Культура 
13.10.2014

Как татарский драматург Ильгиз Зайниев поставил британского драматурга Уильяма Шекспира

«Ричард III» как хроники смутного времени — от «правды убийства» к «правде политтехнологий»

На малой сцене театра им. Камала накануне состоялась премьера спектакля «Ричард III». Пьеса Шекспира, разыгранная на татарском языке в условно исторических костюмах и абстрактно вневременных декорациях, оказалась на редкость актуальной. Мерцание современности в режиссерской работе известного драматурга Ильгиза Зайниева, а также актерский ансамбль «камаловцев» с солировавшим в нем в своей неординарности и эмоциональной безразмерности Искандером Хайруллиным «БИЗНЕС Online» оценил с помощью московского критика Елены Черемных.


УБИЙСТВЕННАЯ ПРАВДА

Главное в шекспировской хронике «Ричард III» — это история семейной династии Йорков, в пух и, буквально, в прах раздираемой борьбой за трон. Центральный образ — зло как оно есть. Его средоточие — герой-горбун, которого в первом акте зовут герцог Глостер, а во втором — король Ричард. Для драматурга шекспировского уровня вполне естественно было свести фабулу 2,5-часовой пьесы к общеизвестному и неотменимому: «Король умер. Да здравствует король!» Нет, со сцены это не звучит. Просто когда в финале под трагического Генделя на первый план выходит омерзительно угрюмый ниспровергатель Ричарда с созвучным именем Ричмонд, а на публику — с нижнего до верхнего ряда — натягивают саваном белое полотно, все мрачные подтексты сюжета становятся яснее ясного.

Власть есть власть. Чем была во времена Плантагенетов, к которым принадлежал Ричард III, и позже — во времена Шекспира, тем остается и сейчас. Разве что главную для исторических реалий британского ХV века «правду убийства» заменила такая же по сути гнусная «правда политтехнологий».

Черное и белое резко скомбинировано только на одном человеке — в одеянии самого Глостера (художник по костюмам, увы, в программке не назван). Гамма прочих участников династической хроники разделяет эти два цвета, будто противоположные берега одной реки. Белые одежды, накидки, наконец, белые саваны — либо на обреченных, вроде умирающего Короля Эдуарда IV, либо на убиваемых по ходу действия Леди Анне, герцоге Кларенсе, графе Риверсе и принце Эдуарде с братиком Ричардом Йоркским. А серо-черные оттенки — либо на пока еще живых людях ричардова окружения, либо на его откровенных ненавистницах, вдовствующих королевах Маргарите и Елизавете, к слову, родной матери злодея.

В умной сценографии Сергея Скоморохова — свои секреты. Зеленой газонной травой не только выстлан периметр сцены — ею вздыблены и боковые панели. Противоестественная искривленность растительной «формы» ошеломляет рифмой со вздыбленным горбом узурпатора. Центральное же пространство выстлано металлической решеткой, а сверху еще и «придавлено» цинковыми арками. Еще одна «рифма» — о душе, придавленной страхом. В схематичной, но «говорящей» конструкции интриги идут одна за другой. Добро выглядит лишь обратной стороной зла. Родственное — лишь мимическим спазмом всепоглощающей ненависти. Но самое главное и страшное — та пустота, куда, обдумывая очередное убийство, со страхом заглядывают сподвижники и исполнители злодейств. Радуются, смеются даже, а потом — нет-нет, да и заглянут. «Какой-то страх невольный/Зловещим предчувствием сковал мне сердце», — спел бы о том же самом позаимствованный Пушкиным у шекспировского Ричарда царь-детоубийца Борис Годунов.

