Общество 
2.12.2016

«Капитализм в его нынешней форме находится на пороге самоуничтожения»

В Казани прочтет лекцию британский футуролог, написавший книгу о том, как роботы похоронят неолиберализм и капиталистический строй

Есть ли жизнь после капитализма и какой она будет, взялся рассказать в своей книге «Посткапитализм. Путеводитель по нашему будущему» британский журналист и футуролог Пол Мейсон. 3 декабря Мейсон, чей труд уже наделал шума, выступит в Казани в рамках проекта «Critical Economics. Лекторий «БИЗНЕС Online» и «Смены». В публикуемых ниже отрывках рассказывается, почему кризис 2008 года — это начало глобального апокалипсиса, какая судьба постигнет «золотой миллиард» и чего не смогли понять большевики.

Британский журналист и футуролог Пол Мейсон Британский журналист и футуролог Пол Мейсон Фото: скриншот

«БОЛЬШИНСТВО ЭКОНОМИСТОВ ЛЕДЕНЕЮТ ОТ УЖАСА ПЕРЕД ПЕРСПЕКТИВОЙ ДЛИТЕЛЬНОГО ЗАСТОЯ»

Когда 15 сентября 2008 года обанкротился Lehman Brothers, мой оператор заставил меня несколько раз пройтись мимо беспорядочно стоявших лимузинов, грузовиков со спутниковыми тарелками, телохранителей и разорившихся банкиров у главного офиса банка в Нью-Йорке, чтобы заснять меня посреди хаоса. Глядя на эту толкотню почти семь лет спустя, когда мир еще не оправился от последствий того дня, я задаюсь вопросом: что знает сейчас этот парень, прогуливающийся перед камерой, такого, чего не знал тогда?

Я знал, что началась рецессия: я только что проехал через всю Америку, снимая репортаж о закрытии 600 кафе Starbucks. Я знал, что мировая финансовая система находилась под давлением: я рассказал об опасениях о том, что один из крупнейших банков стоит на грани разорения, за шесть недель до его краха.

Я знал, что жилищный рынок США был разрушен: в Детройте я видел дома, которые продавались за 8 тысяч долларов наличными. И, вдобавок ко всему этому, я знал, что не люблю капитализм.

Но я понятия не имел, что капитализм в его нынешней форме находится на пороге самоуничтожения. Крах 2008 года сократил мировое производство на 13%, а мировую торговлю — на 20%. Он снизил мировой рост до отрицательных значений — в той системе координат, где все, что находится ниже 3%, считается рецессией. На Западе это привело к фазе депрессии, которая оказалась более длительной, чем в 1929 - 1933 годах, и даже теперь, в условиях неуверенного восстановления, большинство экономистов леденеют от ужаса перед перспективой длительного застоя.

Однако депрессия, наступившая после краха Lehman Brothers, — не главная проблема. Главная проблема в том, что наступит после. А для того, чтобы понять это, мы должны отвлечься от непосредственных причин краха 2008 года и обратиться к его глубинным корням.

Когда в 2008 году рухнула мировая финансовая система, не понадобилось много времени, чтобы выявить непосредственную причину кризиса: долги, скрытые в неверно оцененных продуктах под названием «структурные инвестиционные инструменты»; сеть офшорных нерегулируемых компаний, которая стала известна как «теневая банковская система» тогда, когда начала рушиться.

Затем, когда начались судебные процессы, мы смогли оценить масштаб преступных действий, которые накануне кризиса стали привычными.

Однако в конечном итоге мы все работали вслепую. А все потому, что модели неолиберального экономического кризиса не существует. Даже если вы не принимаете всю идеологию — конец истории, плоский мир, бесконфликтный капитализм, — базовая идея, на которой держится система, заключается в том, что рынок исправляет сам себя. И тогда, и сейчас вероятность того, что неолиберализм может рухнуть под тяжестью собственных противоречий, большинству кажется неприемлемой.

Семь лет спустя система стабилизировалась. Доведя размеры государственных долгов почти до 100% от ВВП и печатая деньги в масштабах, соответствующих шестой части мирового производства, Америка, Великобритания, Китай и Япония вкололи дозу адреналина, чтобы нейтрализовать конвульсии. Они спасли банки, похоронив их плохие долги; часть их была списана, часть переквалифицирована в суверенный долг, часть скрыта в организациях, которые стали безопасными лишь потому, что центральные банки облекли их своим доверием.

Затем, посредством программ бюджетной экономии они перенесли бремя с людей, которые бездумно инвестировали свои деньги, на получателей социальных пособий, работников бюджетной сферы, пенсионеров и прежде всего на будущие поколения. В странах, пострадавших сильнее всего, пенсионные системы разрушены, возраст выхода на пенсию повышен настолько, что те, кто сейчас заканчивают университет, выйдут на пенсию в 70 лет, а образование приватизируется, в результате чего выпускники вузов будут выплачивать долги всю жизнь. Системы оказания услуг демонтируются, а инфраструктурные проекты приостанавливаются.

При этом даже сейчас многие люди не могут уловить истинное значение понятия «бюджетная экономия». «Бюджетная экономия» — это не семь лет сокращения расходов, как в Великобритании, и даже не социальная катастрофа, навязанная Греции.

Истинное значение бюджетной экономии раскрыл генеральный директор компании Prudential Тиджан Тиам на Давосском форуме в 2012 году. Профсоюзы — это «враги молодежи», сказал он, а минимальная зарплата — «это машина для уничтожения рабочих мест». Права рабочих и достойные зарплаты стоят на пути восстановления капитализма, а значит, ничтоже сумняшеся заявляет финансист-миллионер, они должны исчезнуть.

