Общество 
10.06.2016

Из IT-парка в телефонные террористы: «челнинским звонарям» грозит 15 лет тюрьмы

Потерпевшими по делу признаны МЧС, УВД и ТЦ «Торговый квартал», у которого после серии телефонных угроз нашли настоящую бомбу

Ни один свидетель не пришел на суд по делу Ильнара Аглетдинова и Артема Гибадуллина, грозившихся взорвать ТЦ «Торговый квартал». Как узнал корреспондент «БИЗНЕС Online», обвиняемые признают лишь телефонный терроризм. Пока суд продлил им срок ареста еще на три месяца.

В Набережных Челнах стартовал судебный процесс в отношении двух братьев, неоднократно терроризировавших торговый центр В Набережных Челнах стартовал судебный процесс в отношении двух братьев, неоднократно терроризировавших торговый центр

ПРОЦЕСС ДЛЯ ПРЕССЫ ХОТЕЛИ ЗАКРЫТЬ

В Набережных Челнах стартовал громкий судебный процесс: на скамье подсудимых оказались Ильнар Аглетдинов и Артем Гибадуллин. Двоюродные братья прославились тем, что в августе-сентябре 2015 года, по версии следствия, неоднократно терроризировали ТЦ «Торговый квартал», сообщая о якобы заложенных бомбах. За прекращение звонков они требовали от руководства центра $70 тысяч. Не получив желаемого, они и в самом деле изготовили взрывное устройство и оставили его возле здания, после чего их и повязали.

Аглетдинову и Гибадуллину инкриминируют четыре статьи УК РФ: ч. 1 ст. 207 («Заведомо ложное сообщение о готовящемся акте терроризма»; шесть эпизодов); ч. 2 ст. 222 («Незаконное хранение или перевозка взрывчатых веществ»); ч. 2 ст. 223 («Незаконное изготовление взрывных устройств») и ч. 3 ст. 163 («Вымогательство»). Причем именно последняя статья самая серьезная. Ее санкция предполагает наказание в виде лишения свободы на срок от 7 до 15 лет со штрафом до 1 млн. рублей. Процесс ведет судья Дан Шакуров.

Еще до начала заседания журналистам — а их собралось немало — было объявлено, что рассмотрение дела будет закрытым. Как сказал корреспонденту «БИЗНЕС Online» прокурор Альберт Галимов, это была его инициатива. Свое ходатайство он объяснил просто: не раскрывать оперативно-разыскную информацию, которая, по его мнению, может быть секретной. Однако судья не согласился с данной постановкой вопроса. Прессу в зал пустили. Вот только фото и видеосъемку разрешили лишь на несколько минут до начала заседания. В дальнейшем не исключено, что журналистов будут периодически просить покинул зал при оглашении определенных материалов дела. К слову, заметим, что пока фото и видеосъемка были разрешены, Гибадуллин тщательно прятался от камер, закрывая лицо записной книжкой.

Прокурор Альберт Галимов ходатайствовал о том, чтобы процесс был закрыт для прессы, но судья его инициативу не поддержал Прокурор Альберт Галимов ходатайствовал о том, чтобы процесс был закрыт для прессы, но судья его инициативу не поддержал

СВИДЕТЕЛИ ОБВИНЕНИЯ ПРОИГНОРИРОВАЛИ ПРОЦЕСС

В самом начале процесса выяснилось, что на заседание не явился ни один свидетель обвинения, которых было заявлено около 15 человек. Более того, из потерпевших, которыми признаны УВД, МЧС и «Торговый квартал», пришли лишь представители первых двух организаций. Как они пояснили прессе, ведомства стали потерпевшими, так как понесли серьезные расходы на регулярные выезды в ТЦ для полной его проверки. Правда, сумм ущерба они не сообщили.

Зато из короткого диалога прокурора с адвокатами можно было сделать вывод, что 6 эпизодов из 9 вменяемых Аглетдинов и Гибадуллин готовы признать полностью. Соответственно, это несколько упростит рассмотрение дела в суде. Конкретные эпизоды названы не были, но с большой долей вероятности можно предположить, что речь идет лишь об обвинении по самой простой статье — «Заведомо ложное сообщение о готовящемся акте терроризма». Таковых фактов в обвинительном заключении значится как раз 6.