МЕРЦАНИЕ СОВРЕМЕННОСТИ

Градус, с каким актеры Камаловского театра играют Шекспира, далек от тусклых земных температур. Как это получается — не объяснить. Например, актерская палитра Искандера Хайруллина (Ричард) невероятна. Мгновенная смена масок «злодея», «влюбленного», «циника», «наглеца», снова «злодея» обеспечивает безостановочное скольжение по кругу ассоциаций, как шекспировских (вплоть до Фальстафа), так и пушкинских (Годунов), вплоть до узнаваемых «ликов власти» из дня сегодняшнего. При всей своей неординарности и эмоциональной безразмерности, исполнитель главной роли не «вываливается» в бенефис, обнаруживая замечательное ансамблевое чувство. Вот он робко вслушивается в отповедь Леди Анны (Айгуль Нажипова), а минуту спустя издевательски торжествует над ней: «Против меня закон и мир. И все ж я победил!» А вот с негодяйской улыбкой дает вылиться материнской ненависти, когда же истощенная Елизавета (Люция Хамитова) замолкает, с наигранной обреченностью приглашает к микрофону следующую праведницу — Маргариту (Ильсия Тухватуллина). Высказывайтесь, от меня не убудет!

Знаменитое шекспировское «Весь мир — игра, а люди в ней — актеры» как-то по-особенному работает в камаловской труппе. Женские роли все до одной крупны по-настоящему и вызывают к героиням-страдалицам самое искреннее сочувствие. При этом каждый монолог — мужской ли, женский ли — завершается аплодисментами по той простой причине, что он, как произведение в произведении, выделан, индивидуален по рисунку и как-то по-своему даже монументален. Структуру шекспировских сцен Ильгиз Зайниев чувствует настолько же хорошо, как и общую форму пьесы, поэтому не боится каждую сцену преподнести полновесным крупным форматом. Лампа драматургического накаливания работает у Зайниева безотказно. Словам и смыслам отзываются звуки мрачного Генделя и джазового саксофона, отвлекающего порой от династических конфликтов легкомысленным мажором и смешной ритм-секцией, Мол, ау, господа, это все-таки театр.

Театр, стоит признать, отличный. Надо же было придумать сделать частью визуальной лексики фотовспышки от селфи, так хорошо отражаемые пластиковыми козырьками-коронами на повинных головах: минута славы — она и в час смерти к кому-то приходит.

Кстати, о смерти. Нет, головы тут не секут и клюквенным соком кровь не изображают. Все гораздо поэтичнее: одни трупы лежат завернутые в саваны, другие — обернутыми в белое удаляются в сопровождении убийц, а Бэкингему, который только что смеялся над иронией судьбы, просто подвязывают полотном челюсть — он уже покойник. Символы жизни и смерти, кажется, амбивалентны. Обшитый травкой «трон» Ричарда раскачивается то ли детской люлькой, то ли маятником, отсчитывающим его время жизни. И скоро уж газонного «покроя» качели поднимут в никуда хладное тело короля-убийцы, на место которого выйдет другой король с челюстью прирожденного убийцы. Тут и понимаешь, что конец одной королевской жизни — отнюдь не конец истории, в которой идет по кругу одно и то же.

Согласно истории Ричард правил всего два года — с 1483 по 1485 гг. Судя по пьесе Шекспира в постановке драматурга Зайниева — не столько правил, сколько в корчах удерживал власть. Наверное, так оно и бывает, когда власть — цель и средство, а больше ни-че-го.

О ЛИТЕРАТУРНОМ И ЯЗЫКОВОМ

У Бориса Пастернака в «Заметках о Шекспире» 1942 года есть такие строки: «350 лет чувствуют то же, <>, 350 лет приходят к тем же мыслям. Мало оснований, чтобы вы подумали или сказали что-нибудь, что еще не сказано до вас. Единственное — напомнить, в каком смысле». Так вот о смыслах Шекспира, в частности, усвоенных Пушкиным в «Борисе Годунове», в тех же «Заметках» Пастернак писал: «Естественность, реалистическая полнота изображенья, разговорный язык. Дух простоты и правды».

В татарском переводе «Ричарда III» все эти категории, кажется, сохранены. Во время спектакля даже возникает желание снять наушник, откуда по-русски звучит текст в переводе Анны Радловой, чтобы полностью погрузиться в необъяснимую музыкальность Шекспира по-татарски. Этот вариант пьесы Резеда Гобаева делала приемом так называемого «двойного перевода»: ее «Ричард» — перевод русскоязычной, судя по всему, как раз радловской версии. Но, как признался в приватной беседе Зайниев, ничего особенного в Шекспире на татарском он не видит. «Никого же не удивляет Шекспир по-русски!» — резонно добавил режиссер и драматург.

