Бизнес 
25.03.2015

«Настроение у покупателей мебели – видит око, да зуб неймет»

Челнинские предприниматели сравнили выгоду от участия в гостендерах с «бульоном от яйца»

Покупка шкафов и диванов стала роскошью для челнинцев, а виной всему высокие ставки по кредитам, падение спроса и проблемы у КАМАЗа. В этих условиях льготные кредиты, предлагаемые государством, не помогут. К такому выводу пришли участники круглого стола «БИЗНЕС Online» с производителями и поставщиками мебели. В числе их предложений — увеличить объем госзаказа по всем направлениям и начать, наконец, делать в Татарстане нормальные петли, кромочные материалы и клей.

«СЕЙЧАС В САЛОН ЗАХОДИТ ОДИН ЧЕЛОВЕК В ДЕНЬ...»

Рынок мебели еще только начал снижаться, и когда он дойдет до полной остановки, до самого дна, сказать сложно. Такую мысль высказали участники круглого стола «БИЗНЕС Online», организованного при поддержке бизнес-центра «2.18». Мебельную сферу на нем представили руководители производств, входящих в ассоциацию мебельщиков Закамья: гендиректор ООО «Командор Поволжье» Евгений Севастьянов, гендиректор ООО «Компас» Михаил Муравьев, директор по развитию нижнекамского ООО «Синтекс-2» Максим Сперанский, гендиректор ООО «Мириада» Ольга Зарифуллина и гендиректор ООО «Компания «Росла» Геннадий Гусаков.

Давая оценку прошедшему году, мебельщики пришли к выводу, что в целом он был неплохой — наблюдалась хорошая динамика, было развитие, но финал обрушил все дальнейшие планы. Особенно на себе прочувствовали кризис мебельные предприятия, торгующие в розницу. Как отметил Севастьянов, в конце прошлого года продажи упали в сравнении с декабрем 2013 года на 25 - 30%, причем снижение произошло во всех сегментах мебельного рынка — как в дорогом, так и в бюджетном. «В кризис 2008 года, например, клиенты переходили с дорогой мебели на дешевую. Но сейчас и у дешевой покупателей нет. Я веду статистику — в среднем сейчас один человек в день заходит в салон, а раньше было порядка пяти-семи человек потенциальных покупателей. То есть посещаемость упала в пять-семь раз. Люди пока просто ничего не берут», — так обрисовал он картину. Причем, по наблюдениям мебельщиков, самая плачевная ситуация именно в автограде, тогда как в Нижнекамске и Альметьевске продажи упали всего на 5%. Более того, ООО «Компас» даже открывает в Нижнекамске новый салон.

Не стала спасением для мебельного производства и ажиотажная декабрьская скупка, когда народ сметал с прилавков все товары, дабы спасти быстро обесценивающиеся сбережения. По словам Муравьева, высокого спроса на мебель в декабре продавцы мебели не почувствовали. «Если в предыдущие годы в декабре увеличение покупательной способности по точкам продаж составляло 25 процентов, то нынче всплеск наблюдался, но общий спад в сравнении с предыдущими годами составил 70 процентов. Если в прошлые годы в декабре у нас на точке обслуживалось около 20 клиентов, то в этом году — около 7 - 8 клиентов», — привел статистику по своей компании Муравьев.

СПАСАЮТ ГОСПРОГРАММЫ

Более благополучно в плане заказов чувствует себя тот сегмент мебельного рынка, который завязан на госпрограммах, хотя спад наблюдают и здесь. Сперанский отметил по своей компании, производящей корпусную мебель, что в сравнении с 2013 годом 2014-й был похуже. Но это связано не с законами рынка, а с большим числом заказов на Универсиаду в Казани. В 2014 году сегмент B2B просел, так как компании-заказчики стали сильно экономить на офисной мебели уже со второй половины прошедшего года.

Первые же месяцы текущего года не являются показательными, потому что сейчас компания находится на стадии заключения контрактов с заказчиками и основная нагрузка в работе придется на вторую половину года. Однако, безусловно, участие в программах строительства детских садов «Бэлэкэч», реконструкции школ, поликлиник, больниц, которые необходимо обеспечивать новой мебелью, помогает оставаться на плаву в кризисное время, заметил Сперанский. С ним согласилась и Зарифуллина, чья компания занимается внутренней отделкой и корпусной мебелью и работает в основном с предприятиями. Несмотря на повышение цен примерно на 30%, заказчиков здесь меньше не стало.