В этом и заключается подлинная цель проекта бюджетной экономии: снизить зарплаты и жизненный уровень на Западе на долгие десятилетия, пока они не сравняются с растущим уровнем среднего класса в Китае и Индии. Тем временем в отсутствие какой-либо альтернативной модели складываются условия для нового кризиса. Реальные зарплаты снизились или остались на прежнем уровне в Японии, Южной Европе, США и Великобритании. Теневая банковская система восстановилась и превзошла масштабы, которых достигла до 2008 года. Совокупный долг банков, домохозяйств, компаний и государств всего мира с начала кризиса вырос на 57 триллионов и сегодня почти в три раза превышает мировой ВВП. Новые правила, требующие от банков держать больше резервов, были смягчены и отложены. А один процент населения стал еще богаче.

Если на финансовых рынках опять начнется ажиотаж, за которым последует новый крах, второго спасения банков может не случиться. Если учесть, что правительственные долги находятся на самом высоком уровне за всю послевоенную эпоху, а системы социального обеспечения в некоторых странах парализованы, то патронов в обойме не осталось — по крайней мере, таких, какими стреляли в 2009 - 2010 годах. Спасение Кипра в 2013 году стало проверкой того, что происходит, когда разоряется крупный банк или государство. Вкладчики банков потеряли все, что превосходило лимит в 100 тысяч евро.

Вот краткое изложение того, что я узнал с того дня, когда умер Lehman: следующее поколение будет беднее, чем нынешнее. Старая экономическая модель не работает и не может обеспечить возобновление роста, не приведя к возобновлению финансовой нестабильности. Рынки в тот день послали нам сигнал о будущем капитализма, но тогда я понял его лишь отчасти.

«ЕЩЕ ОДИН НАРКОТИК, НА КОТОРОМ МЫ СИДИМ»

В будущем мы должны будем обращать внимание на значки, смайлики и цифровые сигналы, которые финансисты используют, когда знают, что делают что-то не так.

«Это еще один наркотик, на котором мы сидим», — признает в своем письме менеджер Lehman, запуская скандально известную схему Репо 105. Схема позволяла скрыть долги из баланса Lehman посредством их «продажи» и последующего выкупа после того, как банк представлял свой квартальный отчет. Другого менеджера Lehman спрашивают: легальна ли эта схема, поступают ли так же другие банки и маскирует ли это дыры в нашем балансе? Он отвечает: «Да, нет, да :)»

В рейтинговом агентстве Standard&Poor’s, которое сознательно неверно оценило риск, один сотрудник пишет другому: «Будем надеяться, что мы будем богатыми и на пенсии, когда этот карточный домик обвалится», — и добавляет значок «:0)».

Тем временем трейдер Фабрис Турр из лондонского филиала Goldman Sachs шутит: «Уровень использования заемных средств в системе все растет и растет, вся система вот-вот рухнет... единственный, кто может выжить, — великолепный Фаб... стоящий посреди всех этих сложных, экзотических сделок с большим объемом заемных средств, которые он провел, не всегда понимая всех последствий этих безобразий!!!»

Чем больше фактов преступного поведения и коррупции становится известно, тем яснее проявляется эта неформальность общения среди банкиров, нарушающих правила. «Готово, все для тебя, мой мальчик», — пишет один сотрудник Barclays другому, когда они манипулируют Лондонской межбанковской ставкой предложения (LIBOR), по которой банки одалживают средства друг другу и которая является самой важной процентной ставкой на планете.

Мы должны внимательно прислушаться к интонации этих мейлов, к их иронии, бесчестности, частому использованию смайликов, сленгу и сумасшедшей пунктуации. Это признак системного самообмана. Находясь в самом сердце финансовой системы, которая, в свою очередь, является сердцем неолиберального мира, они знали, что она не работает. Джон Мейнард Кейнс однажды назвал деньги «связующим звеном между настоящим и будущим». Он имел в виду, что то, что мы делаем с деньгами сегодня, является сигналом того, как, на наш взгляд, ситуация изменится в ближайшие годы. До 2008 года мы занимались тем, что значительно увеличивали объем денег: мировое предложение денег выросло с 25 до 70 триллионов долларов за семь лет, предшествовавшие краху, — несравнимо быстрее, чем росла реальная экономика. Если деньги увеличиваются в таком темпе, это показывает, будто мы считаем, что будущее будет намного богаче, чем настоящее. Кризис стал просто ответным сигналом из будущего: мы ошибались.

Все, что могла сделать мировая элита, когда разразился кризис, — это поставить еще больше фишек на рулетку. Найти около 12 триллионов долларов для количественного смягчения не представляло проблемы, поскольку элита и была кассиром в этом казино. Но в течение некоторого времени она должна была повышать ставки более плавно и действовать менее опрометчиво.

В этом, собственно, и состоит мировая политика с 2008 года. Печатается так много денег, что стоимость их заимствования для банков падает до нуля или даже становится отрицательной.

Когда реальная процентная ставка становится отрицательной, вкладчики, которые могут обезопасить свои деньги только путем покупки правительственных облигаций, вынуждены отказаться от каких-либо доходов со своих сбережений. Это, в свою очередь, стимулирует восстановление рынков недвижимости, товаров, золота и акций, поскольку заставляет вкладчиков инвестировать свои средства в эти более рискованные сферы.

На настоящий момент результатом является шаткое восстановление, однако стратегические проблемы остаются нерешенными.

Рост в развитом мире слаб. Америка восстановилась лишь потому, что довела федеральный долг до 17 триллионов долларов. Триллионы напечатанных долларов, иен, фунтов стерлингов, а теперь и евро по-прежнему находятся в обращении. Долги западных домохозяйств не выплачиваются. Целые города-призраки, построенные со спекулятивными целями, от Испании до Китая, остаются нераспроданными. Еврозона, возможно, самая важная и хрупкая экономическая конструкция в мире, по-прежнему пребывает в застое, в результате чего политические разногласия между классами и странами лишь усиливаются, грозя разнести ее в клочья.

Это не может продолжаться долго — если только будущее не принесет нам сказочных богатств. Однако экономика, которая рождается из кризиса, неспособна создать такие богатства.

