уже неразличимы, хотя бешеное раздражение вызывали черные трико Форсайта. Теперь, когда Форсайт стал просто частью обыденного ландшафта, за его «Головокружительное упоение точностью» и In the Middle Somewhat Elevated борются с такой же самоотверженностью, как за правоверные пачки.

Большой, регулярно преподнося своей публике в качестве комплимента шедевры Баланчина, Форсайта, Килиана, Макгрегора, Твайлы Тарп, сделал ставку на оригинальные постановки, для которых звал из Сан-Франциско Юрия Посохова, из Нью-Йорка Кристофера Уилдона и, главное, Ратманского, благодаря чему мир признал, что в русском балете есть не только талантливые ноги, как писали о нем много лет, но и идеи — главный дефицит современного мира. Это проложило дорогу на пост худрука Пермского балета молодому хореографу Алексею Мирошниченко, который сочетает в репертуаре Баланчина, Роббинса, Макмиллана, Форсайта, Килиана и собственные мировые премьеры. Лучшее при этом становится частью грандиозного Дягилевского фестиваля, который ежегодно проводит Пермский оперный, то опуская зрителя в огонь мировых премьер, то охлаждая леденящим совершенством современного искусства. На этот фестиваль съезжаются со всего мира режиссеры, музыканты, хореографы, исполнители, чтобы стать частью этого мира.

В Новосибирске худрук Игорь Зеленский тоже поддерживает тонус труппы на Баланчине, разнообразит репертуар Твайлой Тарп и заказывает оригинальные постановки американцу Эдварду Льянгу, Кириллу Симонову из Мариинского театра и датчанину из Лондона Йохану Кобборгу. И тоже проводит фестиваль, подобный Нуриевскому, среди участников которого — Диана Вишнева, Алина Кожокару и Кобборг, Наталья Осипова и Леонид Сарафанов, Иван Васильев.

Симонов стал любимцем своего родного Петрозаводска, прививая городу любовь и вкус к современному танцу — небольшая и небогатая труппа местного музыкального театра не ставит изуверские опыты на старике Петипа.

Совершенно уникальный опыт продемонстрировал Екатеринбург. Труппа со 100-летней историей, работающая в роскошном старинном театре, несколько десятилетий влачила жалкое существование, время от времени выпуская премьеры, но демонстрируя идейную импотенцию. Три года назад новый директор театра решил доверить одну из таких премьер Вячеславу Самодурову — экс-премьеру Мариинки, Национального балета Нидерландов и Королевского балета Великобритании. Только что завершивший карьеру танцовщика Самодуров предполагал, что его будущее с балетом не связано и пробовал себя в параллельных пространствах. Но еще в середине 2000-х он однажды попал в круг внимания Ратманского, предложившего ему попробовать себя в «Мастерских новой хореографии» в Большом. Тогда опыт Самодурова оказался удачным, и все же продолжения не имел — на Западе среди хореографов большая конкуренция, в России же руководители крупных театров, провозглашающие безнадежную пустоту в рядах молодых постановщиков, своего царственного внимания на Самодурова не обратили. Поэтому предложение поставить в Екатеринбурге двухактный балет выглядело безумием — в мире почти не осталось даже маститых хореографов, способных оснастить полнометражный спектакль. Но Самодуров создал очаровательную комедию. Этот опыт стал культурным шоком для екатеринбургских танцовщиков — опыт столкновения с современной хореографией у них совершенно отсутствовал. Успех спектакля обернулся для постановщика приглашением на пост руководителя балета. Ему пришлось отказаться от жизни в комфортной Европе, емкого имени Слава, которое стояло на афишах, и погрузиться не только в креативные, но и повседневные проблемы провинциального балета. Опыт работы в самых бурно развивающихся зарубежных компаниях помог Самодурову довольно быстро перестроить стиль работы уральской труппы: он сам ежегодно выпускает несколько премьер, приглашает на переносы классики XIX и XX веков носителей стиля и прав на постановки, проводит мастерские по примеру той, в которую его позвал Ратманский, и уже сам может гордиться тем, что этот долгоиграющий проект открыл еще более юного хореографа Константина Кейхеля. И в этом году Екатеринбургский балет, всего второй раз попавший в конкурс Национальной театральной премии «Золотая маска», не только отхватил четыре награды, но и произвел сенсацию в не умеющей удивляться Москве. А хореограф, постоянно придумывающий для своих артистов все новые балеты, получил приглашение на постановку в Королевский балет Фландрии, и его «Ромео и Джульетта» в скромной компании второго ряда стала событием уже европейской балетной жизни.

У КОГО ЕСТЬ ШАНС?