Далее стало известно, что представитель гособвинения еще не успел ознакомиться с делом. По словам Галимова, материалы он получил лишь накануне вечером. «Поскольку это дело является резонансным и многоэпизодным, я бы хотел тщательно к нему подготовиться, — сказал он Шакурову. — В связи с этим, а также из-за отсутствия свидетелей и потерпевших я бы просил отложить процесс». Галимов также сообщил, что 11 июня у Аглетдинова и Гибадуллина истекает срок заключения под стражу. А так как суд только-только начался, прокурор ходатайствовал о продлении меры пресечения. Адвокаты — а их у двоих подсудимых трое — выступили единым фронтом. Каждая из защитниц согласилась с отложением процесса, но высказалась резко против содержания Аглетдинова и Гибадуллина под стражей. Более того, все они попросили судью, наоборот, сменить данную меру пресечения на домашний арест. Шакуров в итоге принял сторону Галимова, продлив подсудимым срок заключения под стражей еще на три месяца — до 10 сентября. В то же время судья согласился объявить в процессе перерыв. Следующее заседание назначено на 28 июня. Предполагается, что тогда будет оглашено обвинительное заключение и, возможно, будут допрошены подсудимые.

Ильнар Аглетдинов – профессиональный программист, когда-то был резидентом бизнес-инкубатора челнинского ИТ-парка Ильнар Аглетдинов — профессиональный программист, когда-то был резидентом бизнес-инкубатора челнинского IТ-парка

«ЗВОНАРЯМ» СВЕТИЛО ЛИШЬ ДО ТРЕХ ЛЕТ ТЮРЬМЫ

Напомним, что началось все в августе 2015 года. Тогда в «Торговый квартал» стали поступать анонимные сообщения о якобы заложенном в ТЦ взрывном устройстве. Всего таких сообщений в течение нескольких недель было зафиксировано 7. Спецслужбы каждый раз реагировали адекватно: всех посетителей и торговцев эвакуировали, а здание обыскивали. Но до поры до времени все было тщетно. Регулярность сообщений серьезно напрягала правоохранительные органы. Во всяком случае пресс-секретарь МЧС РТ Андрей Родыгин 12 августа через свою страницу в соцсети «ВКонтакте» даже передал привет телефонному «бомбисту». «В 18:50 поступило сообщение о заложенном взрывном устройстве в ТРЦ «Торговый квартал» по пр. Мира, д. 3 в Набережных Челнах, — пишет Родыгин. — На место выехали все экстренные службы. Проводится эвакуация, саперы и кинологи МВД обследуют все помещения на общей площади 12 тысяч кв. метров. Аналогичные звонки поступали и ранее — 11 и 10 августа. Ничего обнаружено не было. Ну и для сведения тебе, неизвестный звонарь. Найдут тебя. И пойдешь ты по ст. 207 УК РФ «Заведомо ложное сообщение об акте терроризма».

Он также напомнил телефонному террористу, что ему грозит наказание вплоть до трех лет лишения свободы. Кроме того, необходимо будет возместить стоимость выезда всех экстренных служб и покрыть прочие расходы. Раскрываются, кстати, такие преступления довольно быстро. Яркий тому пример — 30-летний Роман Рябов, который сорвал выступление Цирка дю Солей в Казани в сентябре 2010 года звонком о якобы заложенной бомбе. Впоследствии по решению суда он заплатил руководству цирка 2,5 млн. рублей, в дополнение к этому 1,3 тыс. рублей — управлению гражданской защиты исполкома Казани, 2,5 тыс. рублей — УВД города за ложный вызов. Всплеск же телефонного терроризма в России был в 2011 году после теракта в аэропорту Домодедово. Советник председателя национального антитеррористического комитета Андрей Пржездомский тогда заявил, что правоохранительные органы должны выезжать по каждому звонку о якобы заложенной бомбе, хотя до 90% таких вызовов являются ложными. Он признал, что затраты в сфере работы по выявлению ложных террористических угроз огромные, но чаще всего «шутников» удается вычислить и привлечь к ответственности.