А значит, сейчас настал решающий момент и для неолиберальной модели, и для самого капитализма, как я покажу во второй главе.

«ЛЕВЫЕ И ПРАВЫЕ ЭКОНОМИСТЫ УСМАТРИВАЮТ НЕПОСРЕДСТВЕННУЮ СИСТЕМУ КРИЗИСА В «ДЕШЕВЫХ ДЕНЬГАХ»

Если мы перемотаем пленку и вернемся в Нью-Йорк сентября 2008 года, вы увидите, насколько рациональным был оптимизм, на котором основывался бум. В моем репортаже, снятом тогда, можно увидеть толпу людей, стоящих у главного офиса Lehman и фотографирующих на свои телефоны Nokia, Motorola и Sony Ericsson. Эти мобильники давно устарели, доминирование на рынке этих брендов уже ушло в прошлое.

Быстрое развитие цифровых технологий, на котором основывался бум до 2007 года, лишь на мгновение взяло передышку во время экономического спада. В годы, последовавшие за крахом Lehman, мир завоевали iPhone, которых затем превзошли смартфоны на платформе Android. Стали популярны планшеты и электронные книги. Социальные сети, о которых тогда мало кто говорил, стали играть ключевую роль в жизни людей.

У Facebook было 100 миллионов пользователей, когда Lehman разорился; сейчас, когда пишется эта книга, у него 1,3 миллиарда пользователей, что превышает количество тех, кто пользовался интернетом во всем мире в 2008 году.

А ведь технологический прогресс не ограничен лишь цифровой сферой. За эти семь лет, несмотря на финансовый кризис и на масштабное землетрясение, Toyota произвела 5 миллионов гибридных автомобилей — в 5 раз больше, чем за все время до кризиса. В 2008 году мощность солнечной генерации электроэнергии в мире составляла 15 тысяч мегаватт; к 2014 году она увеличилась в десять раз.

Это была ни с чем не сравнимая депрессия. На фоне кризиса и застоя новые технологии внедрялись быстрее, чем в 1930-е годы. А с политической точки зрения эта депрессия была полной противоположностью 1930-х годов. Вместо того чтобы усугублять кризис, как это было в 1930-е годы, мировая элита применила политические инструменты для того, чтобы поддержать реальную экономику, зачастую действуя вразрез с тем, чего требовали ее собственные экономические теории. А в ключевых развивающихся странах после 2008 года растущий спрос на сырьевые товары вкупе с монетарным стимулированием в глобальном масштабе обеспечил экономическое процветание.

Благодаря совокупному воздействию технологического прогресса, политических стимулов и устойчивости развивающихся рынков нынешняя депрессия в человеческом отношении оказалась намного более мягкой, чем та, что разразилась в 1930-е годы. Однако ее значение как переломного момента больше, чем значение депрессии 1930-х годов. Чтобы понять, почему это так, мы должны исследовать причинно-следственные связи.

И левые, и правые экономисты усматривают непосредственную причину кризиса в «дешевых деньгах», т. е. в решении о дерегулировании банковского сектора и ослаблении кредитных требований, которое западные государства приняли после краха интернет-компаний в 2001 году. Оно создало почву для пузыря структурированных финансов — и повод для всех преступлений: фактически политики сказали банкирам, что те обязаны богатеть посредством спекулятивных финансовых операций, благодаря чему их богатство будет стекать ко всем остальным.

Признание ключевой роли, которую играют дешевые деньги, ведет к более глубокой проблеме: «глобальным дисбалансам» — разделению труда, которое позволило таким странам, как США, жить в кредит, имея большой дефицит, в то время как другую сторону в игре представляли Германия, Китай и другие страны-экспортеры. Конечно, эти дисбалансы лежали в основе избыточного кредитования в западных странах. Но почему они существовали? Почему китайские домохозяйства сберегали 25% своих заработков и одалживали их через глобальную финансовую систему американским работникам, которые не сберегали ничего?

В 2000-е годы экономисты вели споры вокруг противоречивших друг другу объяснений: вина возлагалась либо на избыточные сбережения экономных азиатов, либо на избыточные заимствования расточительных жителей Запада. Как бы то ни было, дисбалансы были суровой реальностью. Если начать копать глубже, натыкаешься на твердыню глобализации. В традиционной экономической науке глобализацию ставить под сомнение нельзя: она есть — и точка.

«Плохие банковские операции плюс несбалансированный рост» — этим тезисом стали объяснять кризис. Достаточно привести в порядок банки, снизить долги, восстановить равновесие в мире — и все наладится. Этим утверждением политика руководствовалась с 2008 года.

Однако теперь сохранение низких темпов роста развеяло благодушие даже традиционных экономистов. В 2013 году Ларри Саммерс, министр финансов США при Билле Клинтоне и архитектор дерегулирования банков, потряс мир экономистов своим предупреждением о том, что Западу предстоит «вековой застой», т. е. низкий рост в обозримом будущем. «К сожалению, — признавал он, — низкий рост имел место в течение долгого времени, однако его скрывала неустойчивая финансовая система». Маститый американский экономист Роберт Гордон пошел еще дальше, предсказав США в ближайшие 25 лет низкие темпы роста как следствие более низкой производительности труда, старения населения, высоких долгов и растущего неравенства. Неспособность капитализма восстановиться сместила фокус внимания со сценария десятилетнего застоя, вызванного нависающими долгами, к сценарию, по которому система никогда не сможет вернуть себе былой динамизм. Никогда.

Чтобы понять, насколько рациональны эти зловещие предостережения, мы должны критически проанализировать четыре фактора, которые сначала обеспечили неолиберализму процветание, а затем стали его разрушать. Вот они:

1. Декретные (фиатные) деньги, позволившие смягчать каждый спад за счет ослабления кредитной политики и обеспечившие всему западному миру возможность жить в долг.