У ЛЮДЕЙ ПРОСТО НЕ ОСТАЕТСЯ ДЕНЕГ НА РОСКОШЬ

Муравьев четко определил причину остывшего интереса к мебели у покупателей — увеличение процентной ставки Центробанком, которая и привела к исчезновению привлекательного для покупателя кредитного продукта, благодаря чему и шли основные продажи в салонах мебели. Как выяснилось, около 70% покупателей мебели ищут схемы рассрочек, схемы потребительского кредитования и не могут их найти.

«Раньше во всех мебельных торговых центрах были представительства нескольких коммерческих банков, которые работали через менеджеров, были доступны для покупателей и принимали решение в течение 15 - 30 минут. Сейчас этого нет. Мы потеряли 98 процентов банковских представителей в своих торговых точках. В каких-то единичных точках только они остались, но и там ситуация не легче. Менеджер банка мне недавно показывала схему: если клиент приобретет мебель с рассрочкой на два года, то переплата составит как минимум 45 процентов от стоимости товара», — возмутился гендиректор ООО «Компас».

Пока достойной альтернативы пропавшим банковским продуктам мебельщик не видит, так как крупные банки — Сбербанк, «АК БАРС» Банк, ВТБ — не присутствуют в этом сегменте кредитования. По саркастической оценке мебельщиков, они «так и будут сидеть в своих офисах и просить по 56 документов за один маленький кредит на покупку шифоньера или шкафа-купе». Кроме того, в крупные банки люди в основном идут за ипотекой, а после ее одобрения потребительский кредит такой банк уже не даст, уверяет Муравьев. Он также заявил, что клиенты мебельщиков в основной своей массе всегда кредиты возвращали, потому что, в отличие от магазинов бытовой техники, где подставное лицо покупало телевизор в кредит, а потом за углом его продавало за наличку, в мебельной сфере такое маловероятно. «Никто не купит шифоньер на кредитные деньги и не продаст его за углом, потому что мы этот шифоньер привозим сами и монтируем дома у клиента», — привел довод Муравьев.

На фоне оттока клиентов и потери фундаментальной основы мебельного бизнеса в виде удобных схем рассрочек 2015 год пока тоже большого оптимизма в производителей не вселяет. Январь прошел на плаву, а февраль был очень тяжелым. По словам Муравьева, общий спад февраля от предыдущих месяцев составил минимум 25% — это за последние три года максимальный показатель. Общее настроение клиентов можно охарактеризовать так — видит око, да зуб неймет. То есть люди вроде бы и хотят что-то купить, но позволить себе не могут. А те, у кого деньги еще имеются, просто боятся завтрашнего дня и не тратят их, чтобы выжить в случае чего.

Однако не все участники круглого стола были склонны винить во всех грехах только банковскую сферу. Падение спроса, как считает Сперанский, связано также с изъятием доходов у населения через подорожавшие продукты и товары первой необходимости. Он привел в пример оборот розничной торговли в продуктовых магазинах Нижнекамска, который увеличился на 18%. «Это же не значит, что они стали больше продавать, тем более если учесть снижение в магазинах ассортимента из-за санкций. Оборот растет за счет того, что цена стала выше. У людей просто не остается денег на непозволительную роскошь, которой в данном случае выступает мебель», — пояснил свою точку зрения директор по развитию нижнекамского ООО «Синтекс-2».

РАЗ МЫ САМИ НЕ СПОСОБНЫ ДЕЛАТЬ ПЕТЛИ, НАДО ПРИВЛЕКАТЬ ИНВЕСТОРОВ

Снижение интереса к продукции в 2014 году отметили и поставщики комплектующих для мебельщиков. От их лица на круглом столе высказался Гусаков — гендиректор компании «Росла», производящей алюминиевые профили для мебели и предметов интерьера. По итогам 2014 года снижение составило 22%, потому что на пятки наступал китайский производитель аналогичной продукции. По статистике, которую привел Гусаков, поставлялось 60 - 70% китайских профилей, которые стоили дешевле отечественных.

Но с декабря, несмотря на сужение рынка, произошло падение потребительских объемов, в компании наметился рост. Причину этого Гусаков видит именно в том, что продукция «Росла» импортозамещающая и ей удалось подвинуть китайских производителей.