Тела сегодня интересуют мало кого: общий уровень артистов (физический, технический, пластический) очень поднялся и стандартизировался. И фестивали, способные предложить только более или менее известные имена в известных старых балетах (а в России по этой модели работают не только Мариинский, Сибирский и Нуриевский, но также фестивали в Уфе и Якутске) неуклонно сдуваются. Шанс есть только у тех, кто способен ответить на вызов, брошенный еще 100 лет назад балету Дягилевым: «Удиви меня!» Идеи — единственный бесценный продукт современного мира. Без них усилия любых танцовщиков теряют смысл. И это давно уловили организаторы Нуриевского: оригинальные постановки в нем занимают все больше места. Но театр им. Джалиля, формально показывая мировые премьеры, боится главного — риска. Формально он регулярно заказывает балетные новинки, но доверяет только Георгию Ковтуну и Александру Полубенцеву. Оба хореографа, несколько десятилетий назад подававшие надежды, теперь широко известны только в Казани. Эстрадное шоу на пуантах, которое из раза в раз культивирует Ковтун, и эйфманизм для бедных от Полубенцева — это пути, на которых балет умер. В их постановках могут использоваться или не использоваться пуанты — это не так важно, когда танец становится не главным средством выразительности, а костылем для эстрадных трюков.

А когда нет идей, форма бессмысленна. И это только кажется, что времена бесцельности можно спокойно пересидеть в бункере старинного репертуара. Он, имеющий сотни вариантов бытования по всему миру, самым безжалостным образом выдает образовавшиеся пустоты. Новенькие с иголочки декорации лишь подчеркивают, что старинный репертуар не редактируется, а подновляется под «бытовые нужды» труппы, теряя чувство стиля, которое в них вкладывали старые мастера.

.
Кристина Андреева (фото: kazan-opera.ru)

Поэтому казанской труппе можно только посочувствовать: она все еще позволяет расценивать себя в ряду цивилизованных профессионалов, но давно уже не входит в число тех, на кого возлагает надежды русский балет. И показательно, что в труппе, еще 10 лет назад блиставшей россыпью прима-балерин, сегодня есть только одна Кристина Андреева: на том репертуаре, который эксплуатирует театр им. Джалиля, вырасти проблематично, соблазнить же на постоянную работу в труппе звезду со стороны почти безнадежно. Наоборот, не так давно покинувшие Казань премьеры труппы Александра Суродеева и Руслан Савденов, уехав в Пермь, за неполные два года успели станцевать там «Ромео и Джульетту» Макмиллана, «Вторую деталь» Форсайта, мировую премьеру балета Мирошниченко «Принцесса Флорина и Голубая птица» — вместе со всем джентльменским набором классики, разумеется.

Но, как продемонстрировал нынешний Нуриевский фестиваль, для достойного существования не всегда нужны гигантские возможности. Приехавший на гастроли Дортмундский балет предложил одну из моделей жизни современной компании. Труппа, в которой два десятка постоянных артистов и еще около 10 приглашенных солистов и стажеров, работающая рядом с такими отличными коллективами, как Берлинский, Баварский, Гамбургский, Штутгартский, Дрезденский балеты, находит возможности сотрудничества с ведущими современными хореографами, доверяет постановки молодежи и предлагает не редакции, а авторское прочтение классики, рассчитанное на возможности своих танцовщиков. Амбиции дортмундцев не в том, чтобы убедить публику в своем иллюзорном лидерстве, а в том, чтобы предложить жителям города актуальный балет. В Казани же пока в блистающем свежестью и ухоженностью здании театра им. Джалиля показывают монстра — умершего и протухшего, лежащего под табличкой «классический балет». При этом всего в нескольких сотнях километров он демонстрирует поразительную живучесть и все еще устраивает праздники. Но только для тех, кто не боится живого существа, а не восхищается чучелком.

Анна Галайда

Читайте также:

Печать
Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Комментарии (26) Обновить комментарииОбновить комментарии
  • Анонимно
    28.05.2014 10:14

    У театра им Джалиля есть еще уникальная миссия сохранения и создания татарских постановок. Ладно русский балет и без нас проживет, а как же маленькое но наследие Жиганова и Яруллина? уж лучше как в Туркменистане все закрыть чем так(((

  • Анонимно
    28.05.2014 10:42

    Анна, и нам действительно показывают протухшего монстра? Спасибо за анализ, спасибо за диагноз. Мы же не беднее Перми, зная объективную реальность найдем пути выздоровления.

    • Анонимно
      28.05.2014 11:57

      И лучше бы не вливать новое вино в старые меха.Варяг Сладковский новую реальность создал за ничтожный срок.Было бы желание, энергия и вкус.