2. Финансиализация, заменившая кредитами переставшие расти доходы рабочей силы на Западе.

3. Глобальные дисбалансы и риски, связанные с крупными долгами и денежными резервами ведущих стран.

4. Информационные технологии, которые позволили произойти всему остальному, но вклад которых в будущий рост вызывает сомнения.

Судьбы неолиберализма зависят от того, сохранят ли свое влияние эти четыре фактора. В долгосрочном плане судьбы капитализма зависят от того, что произойдет, если их влияние сойдет на нет.

ПРОЕКТ НОЛЬ: НОВЫЙ ЧЕЛОВЕК, ЭКОЛОГИЧЕСКАЯ УСТОЙЧИВОСТЬ, «ИНТЕРНЕТ ВЕЩЕЙ»

Я попытаюсь описать то, из чего может состоять крупномасштабный посткапиталистический проект. Я называю его «Проектом ноль», потому что его целями будут безуглеродная энергетическая система; производство машин, товаров и услуг с нулевыми предельными издержками; сокращение необходимого рабочего времени до уровня, максимально близкого к нулю. Прежде чем начать, следует обозначить некоторые принципы, в основе которых лежат знания, приобретенные благодаря неудачам, пережитым в прошлом.

Первый принцип состоит в том, чтобы понять ограничения человеческой воли перед лицом сложной и хрупкой системы. Большевики не сумели этого понять. На самом деле, не смогли этого понять и большинство традиционных политиков ХХ столетия. Теперь мы это хорошо понимаем. Выход заключается в тестировании всех предложений в небольшом масштабе и в многократном моделировании их макроэкономического воздействия перед тем, как начать их внедрять в крупных масштабах.

Евгений Преображенский, расстрелянный советский экономист, предсказывал, что, когда рыночные силы начнут исчезать, экономика превратится в науку, занимающуюся не только анализом прошлого, но и проектированием будущего. «Это совсем другая наука, — говорил он, — это социальная технология» (E. Preobrazhensky, The New Economics (Oxford, 1964), p. 55.)

Эта фраза может вызывать оторопь, поскольку показывает, как опасно относиться к обществу как к машине. Но Преображенский дал прозорливое и тонкое описание инструментов, которые будет использовать «социальная технология». Он призывал создать «чрезвычайно сложную и разветвленную нервную систему социального предвидения и планового руководства». Обратите внимание на эти термины: предвидение и руководство, а не командование и контроль. И обратите внимание: нервная система, а не иерархия. В Советском Союзе было командование, контроль и бюрократическая иерархия, а у нас есть сети. Когда дело доходит до организации перемен, сети могут функционировать лучше, чем иерархия, но лишь в том случае, если мы будем уважать присущую им сложность и хрупкость.

Второй принцип, необходимый для проектирования перехода, — это экологическая устойчивость. Внешние шоки, вероятно, обрушатся на нас один за другим: краткосрочный локальный дефицит энергии в следующем десятилетии; старение населения и миграция в следующие 30 лет; катастрофические последствия климатических изменений после этого. Задача состоит в том, чтобы, в ответ на эти вызовы, разработать технологии, которые смогут обеспечить устойчивый рост. Мы не должны обращать вспять развитие, чтобы спасти планету.

Третий принцип, на котором я настаиваю, звучит так: переход касается не только экономики. Он также должен стать переходом к новому человеку, который создается сетевой экономикой. У него будут новые слабости и новые приоритеты. Наше восприятие себя уже отличается от того, что было в головах наших бабушек и дедушек (См., например: P. Mason, ‘WTF is Eleni Haifa?’, 20 December 2014). Наши роли потребителей, возлюбленных, собеседников столь же важны, как и та роль, которую мы выполняем на работе. Поэтому проект не может основываться исключительно на экономической и социальной справедливости.

Французский писатель Андре Горц был прав, когда говорил, что неолиберализм уничтожил возможность утопии, основанной на труде. Но мы по-прежнему сталкиваемся с вызовом, подобным тому, каким являлись рабочие для молодых советских республик. У специфических социальных групп могут быть краткосрочные приоритеты, которые противоречат более широким экономическим и экологическим приоритетам. Для этого и нужны сети, чтобы договариваться и предлагать альтернативу. Нам понадобятся новые формы демократии, чтобы находить компромисс между конкурирующими претензиями. Но это будет непросто.

Четвертый принцип должен быть следующим: за проблему нужно браться со всех сторон. Благодаря развитию сетей возможностями разумного действия располагают не только государства, корпорации и политические партии; индивиды и временные скопления людей могут быть не менее значимыми двигателями изменений.

В настоящее время сообщество мыслителей и активистов, примыкающих к движению однорангового производства, сосредоточено на экспериментальных, мелких проектах — обществах взаимопомощи или кооперативах, например. О государстве они думают на уровне законов, которые защищают сферу однорангового производства и позволяют ему расширяться. За исключением таких мыслителей, как Мишель Бовен (V. Kostakis and M. Bauwens, Network Society and Future Scenarios for a Collaborative Economy (London, 2014) и Маккензи Уорк (M. Wark, A Hacker Manifesto (Cambridge MA, 2004), мало кто озаботился вопросом о том, как может выглядеть вся система управления и регулирования при этом новом способе производства.

В ответ мы должны начать мыслить шире — тогда решения можно будет находить и применять путем обобщения мелких экспериментов, работающих моделей, которые можно расширить, и административных действий властей.

Поэтому если в финансовой сфере решение заключается в создании диверсифицированной социальной банковской системы, то создание обществ взаимопомощи решает эту проблему в одном отношении, законодательный запрет некоторых форм спекуляции — в другом, а изменение нашего собственного финансового поведения — в третьем.