«Сегодня производители вынуждены переключаться на нашу продукцию. Например, Mr.Doors из Подмосковья, хотя у них отлаженное производство. Но эффект был бы еще лучше, если бы не рост цен на сырье, которые привязаны к доллару. Рост идет практически один к одному в связи с ростом курса доллара. Поэтому мы бежим вдогонку с корректировкой цен. Рост, конечно, не такой, как на китайский продукт, но все же довольно большой — на 45 процентов подорожало», — сообщил Гусаков, отметив, что в компании сильно не обольщаются импортозамещающей тенденцией, потому что покупательский спрос снижается.

Своего партнера поддержал Сперанский, согласившись с тем, что кардинально ситуация по импортозамещению не изменится, если вслед за каждым повышением доллара будет расти в цене и сырье. В продолжение импортозамещающей темы участники беседы затронули и вопрос оборудования, на котором производится мебель. «Как проводить модернизацию, если у нас аналогов российских нет? — возмутился Сперанский. — Вот мы на итальянском оборудовании работаем. Как нам теперь его покупать, если там цена оборудования самого простого от 2 и до 12 - 15 миллионов рублей?! А сейчас сколько оно будет стоить? 30 миллионов? У нас общее удорожание [продукции] на 18 процентов произошло. Только за счет отсутствия фурнитуры, аналогов которой нет в России, — это петли, кромочные материалы и расходники — пилы, клей». В ходе дальнейшей беседы он призвал привлекать инвесторов и на базе особой экономической зоны размещать производства. Как сделали это «Кастамону», которые открыли в ОЭЗ «Алабуга» производство МДФ-панелей. «Это прямое импортозамещение, это очень хорошо. Раз мы сами не способны сделать петли, раз нет инженерной школы, нет таких предприятий», — высказался Сперанский.

К слову, фурнитура, цена которой зависит от евро, подорожала на 40 - 45% — такие цифры озвучил Севастьянов. Это, разумеется, не могло не отразиться и на ценах на конечный товар, но, по мнению мебельщиков, цены выросли в адекватном формате, несмотря на то что импортная продукция в мебельном производстве составляет большой процент. Оно и понятно, если очередей за мебелью до повышения не наблюдалось, сейчас дорогую мебель вообще никто не купит. «Мебель не подорожала в 2,5 раза. Если раньше шкаф-купе с продукцией «Росла» в нашем производстве стоил 30 тысяч рублей, то сейчас стал стоить 32 - 34 тысячи, а не 45 тысяч. Значительно по кошельку потребителя это не ударило», — привел пример Муравьев.

СОЗДАЕТСЯ СИТУАЦИЯ, ЧТО ТЫ ВРОДЕ СВАРИЛ ЯЙЦА, А ВЫПИЛ ТОЛЬКО БУЛЬОН

Еще одна проблема, которая мешает нормально развиваться и фактически, по выражению мебельщиков, загоняет их в тиски, — это повальные неплатежи, которые они также связывают с высокими банковскими ставками. «Постоплата всегда затягивается. Даже наш городской бюджет задержал оплату. Мы сделали мебель для Пушкинского лицея. В декабре должны были расплатиться, но до сих пор тянут. Предприятие строится, заканчивается отделка, мебель заказывается. Надо уже запускать предприятие. А оно не может взять кредит, потому что все это золотое тогда получается. Из-за этого не соблюдаются условия договора. Не хочется и заказчиков терять, ссориться с ними. А у нас основные заказчики — свободная экономическая зона. Может, просто немцы и датчане России не доверяют?» — предположила Зарифуллина.

Из-за неплатежей становится весьма проблематично выполнять существующий заказ, так как производитель должен сначала найти деньги из своего кармана или вложить кредитные средства, сделать заказ, а потом после отгрузки проходит еще месяц, прежде чем заказчик рассчитается. По такой схеме работает КАМАЗ — со 100-процентной постоплатой по истечении 30 дней после отгрузки. «Мы не можем судиться, потому что там все свои, мы прекрасно понимаем, что если сегодня будем деньги через суд выбивать, то завтра с нами никто работать уже не будет. И получается, что с этими неплатежами предприятие просто засовывается в долговую яму. Причем частники, мелкие юрлица платят, а не платят как раз крупные компании, которые знают, что против них мы не пойдем. Могут частями выплачивать. Получается, вроде бы и рассчитываются, но ведь дорого яичко к обеду. И создается ситуация, что ты вроде сварил яйца, а выпил только бульон. Может, как-то крупные предприятия поддерживать, в первую очередь КАМАЗ?» — вышел с предложением Севастьянов.