В течечние нескольких недель поступило 7 сообщений о заложенных в «Торговом квартале» взрывных устройствах В течечние нескольких недель поступило 7 сообщений о заложенных в «Торговом квартале» взрывных устройствах

В ПОГОНЕ ЗА СЛАВОЙ ТЕОДОРА КАЧИНСКОГО

Но в челнинском случае все было гораздо сложнее. Звонки о заложенной бомбе в «Торговом квартале» продолжались, спецслужбы всех из здания эвакуировали, все проверяли, а злоумышленники так и оставались неустановленными. Дело тогда было возбуждено лишь по статье «Заведомо ложное сообщение об акте терроризма». Затем в редакцию газеты «Вечерние Челны» пришло электронное письмо. Авторы этого послания взяли на себя ответственность за ложное минирование ТЦ. Они назвали себя Unabomber Team и потребовали от руководства «Торгового квартала» $70 тысяч. В ином случае угрожали новыми звонками в полицию и даже реальными жертвами (орфография и пунктуация сохранены): «Если вы не заплатите, мы продолжим звонки. Мы не такие терпеливые как наши «коллеги» diffinger team по этому в один из прекрасных дней возможны реальные жертвы... На письма отвечать не будем, не пытайтесь выйти на связь. Заплатите и все прекратится. С любовью Unabomber Team». К слову, Unabomber Team — это псевдоним Теодора Качинского, который сейчас отбывает четыре пожизненных срока в американской тюрьме, считается математиком, социальным критиком, анархистом, но главным образом известен своей кампанией по рассылке бомб по почте.

Развязка истории «звонарей» наступила в середине сентября прошлого года. Тогда последовали очередной звонок в полицию (уже седьмой), очередная эвакуация и тотальная проверка здания. Только в этот раз поиски не оказались напрасными. Сотрудники спецслужб обнаружили возле «Торгового квартала» самодельное взрывное устройство, оставленное у трансформаторной подстанции. Потянув за ниточку, полицейские распутали весь клубок. В итоге следы и привели к Аглетдинову и Гибадуллину. Довольно быстро после задержания в интернете появилось видео, на котором Аглетдинов рассказывает, как закладывалось взрывное устройство.

Артем Гибадуллин тщательно прятался от камер Артем Гибадуллин тщательно прятался от камер

Кстати, он профессиональный программист. В свое время был резидентом бизнес-инкубатора челнинского IТ-парка, известен как лидер проекта Мodeliter. Свои умения Аглетдинов и применил для преступления, используя для угроз интернет-ресурсы, обеспечивающие полную анонимность звонков. В его казанской квартире оперативники обнаружили также химические формулы, с помощью которых из лекарств можно изготовить наркотические средства, большое количество аккумуляторных батареек, перемотанных скотчем, различные микросхемы и радиодетали. Что касается взрывного устройства, то оно, по сведениям полиции, безоболочное, управляемое на основе сотового телефона. Его мощность в тротиловом эквиваленте составляет около 2 килограммов. Несмотря на то что поражающих средств не было, взрыв мог привести к пострадавшим. Наличие взрывного устройства и письмо с требованием уплаты «отступных» дало следователям основания не ограничиваться в обвинении двоюродных братьев только статьей 207 УК РФ, добавив к ней еще и «Хранение или перевозку взрывчатых веществ», «Изготовление взрывных устройств, а также «Вымогательство». А этот «букет» подразумевает совсем другие сроки.

И вот, наконец, все подошло к финалу. Теперь у Аглетдинова и Гибадуллина нет шансов получить требуемые ими $70 тыс., зато есть вполне осязаемая вероятность провести определенную часть жизни в колонии, да еще и заплатить солидный штраф. «БИЗНЕС Online» будет следить за развитием событий.

Печать
Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Комментарии (1) Обновить комментарииОбновить комментарии
Оставить комментарий
Анонимно
Все комментарии публикуются только после модерации с задержкой 2-10 минут. Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария. Правила модерирования
[ x ]

Зарегистрируйтесь на сайте БИЗНЕС Online!

Это даст возможность:

Регистрация

Помогите мне вспомнить пароль