Пятый принцип успешного перехода состоит в том, что мы должны максимально увеличить мощь информации. Разница между приложением для смартфона сегодня и программами для ПК 20-летней давности в том, что современные приложения анализируют сами себя и собирают данные о своей работе. Почти все в вашем телефоне и компьютере передает информацию о ваших действиях корпорации, которая их произвела. Скоро информация будет течь от «умных» счетчиков энергии, проездных на общественный транспорт и автомобилей, управляемых компьютерами. Агрегированные данные о нашей жизни — которые скоро будут включать нашу скорость вождения, еженедельную диету, массу тела и частоту сердцебиения — могут сами по себе стать мощнейшей «социальной технологией».

Когда «интернет вещей» будет запущен, мы окажемся в стартовой точке информационной экономики. С этого момента ключевым принципом станет установление демократического социального контроля над агрегированной информацией и предотвращение ее монополизации или злоупотребления ею со стороны государств и корпораций.

«Интернет вещей» дополнит масштабную социальную «машину». Одной лишь его аналитической мощности хватило бы для оптимизирования ресурсов настолько, чтобы значительно сократить использование углеводородов, сырья и труда. Сделать «умными» энергетические и дорожные сети и систему налогообложения — лишь наиболее очевидные пункты в списке задач. Но мощность этой возникающей масштабной машины определяется не только ее способностью отслеживать и передавать информацию. Благодаря социализации знания она также может усиливать результаты коллективных действий.

Социалисты «Прекрасной эпохи» с восторгом взирали на монополии и картели: достаточно их захватить — и общество можно будет легко контролировать из центра, считали они. Наш проект предполагает децентрализацию контроля — но для этого нет лучшего инструмента, чем создание масштабной машины, обрабатывающей физическую информацию.

Когда мы получим ее, мы сможем поставить социальную реальность под коллективный контроль. Например, в эпидемиологии сейчас акцент делается на разрушении петель обратной связи, которые порождают бедность, злость, стресс, разрушают семьи и подрывают здоровье (См., например: ‘Fair Society, Healthy Lives’ (The Marmot Review), UCL Institute of Health Equity, February 2010.) Усилия по выявлению этих проблем и смягчению их — передовой рубеж социальной медицины. Насколько мощнее была бы эта медицина, если бы бедность и болезни, которые преследуют бедные сообщества, можно было выявить, понять и совместно уничтожить в реальном времени — с участием на микроуровне тех, кто от них страдает?

Усиление мощности и открытости информации должно стать инстинктом, воплощенным в проекте.

ЦЕЛИ ВЫСШЕГО УРОВНЯ ИЛИ «УСЛОВИЯ ПОБЕДЫ»

Отталкиваясь от вышеперечисленных принципов, я хочу предложить не политическую проблему, а нечто, больше походящее на рассредоточенный проект. Это ряд связанных, модульных, нелинейных задач, которые ведут к вероятному результату. Принятие решений децентрализовано. Структуры, которые обеспечивают его, возникают в процессе. Задачи видоизменяются, реагируя на информацию, получаемую в реальном времени. И, исходя из принципа предосторожности, мы должны использовать новый набор инструментов симуляции, чтобы моделировать каждое предложение виртуально — прежде, чем внедрять его на практике.

Если бы я мог написать оставшуюся часть этой главы в виде листков для заметок на белой доске, то это лучше отразило бы модульность и взаимозависимость моего проекта. Лучший способ для осуществления рассредоточенного проекта заключается в том, чтобы небольшие группы брали на себя отдельные задачи, недолго работали над ними, записывали то, что сделали, и передавали дальше.

Раз листков для заметок нет, я составлю список. Цели высшего уровня в посткапиталистическом проекте должны быть следующими:

1. Быстро сократить углеродные выбросы, чтобы потепление к 2050 году не превысило 2 °С, предотвратить энергетический кризис и смягчить хаос, вызванный климатическими катаклизмами.

2. Стабилизировать финансовую систему к 2050 году путем ее социализации, чтобы старение населения, климатические изменения и чрезмерные долги не спровоцировали новый цикл бума и спада и не уничтожили мировую экономику.

3. Обеспечить высокий уровень материального процветания и благосостояния большинству людей — в первую очередь за счет ориентирования насыщенных информацией технологий на решение основных социальных проблем, таких как плохое здоровье, зависимость от социальных пособий, сексуальная эксплуатация и низкий уровень образования.

4. Направить технологии на сокращение необходимого труда, чтобы стимулировать быстрый переход к автоматизированной экономике. В дальнейшем труд станет добровольным, основные товары и общественные услуги будут бесплатными, а экономическое управление будет касаться в первую очередь энергии и ресурсов, а не капитала и труда.

В игровых терминах это — «условия победы». Возможно, мы не выполним все из них, но, как известно всем геймерам, можно достичь многого, даже не добившись полной победы.

Совершая любые экономические изменения, мы должны будем посылать прозрачные сигналы для достижения этих целей. Одной из самых сильных сторон Бреттон-Вудской системы были четкие правила, на которых она зиждилась. Напротив, на протяжении 25 лет неолиберализма мировая экономика следовала неявным правилам или, как в случае еврозоны, правилам, которые постоянно нарушаются.

Социолог Макс Вебер полагал, что становление капитализма определялось не технологиями, а «новым духом» — новым отношением к финансам, машинам и труду, а не к вещам самим по себе. Но для того, чтобы возник новый дух посткапитализма, мы должны сосредоточиться на том, где создаются и распределяются внешние эффекты, и способствовать активному распространению понимания этих феноменов. Мы должны дать ответ на вопрос: что происходит с общественной пользой, которая производится сетевыми взаимодействиями и которую капиталистический учет, как правило, не может зафиксировать? Куда она вписывается?

Возьмем конкретный пример. В наши дни кофейни часто рекламируют себя, утверждая, что «мы используем экологически чистые зерна», т. е. таким образом мы способствуем увеличению общественного блага. Подспудно они имеют в виду: а вы платите немного больше за то, что чувствуете себя комфортнее. Но этот сигнал прозрачен лишь отчасти.