  • Анонимно
    28.05.2014 11:04

    Тем не менее аншлаги у нас. Люди ходят

    • Анонимно
      28.05.2014 11:35

      Посчитайте количество спектаклей за сезон.Не попал на определеннй балет на фестивале - попробуй укарауль потом. Счастлив,что попал на "Кармину Бурану" БЕЗ ПОДТАНЦОВКИ.До выезда в Голландию,где было 17 спектаклей,театр расщедрился на ОДИН спектакль дома(и генрепитиция,и публику местную порадовали).А теперь только разве что с закрытыми глазами слушать.

  • Анонимно
    28.05.2014 11:24

    У нас и зрители видно какие то недоумки. Ну все провальное в этом году на Нуриевском фестивале, а зрители глупые стоят и хлопают себе в ладошки! Анна, вы так много интересного рассказали о балете, а о казанских зрителях ни слова. Чем мы отличаемся от других, коли так в восторгом принимаем " чучела"?

    • Анонимно
      28.05.2014 11:39

      Как задумчиво подметила моя приятельница:"Там лица какие-то неказансксие.Из Альметьевска что-ли приезжают".

    • Анонимно
      28.05.2014 11:56

      Так критик пишет о балете, а не о зрителях. Друзья, давайте просвещаться, а не обижаться. Я вот с удовольствием перечитала все статьи и узнала много интересного. А восторгаться никто и не запрещает, если душа откликается. Критика в первую очередь адресована создателям продукта - пусть они репу чешут.

    • noname
      29.05.2014 00:31

      Я хлопаю потому что благодарна ребятам за их труд,за радость,которую они мне доставили своим выступлением. Что за странный ярлык вы повесили на зрителя? Если не хотите хлопать, не хлопайте. Не нравится, не смотрите. Разве в театр ходят потому что критики пишут восторженные рецензии? Спасибо БО за приглашенного московского критика. Мне показалось, что она писала свои рецензии сухо, выключив собственные эмоции,деликатно.За заключительный анализ в разрезе российских театров, отдельное спасибо. Немного грустно, что в нашем городе,при таком хорошем финансировании театра оперы и балета ,не приглашают современных хореографов для новых постановок,хотя бы в качестве эксперимента. Хотнлось

  • Анонимно
    28.05.2014 11:59

    В Оперном всего зал примерно на 800-1000 мест, если не ошибаюсь. При правильно организованном ажиотаже и при искуственно дешевых билетах не сложно заполнять зал. Народ хочет зрелищ - он их получает. Кто-то хочет прикоснуться к великому и непонятному, кто-то - потусоваться. Себя показать. Да и в гении маркетинга нынешним руководителям о Оперного не откажешь. Тут они молодцы. Другой вопрос, какой товар публике продают? Осетрину, как говорил классик, первой или второй свежести. Не спецу тут разобраться сложно. "Дружественно" настроенные критики поют дифирамбы. Независимых, как мы убедедись с аккредитацией Анны (об этом была публикация на БО) сложности, точнее китайская стена. С профи в Казани - туго. Вот вам и формула успеха нашего Оперного, химия заполняемости зала. Ответ же о качестве "товара" получен. Навевает на размышления. Директору Оперного Минкульту ест о чем думать, направление дано куда двигаться. Почему бы не дерзнуть, уважаемые господа? Неравнодушный казанец

  • Анонимно
    28.05.2014 12:01

    Жестко, очень жестко... Но, посмотрев "Спартака" Ковтуна, подумалось - так сильно балетмейстер стремится поразить нас своей фантазией, что все превращается в какое-то немыслимое чудовище.. Нет ни простоты, ни четкости, ни подлинного танца.. Порой, может быть, и стоит "давать по мозгам" - глядишь что-то и изменится... Что касаемо зрителей, могу сказать - здорово, что у нас ТАКОЙ зритель... И многое он понимает, но ему нравится, что у нас есть такие фестивали.. Поэтому и аплодирует.. Все остальное - за организаторами фестиваля, более критического и требовательного отношения к нему...

  • Анонимно
    28.05.2014 12:31

    Наконец-то, всем сестрам по серьгам раздали. Интереснейший расклад по театрам страны дали. Нужны ведь ориентиры для того, чтобы понять место театра в системе координат. А если определена исходная точка, можно и цель определять. Как говорят у нас, алга, товарищи.

  • Анонимно
    28.05.2014 14:09

    Да-аа-а ... Нужны перемены. Запахло свежим воздухом.

  • Анонимно
    28.05.2014 14:44

    С удовольствием хожу на оперу, особенно если задействован наш хор.Ощущение, что иногда он дает фору солистам. Балет стараюсь смотреть привозной.Ни разу ни критик, но ощущение неловкости за нашу труппу не покидает весь спектакль, это не те эмоции, которые хотелось бы испытывать при посещении балетного спектакля.