Свою первую пьесу он написал, когда был пятиклассником сельской школы: «У нас была прекрасная учительница литературы. Чтоб мы лучше запоминали биографии писателей, она придумала такую форму, что мы как бы берем интервью у Пушкина, Лермонтова и других писателей и поэтов школьной программы. А еще в нашей школе был театр, где мы играли тоже разные вещи из школьной программы. Однажды я подумал: «Может, что-то свое, о нас лучше напишу? И написал». К концу школы, которую окончил с медалью, у меня уже было несколько пьес».

Потом Зайниев учился на актерском в Университете культуры. Потом — на курсах драматургов в Литинституте в Москве, но через три месяца оттуда сбежал: «Было неинтересно. Там преподавали какие-то нелюбознательные, старые люди. Раз в неделю. Скучно». И он вернулся в Казань, поступил на режиссуру, а параллельно писал одну за другой пьесы. В афише Камаловского театра порядка 10 его пьес. «Ричард III» попал в ту же афишу по его личной инициативе: «Пришел, сказал Фариду Бикчантаеву, что хочу поставить эту пьесу Шекспира».

И поставил, сделав очевидным невероятное. Судите сами, так оно или нет, если «Ричарда III» перевели на татарский язык; если шекспировская тема в театре им. Камала оказалась не «сброшенной с парохода современности», а ведь еще в 1959 году этот театр привозил на Декаду татарской культуры в Москву «Короля Лира». Наконец, состоявшегося драматурга Зайниева теперь есть все основания считать и состоявшимся режиссером.

Печать
Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Комментарии (25) Обновить комментарииОбновить комментарии
  • Анонимно
    13.10.2014 10:33

    Не слежу за афишой Камаловского, но теперь обязательно схожу. Спасибо.

  • Анонимно
    13.10.2014 11:36

    Была на спектакле.Актерский состав великолепен, играют превосходно. Но к самому режиссеру много нареканий. Откровенно слабая постановка. Это читать размышления критика любопытно, а на деле спектакль оставил ощущение неудачно собранного трансформера с множеством метафор, обилием которых режиссер перекормил зрителя. Да, кажется, и сам не знает, для чего и почему он расставляет иные акценты.

  • Анонимно
    13.10.2014 11:38

    Блестящий материал!!! Поздравляю.

  • Анонимно
    13.10.2014 13:21

    Все ерунда о чем и почему - главное не пляски с коромыслом по деревне, а сам Шекспир! По татарски вот главное! Народ из татарских сел - основной зритель и тонкий любитель метафор Шекспира!!

  • Анонимно
    13.10.2014 14:29

    Интересная рецензия. После прочтения получаешь объемное представление о спектакле. Но есть фактическая ошибка, к сожалению. Королева Елизавета - это не мать Ричарда III, а вдова его старшего брата Эдуарда IV и мать исчезнувших в Тауэре принцев.

  • Анонимно
    13.10.2014 14:39

    Может, народ и не главный любитель Шекспира, но очевидно, что он главный носитель шекспировских содержаний. Так что не иронизируйте пожалуйста.

  • Анонимно
    13.10.2014 14:40

    Татар театры ул акырыш-бакырыш,хэм куткэ тибеш.Шэкспир бик килешеп бетми безнен халыкка,безгэ авыл тормышы кирэк.

  • Анонимно
    13.10.2014 14:44

    Хорошо, что в театре Камала все же появился Шекспир.Хорошая драматургия, проверенная временем! И хорошо было бы если б такой величины писателя поставил приличный режиссер.Раздосадованы и разочарованы отсутствием режиссуры в этом спектакле.

  • Анонимно
    13.10.2014 15:44

    Надо бы сходить. Зайниев нравиться уже давно. Есть приемники у Великого Туфана!!!

  • Анонимно
    13.10.2014 15:51

    Смешно.Как во всем известном и любимом фильме:"А не замахнуться ли нам.....".