Теперь представим себе кооперативную кофейню, которая хорошо платит своим сотрудникам, реинвестирует прибыль в деятельность, содействующую укреплению социальной сплоченности, или повышению грамотности, или реабилитации вышедших на свободу заключенных, или улучшению здравоохранения. Важно указать столь же четко, как это делает ярлык «экологически чистого продукта» на кофе, какое именно общественное благо создается и кто получает от него пользу.

Это больше, чем просто жест: это прозрачный сигнал, точно такой же, как заряженная пушка, установленная у ворот хлопковой фабрики Кромфорда в Англии в 1771 году. Вы можете подать сигнал, сказав: «Мы продаем кофе ради прибыли, и это позволяет нам проводить бесплатные психосоциальные консультации». Или, как в случае сети низовых продовольственных банков, спонсируемой «Сиризой» в Греции, вы можете просто спокойно сосуществовать с этим.

СКОЛЬКО ВРЕМЕНИ ПРОЙДЕТ, ПРЕЖДЕ ЧЕМ ЗАПАДНАЯ ЭЛИТА НАЧНЕТ ПОДРАЖАТЬ ПУТИНУ И СИ ЦЗИНЬПИНУ?

Что произойдет с «одним процентом»? Он станет беднее и потому счастливее. Потому что быть богатым непросто. В Австралии, на пляжах от Бонди до Тамарамы, каждое утро можно видеть женщин «одного процента», разодетых в дешевую лайкру, которую сделали дорогой, добавив — что бы вы думали — золотые буквы. Их идеология говорит им, что успешными их сделала уникальность, но при этом они выглядят и ведут себя одинаково.

Земля вращается, и вот первые лучи солнца освещают фитнес-залы в небоскребах Шанхая и Сингапура, где бизнесмены потеют на беговых дорожках в ожидании дня, который пройдет в конкуренции с точно такими же людьми, как и они сами. Новый день начинается и для окруженного телохранителями богача-грабителя из Центральной Азии.

Над всем этим в салонах первого класса дальнемагистральных лайнеров плывет мировая элита, устремив взгляд в мониторы своих ноутбуков из-под дежурно насупленных бровей.

Они представляют собой живой образ того, чем мир должен был бы быть: они образованны, толерантны и богаты. И все же они исключены из того великого эксперимента социальной коммуникации, который проводит человечество.

Всего у 8% американских руководителей компаний есть реальный аккаунт в Twitter. Конечно, за них его может вести подчиненный, но из-за правил, требующих предоставлять финансовые отчеты, и из-за кибербезопасности аккаунты сильных мира сего в социальных сетях никогда не могут быть реальными. Что до идей, то у них могут быть любые идеи, лишь бы они укладывались в рамки неолиберальной доктрины: лучшие люди побеждают благодаря таланту; рынок — это выражение рациональности; рабочие развитого мира слишком ленивы; налогообложение богатых бесполезно.

Убежденные в том, что только умные добиваются успеха, они отправляют своих детей учиться в дорогие частные школы для развития их индивидуальности. Но из них получится все то же самое — мини-версии Милтона Фридмана и Кристины Лагард. Они ходят в элитные школы, но необычные имена на вузовских толстовках — Гарварда, Кембриджа, Массачусетского технологического института — ничего не значат. Можно с таким же успехом написать: «Обыкновенный неолиберальный университет». Толстовка Лиги плюща — это просто пропуск в этот мишурный мир.

За всем этим скрываются давние сомнения. Их уверенность в себе говорит им, что капитализм хорош потому, что динамичен — но его динамизм обеспечивается наличием богатых источников дешевого труда и скованной демократии, при этом неравенство растет. Жить в обособленном мире, в котором царит миф уникальности, но который на самом деле столь однообразен и постоянно озабочен тем, что он вот-вот все потеряет, — совсем непросто, и я вовсе не шучу.

И вдобавок ко всему они знают, как близко он подошел к пропасти. Ведь они знают, как много из всего того, чем они все еще владеют, на самом деле было оплачено государством, которое их спасло.

Сегодня буржуазная идеология в западном мире означает социальный либерализм (т. е. приверженность изящным искусствам, демократии и верховенству закона), благотворительность и сокрытие власти, которой вы обладаете, под вуалью подчернутого самоограничения.

Опасность состоит в том, что в условиях затяжного кризиса приверженность элиты либерализму испаряется. Успешные жулики и диктаторы развивающегося мира уже приобрели влияние и респектабельность: вы можете почувствовать их власть, входя в двери некоторых юридических фирм, компаний пиар-консалтинга и даже корпораций.

Сколько еще времени пройдет, прежде чем западная элита начнет подражать Владимиру Путину и Си Цзиньпину? В некоторых кампусах фразы вроде «Китай показывает, что капитализм работает без демократии лучше» становятся обычными темами для разговора.

Есть опасность, что уверенность «одного процента» в себе сойдет на нет,\ и на смену ей придет чистая, неприкрытая олигархия.

Но есть и хорошая новость. 99% спешат на помощь. Посткапитализм освободит вас.

Пол Мейсон

Перевод: Александр Дунаев

P. S.: 3 декабря в Казани состоится лекция британского журналиста Пола Мейсона в рамках проекта «Critical Economics. Лекторий „БИЗНЕС Online“ и „Смены“». Автор бестселлера «Посткапитализм. Путеводитель по нашему будущему» расскажет об угрозах капитализму со стороны цифровой революции и шеринговой экономики. Мероприятие состоится при поддержке издательства Ad Marginem и Британского совета.

Пол Мейсон (родился 23 января 1960 года, Лаанкашир) — независимый британский журналист и писатель. Колумнист газеты The Guardian и журнала New Statesman, приглашенный профессор в University of Wolverhampton, Великобритания, бывший редактор и обозреватель программы Economics на телеканале Channel 4 News и корреспондент программы Newsnight на BBC. Освещал громкие экономические и политические события последних лет, от мирового финансового кризиса 2008 года и протестного движения Occupy Wall Street до референдума о независимости Шотландии и прошлогодней победы леворадикальной партии СИРИЗА в Греции.