  • Анонимно
    28.05.2014 14:44

    Наверное, из-за того, чтобы не появилась возможность сравнить наши театры с театрами из других регионов, и не появился до сих пор Качаловский фестиваль.

    • Анонимно
      28.05.2014 16:44

      Вообще-то именно сейчас именно в Качаловском гастролирует пермский театр, а потом будет ярославский. Так что сравнивайте на здоровье))

  • Анонимно
    28.05.2014 16:06

    Такие все критики интересные !)))

  • Анонимно
    28.05.2014 21:25

    Давайте поведем речь о настоящем татарском балете. Раз есть Рудольф Нуриев, значит есть и татарский балет.

  • Анонимно
    28.05.2014 21:56

    Мнение одного критика нельзя воспринимать всерьез. Нужно хотя бы 5-6 мнений чтобы была хоть какая-то объективность. А после того как Мухаметзянов отказался аккредитовать Галайду на фестиваль,можно предположить какую рецензию оставит московский критик. Ощущение,что Мухаметзянов уже заранее знал, что Галайда ничего хорошего не напишет.

    • Анонимно
      28.05.2014 23:07

      Но Галайда написала много хорошего, когда постановка в оперном того заслуживала. Привести примеры?

  • Анонимно
    29.05.2014 00:18

    Вызвали, дали направление,в котором плыть, оплатили и что дальше? Кто такой этот критик, чтоб за город, театр, зрителей , ситуацию конкретную и свою историю решать, рубить, ставить диагноз и пр. Ну назвали имена, театры и что. Копировать, подражать? Во всей этой истории страшно , что всей этой задумкой правят дела недобрые. И уж такое раздолье для всех мелких злопыхателей и прочей нечести, Это не означает, что надо только хвалить, но если нет в любой критической статье уважения... О чем говорить? Ну поговорили, оскорбили, вякнули , немного пнули,. Довольны господа? А кто- то продолжает дело делать...

  • Анонимно
    29.05.2014 00:24

    Неравнодушный казанец, ты сначала начни ходить в театр, а потом участвуй в обсуждении. Несешь бред заказной и не знаешь о чем речь. Наслушался критика московского? Москвичи всегда не любили петербуржцев и это особенно видно в области театра. А нас просто пытаются использовать. Не надо математики с наличием мест, ходи в театр почаще и все. А казанским зрителям советую на лбу тату сделать " Казань", чтобы кому то не казалось, что зрителей привозят из Альметьевска.

  • kazan_arbat
    29.05.2014 09:16

    Был вчера на гала-концерте. Впечатление, что уровень фестиваля падает. Престижность под большим вопросом!

  • КазанецВ
    29.05.2014 11:08

    Был на гала 26 мая. 1. От фестиваля "классического балета" остались ножки и рожки. 2. Предлагаю театру и минкульту организовать фестиваль "НЕклассического балета". 3. Больше на гала не пойду!

    • Анонимно
      29.05.2014 23:57

      Уважаемый "КазанецВ"! Хотя бы посмотрели где-нибудь дату Гала-концертов ,прежде чем писать, что якобы "был на Гала 26 мая"! Явно не был... Гала был шикарным,на наш взгляд (ходили с семьей)!Получили огромное удовольствие!!! Исполнительская техника танца на очень высоком уровне, не говоря об артистизме и наполнении! Были представлены солисты балета из лучших театров мира и наряду с прекрасным классическим наследием, были интереснейшие номера современных хореографов!!!

  • Анонимно
    29.05.2014 13:20

    Люди, высказывающие упреки рецензенту по поводу этики, нравственности и ангажированности ,никогда не переведутся. Особенно, если сами видят насколько талантлив и прав упрекаемый ими рецензент. Старо как мир.))) Другое дело, что они ТАК зеркАлят себя, свое устройство( о чем , похоже. не догадываются), что, право, совестно быть этому хотя бы случайным свидетелем. А теперь про зрпителей и театр: зрители Казани не мимо Театра имени Джалиля проходят, а намеренно посещают его, И поэтому вправе знать, что меню, которым их кормят, по меньшей мере, не протухшее. Судя по комментариям на Бизнес-онлайн, автору рецензий удалось возбудить, как минимум, гигиеническую осторожность потребителя культуры по отношению к потребляемому продукту. И спасибо БО и приглашенному им рецензенту за эту оздоровительную процедуру.

Оставить комментарий
Анонимно
Все комментарии публикуются только после модерации с задержкой 2-10 минут. Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария. Правила модерирования
Загрузка...
[ x ]

Зарегистрируйтесь на сайте БИЗНЕС Online!

Это даст возможность:

Регистрация

Помогите мне вспомнить пароль