Культура 
8.06.2015

Владимир Федосеев: «Публика сейчас запутана – музыки много, а качества нет»

Легендарный дирижер — о современной попсе, своем фирменном звуке и репетициях с симфоническим оркестром Татарстана

Вчера в ГБКЗ завершился фестиваль «Белая сирень», и на закрытии за дирижерским пультом стоял знаменитый многолетний худрук Большого симфонического оркестра им. Чайковского Владимир Федосеев. Перед концертом 82-летний маэстро побеседовал с «БИЗНЕС Online» о работе с ГСО РТ, посетовал на недостаток внимания к культуре со стороны властей, а также рассказал о том, какие цветы увидел лежащими на могиле Рахманинова под Нью-Йорком.

Владимир Федосеев

«У КАЗАНСКИХ МУЗЫКАНТОВ ЕСТЬ ЛЮБОВЬ К РЕПЕТИЦИЯМ,
А ЭТО САМОЕ ГЛАВНОЕ»

— Владимир Иванович, вы руководите БСО имени Чайковского более 40 лет и часто говорите, что уникальность этого оркестра в его особенном узнаваемом звуке. Несколько дней вы репетировали с симфоническим оркестром Татарстана. Есть ли у него какая-то уникальная черта?

— У вашего оркестра есть свое лицо, и это чувствуется. Это один из редких случаев, когда коллектив в такой форме. Во-первых, у казанских музыкантов есть любовь к репетициям, а это самое главное. Сейчас в мире репетиция вообще считается чем-то необязательным — вроде бы все и так профессионалы, могут в любой момент выйти и сыграть. Но я считаю это глубокой ошибкой, потому что истина рождается именно во время репетиций, и для меня они иногда даже важнее концерта. Нужно общаться с музыкантами, с солистами, с молодежью, из молодежи нужно суметь вытащить талант — подчас начинающие исполнители даже не подозревают, что талантливы. Есть разные люди, кто-то более стеснителен, кто-то наглее, но каждому надо помочь, с каждым поработать, поэтому репетиционный период исключительно важен.

С вашим оркестром я буду выступать уже второй раз — часто бывает, что, когда куда-то приезжаешь повторно, разочаровываешься, но в Казани я с большим удовольствием ближе познакомился с коллективом и солистами. Чувствуется серьезное отношение, ответственность, служение искусству. Публика сейчас запутана, музыки много, а качества нет. Но в этом оркестре оно есть. А звук... Звук можно получить из любого оркестра, но если его не хранить, он уходит. 10 лет я работал в Вене, сейчас иногда приезжаю на две недели, свой звук, не венский, снова приходится добывать. Уезжаю — он уходит. Просто существуют разные школы и принципы звукоизвлечения.

— Получилось добиться фирменного звука за те три дня, что вы репетировали с татарстанскими музыкантами?

— Три дня — это, конечно, мало. Но я надеюсь, что музыканты будут хранить то, что мы наработали. Важно научить принципам звучания: можно играть очень тихо, но это будет просто физически тихо и ничего более. А ведь тихая игра бывает очень эмоциональна, любое уменьшение звука есть прибавление страсти и эмоций, а не наоборот. На диминуэндо нельзя физически расслабляться, и этот принцип работает у меня уже больше 40 лет. Композиторы, которые сочиняют великие произведения, уже представляют, как это должно звучать, но дирижеры, как правило, мало заботятся о звуке — ноты написаны, ты их играешь, и все. Для меня же звук первостепенен, из него вырисовывается образ. Техника сейчас почти у всех одинакова, все сильно подготовлены, а звук должен касаться сердца, и это самое сложное.

«Я БЫЛ НА МОГИЛЕ РАХМАНИНОВА ПОД НЬЮ-ЙОРКОМ, И ТАМ СТОЯЛА СИРЕНЬ»

— Для выступления на «Белой сирени» вы выбрали Вокализ и Рапсодию на тему Паганини Рахманинова и «Картинки с выставки» Мусоргского. Почему именно эти произведения?