Книга Мейсона «Посткапитализм. Путеводитель по нашему будущему» (PostCapitalism: A Guide to our Future) вышла в Великобритании в 2015 году, а в 2016-м была переведена на 11 языков, в том числе на русский язык (выпущена издательством Ad Marginem). В своем исследовании Мейсон анализирует современный капитализм, выявляет основные причины его краха и очерчивает контуры посткапиталистического мира.

Печать
Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Комментарии (27) Обновить комментарииОбновить комментарии
Анонимно
2.12.2016 13:18

Капитализм умрет и на смену ему придет снова социализм. в этом сомнения нет. Социализм самый справедливый общественный строй.

  • Анонимно
    2.12.2016 09:38

    Пора запретить журналистам-гуманитариям писать на экономические темы. Экономическая система настолько сложна, что разобраться в ней практически невозможно даже нобелевским лауреатам по экономике.

    А самая большая проблема современной экономики звучит просто: безответственность. Безответственность рейтинговых агентств, банков, центробанков.. Пора начать наказывать исполнителей, по вине которых образуются миллиардные убытки и дыры в капитале.

    • Анонимно
      2.12.2016 16:39

      При чем тут исполнители если они выполняют чьи то указания и приказы? В чем ваша логика, Вы думаете те кто рулят других исполнителей себе не смогут найти после предложенных вами мер?

      • Анонимно
        2.12.2016 18:50

        "Не стоит искать заговор там, где все можно объяснить обыкновенной глупостью"

        • Анонимно
          2.12.2016 20:17

          А почему не может быть оба варианта? И заговор, и глупость.

          • Анонимно
            3.12.2016 07:52

            Да все может быть. Но случаи безответственности и глупости вылезают буквально на каждом шагу, поэтому очень сложно объяснить все это заговором. В банковском секторе:
            - Большинство российских банков грубейшим образом нарушали правила риск-менеджмента, когда использовали примитивнейшую модель бизнеса, брали валютные кредиты/выпускали валютные облигации под 3-5% и выдавали рублевые кредиты клиентам под 10-15%, на эти 7% и жили, надеясь что доллар будет оставаться в коридоре 28-33 рубля. Их кто-то заставлял ставить под угрозу свой бизнес?
            - Все рейтинговые агентства вместо непредвзятой оценки финансового состояния тупо повторяют рейтинги друг друга. Сегодня они дают банку оценку B+ со стабильным прогнозом, через неделю опускают до дефолтного уровня (извините, банк с рейтингом B+ оказался банкротом, не принимайте близко к сердцу и продолжайте верить нашей оценке). А ведь рейтинг - это единственная возможность для вкладчиков и кредиторов "заглянуть под капот" банка. Наплевательское отношение оценщиков открывает дорогу злоупотреблениям.
            - Вокруг масса государственных структур экономического развития существует просто для галочки, если не сказать хуже. Бюджеты ВЭБ и Россельхозбанка, которые должны финансировать развитие экономики и сельского хозяйства, тратятся на другие цели. Например весной РСХБ весной пытался занять несколько миллиардов у Центробанка чтобы тут же перезанять их скандально известному банку Пересвет. Извините, но это злоупотребление привилегиями Россельхозбанка с очень плохими последствиями для банка.
            - Масштаб злоупотреблений на рынке ипотечных ценных бумаг в США очень доступно показан в фильме (практически документальном) "Игра на понижение". Вердикт - в финансовой сфере на сто идиотов приходится один разумный человек и всего один идиот из тысячи понес наказание за злоупотребления.

            Если кто-то думает что все это пороки капитализма и в социализме все иначе - это абсолютно не так. Социалистическая система не имеет даже тех механизмов самооздоровления и очищения (убытки, кризисы, банкротство), которые есть у капитализма, поэтому от рождения обречен на загнивание, в определенный момент планово убыточных социалистических предприятий становится больше чем прибыльных, и все падает.

  • Анонимно
    2.12.2016 11:12

    Что бы ни говорил капиталист, он работает на КАПИТАЛ. Задача таких лекторов: нащупать слабые места в политической системе страны, найти очаг воспаления и кинуть туда оранжевый вирус. Безразлична идея: Карл Маркс или папуас - главное дестабилизировать ситуацию, развалить страну и на костре человеческих жизней погреть руки. КАПИТАЛистический спрут перестал чувствовать Россию и пускает щупальца в поисках ее слабых мест.

    • Анонимно
      2.12.2016 15:02

      Вполне паразитическая модель поведения.

      • Анонимно
        2.12.2016 15:54

        Капитал становится паразитическим, когда наследуется. Если бы каждый раз новое поколение стартовало с нуля, было бы интереснее, но криминально и со зверством. И так и этак капитал всегда опасен: либо грабит, либо сосет.

        • Анонимно
          3.12.2016 08:01

          А много вы знаете корпораций, которые переходят по наследству? Пузатые капиталисты с моноклем остались в прошлом веке. Сейчас подавляющее количество крупных предприятий - публичные акционерные общества, управляемые наемными менеджерами, а их акционером может стать кто угодно.

  • Анонимно
    2.12.2016 11:30

    Экономика - гуманитарная наука, так как является порождением действий человека и регулируется его психологией.

    Пусть пишут все кто хочет, ходить на пододобные мероприятия и читать их книги дело добровольное.

    • Анонимно
      2.12.2016 19:17

      Очень интересно, как выполнять экономический анализ, основываясь на психологических методах.
      Стоит ли открывать новый бизнес? Не будем считать сроки окупаемости, обратимся к психологии.
      Стоит ли печатать деньги и увеличивать денежную массу? Не будем считать скорость денежного обращения и всякие мультипликаторы.