Как отметили участники круглого стола, без поддержки градообразующего предприятия, работники которого являются потенциальными покупателями мебели, малый бизнес так и будет лихорадить. «У меня были дилеры в Башкирии, в Казани, других регионах. И у них все было хорошо, а у нас как раз проблемы с КАМАЗом начались, на четырехдневку людей перевели. У нас продаж нет, а в соседнем регионе есть», — привел довод Севастьянов.

Правда, больших иллюзий относительно КАМАЗа мебельщики не питают. Как выразился Муравьев, подобная ситуация уже была в кризисном 2008-м, но с тех пор КАМАЗ ничего не изменил и сам не изменился. Сотрудничество с крупными предприятиями промышленной сферы чревато последствиями — в конце концов, они тоже перестанут покупать мебель, потому что их продукция не продается. «Какими бы временными работами ни занимали КАМАЗ, это будет просто выживание. А говорить об экономическом росте вообще не приходится», — подвел черту под камазовской темой Муравьев.

ЗАЧЕМ БРАТЬ КРЕДИТ НА СТАНКИ, ЕСЛИ МЕБЕЛЬ НИКОМУ НЕ НУЖНА?

Особая злость у мебельщиков — на банки вообще и в частности на Центробанк. В качестве меры поддержки мебельщики льготное кредитование даже не рассматривают, так как считают ее доступным лишь для ограниченного количества предпринимателей (это, как правило, резиденты особых экономических площадок). Более того, участники круглого стола вообще не видят смысла брать кредиты в условиях падения спроса. Все они сошлись во мнении, что надо стимулировать потребительский спрос, здесь опять же первую скрипку должна сыграть банковская система, которая должна стать более лояльной к клиентам.

— У меня кредит по предприятию был на 14,5 процентов. Банк мне автоматически поднял ее до 24 процентов. Когда ключевая ставка опустилась до 15 процентов, для меня почему-то кредит дешевле не стал. То есть поднимать — поднимаем, а опускать никто не собирается. И что нам делать? Единственный выход — сокращать издержки. Да, конечно, кризис — хорошая школа для выживания. Мы все немножко расслабились, — пожаловался было Севастьянов.

— Да была бы пауза между этими «школами» хотя б лет 20! — воскликнул Муравьев.

— Ну, допустим, я получу кредит на покупку оборудования под 13 процентов. И что я на этом оборудовании буду делать? — спросил Сперанский.

— Мебель, которая никому не нужна, — веско ответил ему Муравьев. — Какому производственнику нужны сегодня кредиты, если клиентам, которые сегодня хотят купить мебель, эти кредиты не предоставляют? Если ЦБ не изменит процентную ставку, кризис может затянуться и до 2020 года. А если загнать всех обратно в ямы, 80 процентов производственников станут просто банкротами.

ЭЛЕКТРОННЫЕ ТОРГИ — ЭТО ВАКХАНАЛИЯ ОТКАТЧИКОВ

Электронные торги, в которых мебельщиков призывают активно участвовать власти автограда, дабы иметь гарантированные заказы в кризис, участники круглого стола вообще назвали «дурдомом», «кормушкой для кучки чиновников», «глупостью несусветной» и «вакханалией откатчиков».

«Если ты заявляешься на торги, нужно внести гарантийную сумму. И если лот на 10 миллионов рублей, ты должен эту сумму взять в банке. Банк тоже тебе эту сумму дает под определенный процент. И в результате ты платишь этому человеку, который сидит в электронных торгах, зарплату, потому что у меня, например, нет времени в них сидеть. Потом ты платишь банку, потом — откат чиновнику, потому что без этого ты не выиграешь. И получается, ты платишь кому-то, чтобы за эти деньги поработать. Зачем? У моего предприятия политика такая — чем меньше посредников между производителем и заказчиком, тем лучше», — охарактеризовала суть вопроса Зарифуллина.