— Во-первых, мы договорились с пианистом Владимиром Овчинниковым, который очень хотел сыграть Рапсодию на тему Паганини. Рахманинов преобразовал итальянскую тему в русскую, совершенно непонятно, как у него это получилось (напевает). Вокализ же оркестрован самим Рахманиновым, это произведение о любви, которое, кстати, очень полезно для струнников. Они у вас хорошие, внимательно слушают и все понимают. Фестиваль носит имя Рахманинова, однако предполагает исполнение произведений и других русских классиков, поэтому я выбрал Мусоргского как представительного, исторического автора. «Картинки с выставки» — сочинение, которое оркестровал француз Равель. В ту пору у нас были очень близкие культурные связи с Францией, Равель обожал Мусоргского и сделал самую удачную оркестровку его произведения. Он внял всему, что есть в тексте, — можно играть «Картинки» и видеть Мусоргского, а не Равеля, который блистательно сделал свою работу, но не затмил автора.

То, что в Казани есть фестиваль Рахманинова, просто замечательно. Правда, я не знаю, о белой или сиреневой сирени писал композитор, но это неважно. Вообще, наверное, речь шла, скорее, о запахе. Я был на могиле Рахманинова под Нью-Йорком, и там стояла сирень. Мы гуляли по большому кладбищу и интуитивно пришли именно к Рахманинову, ноги сами привели. Удивительно. Это один из последних романтиков, который покинул страну, печалился из-за этого и все сочинения наполнял любовью к России.

«МЛАДШЕМУ МУЗЫКАНТУ В ОРКЕСТРЕ 25 ЛЕТ, СТАРШЕМУ — 85»

— Вы начинали работать во времена, когда государство сильно влияло на репертуар оркестров, диктовало творческим людям свои правила. Поступают ли сейчас какие-то распоряжения или рекомендации сверху?

— Нет, к сожалению.

— К сожалению?

— Нет, отсутствие диктата — это, конечно, хорошо. Расстраивает, что культуре уделяется катастрофически мало внимания тем же минкультом, который явно недопонимает своей ответственности. А так... В СССР мы должны были отрабатывать какие-то даты, но мы и сейчас это выполняем: концерты ко Дню Победы, например, провели и в Москве, и в Санкт-Петербурге, и в Берлине. Правда, это была наша собственная инициатива.

— В вашей программе ко Дню Победы много популярных песен тех лет. А что вы думаете о современной поп-музыке?

— Я больным становлюсь, когда это слышу. Композиторы, которые творили в войну, создали шедевры, которые не забудутся никогда. Всегда так: тяжелые времена для государства выплескиваются во что-то гениальное в культуре. То, что делают сейчас, слушать просто невозможно — ни одной мелодии даже не запомнишь. Еще обидно, что гибнет народное искусство. Надеюсь, у вас в Татарстане этому уделяют больше внимания. Народное творчество вечно, оно рождает всю остальную культуру, поэтому за него надо бороться.

— В нескольких интервью вы называете последним великим композитором Георгия Свиридова и говорите, что сегодня не осталось достойных авторов академической музыки. Насколько внимательно вы следите за молодыми композиторами?

— Мы даже объявляли конкурс на лучшее сочинение молодого автора, но ничего не получили, к сожалению. Школа потеряна, интереса нет, финансирования нет. Раньше худсоветы специально собирались и слушали новых авторов, сейчас ничего подобного не происходит. Я спрашивал у Сладковского, как с этим дела обстоят в Татарстане, он кое-кого порекомендовал, но этого все равно недостаточно.

— А с молодыми исполнителями как? В вашем оркестре много молодежи?

— Конечно! Сначала мы даем испытательный срок около года, смотрим, как музыкант развивается, хороший он человек или плохой — это тоже важно. Один человек может испортить всю атмосферу, которая так долго создавалась, поэтому мы внимательно следим за тем, как новичок ведет себя в коллективе. Самому младшему музыканту в оркестре имени Чайковского сейчас 25 лет, самому старшему — 85. Старший учит молодого, и это отличный принцип: человек, который полвека проработал на своем месте, передает опыт, осуществляет связь поколений. У молодых часто есть талант, но не хватает знаний, но это приобретается. А кадры должны меняться, это нужно для того, чтобы оркестр жил. Постоянное обновление — это закон природы.