  • Анонимно
    13.10.2014 16:08

    Зайниев это андеграунд,не всех привлечет его творчество,наш люд любит попроще,желательно про деревню.

  • Анонимно
    13.10.2014 16:21

    пр деревню есть другие спектакли. Репертуар должен быть разнообразным.

  • Анонимно
    13.10.2014 17:56

    Собственные пьесы Зайниева - это и про любовь, и про народ, так что изучайте этого драматурга.

  • Анонимно
    13.10.2014 17:57

    А что имеют в виду те, кто ругает спектакль за режиссуру? - Они точно знают как надо ставить Шекспира?)))) И тем более точно знают что такое "настоящая режиссура"? ))))

  • Анонимно
    13.10.2014 17:58

    Непонятно - как можно недооценивать Бикчантаева и его театр...((((

  • Анонимно
    13.10.2014 18:02

    ЕЛЕНА Черемных. - Друзья, простите, что анонимно: некогда авторизоваться, бегу на поезд. Но тут я прочла упрек, что Елизавета - вдова брата Ричарда. а не его мать.Так вот. В пьесе, как ни странно, две Елизаветы: одна - вдова брата, другая - его мать.)))) Всем удачи!))))

  • Анонимно
    13.10.2014 21:10

    Посмотрели спектакль и уж простите ничего не поняли.О чем нам хотели поведать? Где мораль? Что и зачем? Артисты татарские все же не умеют играть хорошую литературу

    • Анонимно
      14.10.2014 10:25

      Все фигня - главное Шекспир на татарском! Обертка важнее содержания

  • Анонимно
    14.10.2014 09:57

    Ну если в театр ходить, как в кино, тогда действительно сложно что-то понять.))) Вы же, наверное, на старинную историю в старинных костюмах настраивались? Да?))))

  • Анонимно
    14.10.2014 11:16

    "Все фигня... Обертка важнее". Язык - не обертка, а носитель смыла. Вы всерьез считаете, что смыслу, выраженному на английском, нет эквивалента в других - в том числе и татарском -языках?))))Впрочем, никто же не отменял пещерных рассуждений об "обертках", да ведь, уважаемый неандерталец?)))))

  • Анонимно
    14.10.2014 11:53

    Хорошая постановка. Актеры просто молодцы! Спасибо за работу!

  • Анонимно
    14.10.2014 13:50

    Причем здесь по-татарски или на любом другом языке:на всех языках мира спектакль должен оставаться спектаклем, и его создатели должны донести мысль, высказаться в своей постановке, а здесь, извините, не то что неопытность режиссера, полное отсутствие профессии!И зритель, который не понял в чем мораль, совершенно прав.Что нам хотел сказать режиссер непонятно.Нам поверхностно рассказали сюжет пьесы.И обижать людей в комментариях неприлично, тем более не последнему человеку в Республике!

  • Анонимно
    15.10.2014 00:31

    "ВАМ РАССКАЗАЛИ СЮЖЕТ ПЬЕСЫ", а ВЫ не поняли в чем мораль?) О, ужас! Так прочтИте пьесу (ВЫ), вспОмните уведенное в спектакле (ВЫ), может, и мораль ПОЙМЕТЕ ВЫ, НЕВЕДОМЫЙ ВЫ, которому так важна мораль))))))

  • ZZM
    15.10.2014 01:09

    Спектакль посмотрели. Огромное спасибо всем, гордимся своим театром. Обязательно посмотрим минимум еще 2 раза. Такие сложные постановки нельзя оценивать после первого спектакля. "Оценщики" после первого спектакля думаю лукавят и очень поверхностно. Что касается языка, татарский он более мелодичен, звучит душевнее и Шекспир звучит в нем великолепно! Особое спасибо Елене Черемных, написано с любовью и с душой.

Оставить комментарий
Анонимно
Все комментарии публикуются только после модерации с задержкой 2-10 минут. Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария. Правила модерирования
[ x ]

Зарегистрируйтесь на сайте БИЗНЕС Online!

Это даст возможность:

Регистрация

Помогите мне вспомнить пароль