Сперанский обрисовал несколько схем, по которым тендер выигрывают не квалифицированные компании, а фирмы-однодневки, которые не платят НДС, налог на прибыль, срывают торги или переуступают заказ за определенное вознаграждение. «Даже если мы побеждаем в торгах, мы с такой низкой рентабельностью выигрываем, работаем потом просто ради репутации, чтобы обороты поддержать. Это вопрос, конечно, не к муниципальным властям, а к федеральным. Но в мире уже все изобретено, а мы каждый раз изобретаем все заново», — объяснил Сперанский. А потом четко обозначил решение проблемы — допускать к торгам только аккредитованные компании, как в США и Европе.

Кстати, привел он и еще один любопытный пример работы мебельной промышленности за рубежом. В частности, ему очень понравилась система налогообложения в Китае, где платится лишь процент с оборота, что значительно облегчает работу бухгалтера, который приходит в конце месяца и печатает одну платежку. «Мы же каких только бумаг не делаем! У меня аж три бухгалтера работают! — воскликнул Сперанский. — Куда это годится? Я на общей системе налогообложения. Я должен делать отчеты, как КАМАЗ, но в рамках маленького предприятия. В стране 5 миллионов бухгалтеров, кому они нужны?! Мне, что ли?! Они государству нужны. А еще у них в Китае в течение 6 лет вновь открывшееся предприятие платит налог по нарастающей: в первый год — 1 процент, во второй — 2 и так далее. А в полном объеме платишь только на 6-й год. А у нас в принципе для новых предприятий льгот нет. Конечно, они сейчас будут о потерях доходов в бюджет говорить — это все понятно. А до кризиса-то 10 лет что мешало? Программы импортозамещения, субсидирование затрат на приобретение оборудования. Мы это все прогуляли за 10 лет».

«БУДЕМ СОКРАЩАТЬ ПРОИЗВОДСТВЕННЫЕ ПЛОЩАДИ, ВМЕСТО ТРЕХ САЛОНОВ БУДЕТ ОДИН»

Нынешний кризис очень походит на кризис 1998 года, сошлись во мнении мебельщики. Единственное отличие — тогда еще не был в ходу евро. Кризис сегодняшний, в отличие от кризиса 2008 года, более реактивный. По словам Муравьева, буквально в течение двух-трех месяцев финансовая подушка у предприятий начала исчезать, финансовый поток прекратился сразу и окончательно. Усугубляет ситуацию и то, что страна, по выражению Гусакова, все еще находится между войной и миром. И это тоже психологически на всех давит. Люди сейчас из-за этого поджаты, что тоже играет на снижение потребительского спроса. А те антикризисные меры, которые предлагают федеральное и республиканское правительства и которые дошли до мебельщиков в виде бумаг, перечней и таблиц, просто не воспринимаются всерьез участниками рынка.

Однако, несмотря на злобные гримасы кризиса, мебельщики с оптимизмом смотрят в будущее и предлагают свои пути поддержания мебельной отрасли. Помимо уже упомянутого выше предложения субсидировать КАМАЗ мебельщики в лице Севастьянова выдвинули идею дотировать строительство по госпрограммам дешевого жилья, в рамках которых можно заложить определенный процент на мебель, дабы люди вселялись в уже меблированные квартиры. Сперанский, высказавшийся в том духе, что с такими идеями можно и до обоев дойти, предложил более глобальное решение — наращивание госзаказов во всех областях, причем не только в Татарстане, но и на федеральном уровне. «Госзаказы — это режим регулирования, ведь надо поддерживать не только более-менее крупных производителей, надо поддерживать адекватных, а не тех, кто пришел, срубил заказ, машину себе купил на эти деньги и дальше сидит в ожидании заказа. Развития-то ноль, но он подрывает весь рынок в принципе», — считает Сперанский.

Подводя итоги круглого стола, Сперанский добавил, что его компания в текущем году благодаря госзаказам останется на плаву. Но все зависит от секвестирования федерального бюджета, в результате чего можно «наступить на грабли неплатежей». В компании «Росла» уверены, что коллектив удастся сохранить, выдержать объемы, большие надежды возлагаются на импортозамещение. Хотя, прогнозирует Гусаков, рынок будет продолжать снижаться. «Опасения здесь достаточно серьезные. Он еще только начал снижаться, и когда он дойдет до полной остановки, до самого дна, сказать сложно. Возможно, уже в мае, июне, июле», — сказал он.