Справка

Владимир Иванович Федосеев (родился 5 августа 1932 года) — российский дирижер. Народный артист СССР (1980).

В 1948 - 1952 годах учился в Ленинградском музыкальном училище им. Мусоргского по классу баяна, затем в Московском музыкально-педагогическом институте им. Гнесиных как баянист (класс Н. Я. Чайкина) и дирижер (класс Н. П. Резникова).

Окончив институт (1957), возглавил оркестр русских народных инструментов Центрального телевидения и Всесоюзного радио. Карьеру симфонического дирижера начал в оркестре Ленинградской филармонии, выступив по приглашению Евгения Мравинского с его оркестром в 1971 году.

В 1971 году прошел аспирантуру при Московской консерватории по классу оперно-симфонического дирижирования у Лео Гинзбурга и в 1974 году получил место главного дирижера и художественного руководителя Большого симфонического оркестра Всесоюзного радио и Центрального телевидения (ныне Большой симфонический оркестр им. Чайковского), которым руководит до наших дней.

Ведет активную концертную деятельность, выступает с ведущими симфоническими оркестрами мира (Тонхалле (Цюрих), Гевандхаус (Лейпциг), Филармонический оркестр Радио Франции (Париж), Симфонический оркестр Баварского радио (Мюнхен), Берлинский симфонический оркестр, Дрезденский филармонический оркестр, Кливлендский оркестр, Питтсбургский симфонический оркестр, Симфонический оркестр Финского радио, Симфонический оркестр Штутгартского радио, оркестр Эссена (Германия), а также выступает как оперный дирижер. С 1997-го по 2005 год — главный дирижер Венского симфонического оркестра. С 1997 года — постоянный приглашенный дирижер оперного театра Цюриха. С 2000 года — главный приглашенный дирижер Токийского филармонического оркестра. С 2009 года — главный дирижер Миланского симфонического оркестра им. Джузеппе Верди (La Verdi).

Профессор Федосеев преподает с 2004 года в Российской академии музыки им. Гнесиных на кафедре оперно-симфонического дирижирования.

Печать
Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Комментарии (5) Обновить комментарииОбновить комментарии
  • Анонимно
    8.06.2015 09:16

    Один из немногих Грандов классической музыки России. Непререкаемый профессионал и авторитет. Про Свиридова согласен. Что интересно, Федосеев практически единственный полимузыкальный дирижёр. Имею в виду, что в академизм пришёл из народной музыки. Практик.

  • Анонимно
    8.06.2015 10:56

    Какое счастье, что в наш город приезжают такие великие музыканты! Спасибо А.Сладковскому за оркестр и замечательный фестиваль!

  • Анонимно
    8.06.2015 12:24

    За такие деньги в Казань приехал бы даже Моцарт

  • Анонимно
    8.06.2015 13:32

    Низкий поклон Владимиру Ивановичу Федосееву за добрые слова и память о русском композиторе Георгии Свиридове. А то в одной российской консерватории преподаватель заявил студентам, что "такого композитора не знает, нет такого композитора".И вообще прекрасное интервью.Спасибо дирижёру за визит в Казань.

  • Анонимно
    19.07.2015 22:19

    Да уж, никому эти молодые таланты не нужны, особенно если они не в родстве с представителями министерства. Поддержки никакой, а если кто и пробивается, то вопреки всему.

Оставить комментарий
Анонимно
Все комментарии публикуются только после модерации с задержкой 2-10 минут. Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария. Правила модерирования
[ x ]

Зарегистрируйтесь на сайте БИЗНЕС Online!

Это даст возможность:

Регистрация

Помогите мне вспомнить пароль

Будем на связи!

БИЗНЕС Online в Telegram БИЗНЕС Online на Facebook Напомнить позже