А вот рознице придется потуже затягивать пояса, потому что, как подчеркнул Севастьянов, судя по тенденции, по этому сектору кризис ударит сильнее всего. «Основной костяк коллектива оставим, у нас работают 25 человек. Но все лишнее вплоть до оборудования, которое простаивает и работает раз в год, будем убирать и немного сокращать производство. Я веду речь именно о площадях, потому что есть много лишних производственных площадей и есть арендные площади, за которые я плачу по 3,5 тысячи за квадратный метр. Буду пересматривать аренду. Вместо трех салонов мебели, например, будет один — более крупный», — определил приоритеты Севастьянов. Он также не исключил, что придется снижать зарплату, может, сокращать рабочий день и перейти на четырехдневку. Однако, несмотря на сокращение по всем статьям, компания «Командор Поволжье» в марте даже планирует начать строительство производства в промпарке «Развитие», так как уже подошли сроки.

Не поддался упадническим настроениям и Муравьев. Директор «Компаса» первоочередной задачей считает сохранение коллектива, причем, отмечает участник круглого стола «БИЗНЕС Online», наиболее сложно будет сохранить занятость на производстве. «У нас 22 производственных сотрудника. Если падают продажи, обороты, в первую очередь остаются без работы они. Менеджеров и продавцов мы держим до последнего, потому что надеемся, что они дождутся своего покупателя», — объяснил мебельщик. Чтобы не оставить без работы основных специалистов, а также привлечь покупателя, предприятие собирается выводить на рынок новый продукт и разрабатывает новые программы продаж. Всех нюансов Муравьев не озвучил, но пояснил, что это импортозамещающий товар — продукция европейского качества, но по доступным ценам. «Остается только надеяться, что все исправится, банки образумятся, в первую очередь Центробанк. Пока ситуация с банками не изменится, мы не можем продавать дешевле, чем есть», — подытожил Муравьев.

Понятно, что мебель в списке необходимых вещей стоит где-то на последних местах. Однако сами производители с этой формулировкой не согласны и большие надежды возлагают на покупателей нового жилья, которого по плану в Челнах в 2015 году должно быть построено 340 тыс. кв. метров.

P.S. «БИЗНЕС Online» благодарит Игоря Горячева — генерального директора ООО «Сити Центр», управляющего бизнес-центром «2.18» в Набережных Челнах, за содействие в организации круглого стола.

Печать
Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Комментарии (10) Обновить комментарииОбновить комментарии
  • Анонимно
    25.03.2015 09:18

    Какая мебель, когда такой кипиш?

  • Анонимно
    25.03.2015 10:49

    Будем на старой доживать.

  • Анонимно
    25.03.2015 12:34

    Цены на всё растут, а доходы населения падают. Какая на самом деле мебель?

  • Анонимно
    25.03.2015 12:40

    короче за мебель предоплату не давать...можно разорится

  • Анонимно
    25.03.2015 15:33

    Сперанского на трон!

  • Анонимно
    25.03.2015 15:38

    а про торги все верно сказано

  • Анонимно
    25.03.2015 21:33

    Да, главное, судя по высказываниям участников, чтобы у них мебель покупали. Ну хоть кто-то мыслит более системно - говорит о упрощении расчета и снижении налогов. Я бы еще добавил о расчете стоимости аренды и энергоносителей. Тогда бы был конструктивный разговор, а так собрались - поплакались и разошлись.

  • Анонимно
    25.03.2015 22:17

    В последние годы мебели этой столько продавали, можно наверно уж лет десять ничего не покупать.

    • Анонимно
      26.03.2015 08:09

      Разве это качественная мебель? Прессованые опилки в пвх пленке-она долго не служит. Раньше хотя бы эти прессованые опилки в натуральный шпон упаковывали-служила десятилетиями, а нынешняя через пять лет в неприглядном виде.

  • Анонимно
    27.03.2015 08:01

    Мебель из натурального дерева покупать нужно,вот она и внукам послужить сможет.

Оставить комментарий
Анонимно
Все комментарии публикуются только после модерации с задержкой 2-10 минут. Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария. Правила модерирования
[ x ]

Зарегистрируйтесь на сайте БИЗНЕС Online!

Это даст возможность:

Регистрация

Помогите мне вспомнить пароль