  • Анонимно
    2.12.2016 11:33

    Наш Калашников не хуже него мечтает. Притом более ясно излагает свои мечтания, а у этого футуролога "хотелки" ещё выше, а кто и как будет внедрять эти хотелки - не ясно от слова совсем. Единственное, что вынесла из чтения: " система никогда не сможет вернуть себе былой динамизм. Никогда." А это я знаю и без него

  • Материал, изложенный статье забавный.
    И все таки нельзя забывать, США представляет собой международного криминального субъекта (Пахана планеты Земля), которого трудно посадить и наказать. Более того, этот субъект симулирует в кабинете судебного психиатра (ООН, ОБСЕ, ПАСЕ, ЕС и т.п.) социальную шизофрению (раздвоение, политика двух стандартов, цинизм, бесправие, хулиганство, провокации, бред, фальсификация).
    США играет в мировую шизу (постмодернисты это уже давно доказали см. "шизоанализ" в энциклопедии постмодернизма), играет с миром (выражения "Вы проиграете...") Более того, этот Пахан планеты Земля (Долларобарон со своими доллароманами) является ещё источником распространения маниакальной заразы и финансовых аддикций (Мировой Долларомании, Кредитомании, Игромании и различных Зависимостей, формирующих Хроническое Долговое Рабство и т.п. ), которые усиливают неадекватность других международных субъектов, чтобы в дальнейшем навязать свой американский сценарий (пишу эти диагнозы с заглавной буквы, подчёркивая глобальность и обобщённость).
    При этом сам этот Пахан планеты Земля тоже находится в долговой яме, но не переживает, так как сам печатает эти зелёные пустышки. Некоторые мои оппоненты считают, что США не косит под Шизу, а действительно шизофренировала (неадекватна, глуха, аутистична, то есть слушает только себя, идеологически-паранойяльна, раздваивается между стандартами и мирами и др. симпотомы),и , поэтому, выздоравливает на некоторое время , в частности, только после Шоковой Терапии Мира ("синдром двух небоскрёбов" и террористические акты ).
    Тогда возникает вопрос: кто будет лечить этого Мирового Шизофренического Монстра и какими методами? Это проблема! И эта проблема усугубляется, если мы вдруг узнаем, что это всего лишь Симуляция Мировой Шизы, что это Игра США под Дурачка... И опять таки , если это Мировая Игромания, то это Диагноз и можно поставить вопрос об излечении? Но можно опоздать и Безумие охватит мир, настолько, что будет развязана не война, а катастрофа, где не бывает побеждённых. Шиза Мира на стадии Освоения продуктивна (Подъём творчества, Открытие Новых Миров и иные инновации в науке, искусстве, технологиях), но эта стадия уже давно пройдена (её описали постмодернисты).
    Сейчас заканчивается фаза адаптации Шизы Мира и начинается фаза Деградации (приступы пожирания Ливана, Сирии и др.). Начинается Украина, Крым, Россия... Бурно начинается... Обуздать этого Шизофренического и Маниакального Монстра трудно, так как иногда он может очаровывать Мир в стадии Ремиссии. И в это время в США все верят, а потом возникает приступ-сюрприз - неадекватная Агрессия (на какую-нибудь безобидную страну Ближнего Востока). Этот Монстр чувствует свою безнаказанность.
    Поэтому возникает вопрос: "Что может выступить в качестве Тюрьмы Мира, куда можно было бы изолировать этого Шизофренического Мирового Монстра или, что могло бы выступить в качестве Психушки Мира, где можно было бы полечить Его" .
    А может быть это бесполезно! Как говорится, Горбатого могила исправит... но в могилу ведь ляжет весь Мир, так как эпоха воин закончилась и мы живём в эпоху Мировой катастрофы...
    Нас пока поддержала только одна страна. Это Сирия... Значит весь мир уже неадекватен, в силу долларомании... Долларо-наркобарон США подсадил весь мир на доллары ...Даже Китай молчит. Он сожрал зёлёных больше всех...подсел... Теперь больному миру нужно покушать природные ресурсы России для разрешения своего кризиса (Украина лишь ложка для поедания России) ... не понимают они , что кризис это ещё цветочки... по сравнению с катастрофой, которая является продуктом культуры катастрофы, созданной США... война с Россией лишь конец этой культуры катастрофы (Ад Того же Самого, то есть зелёного доллара), автором которой является США... конец ... Либо долларовый наркобарон США изменится и перестанет подсаживать Мир на себя... а значит не будет поедать Россию ( исторически её съесть хотели многие), чтобы не было конца Всего... либо Россия даст себя съесть... и российские власть-имущие останутся при своих долларах, но без России... неужели олимпиада и параолимпиада Сочи-2014 - лебединная песня России ... последняя её речь всему Миру...
    В СМИ вышли прозападные публикации о неадекватном состоянии Путина. Так сначала об этом заявила Ангела Меркель. Немецкий канцлер сообщила президенту США, что, она не уверена,сохранил ли господин Путин связь с реальностью. Он находится «в другом мире"; Ее слова газета приводит со ссылкой на собственные источники.Её подхватил политолог Белковский, говоря о необходимости вмешательства психиатрии в отношении Путина к Крыму . Хотя у самого Белковского тоже присутствует магическое мышление, дескать он сам родил в СМИ феномен влиятельности Путина на мировую политику, а тот поверил в это. Оказывается Путина создал Белковский. Не "белка" ли Белковского всё это? Может быть это тоже неадекватность известного политолога? А может быть это просто политическая поэтика?
    Таким образом, в любом случае возникает проблема социально-мировой психиатрии: кто более адекватен Запад или Восток? Многие мои статьи были посвящены этой проблеме и я уже писал, что планета погружается в мировые аддикции (зависимости) - игроманию, кредитоманию и т.п., которые организованы США (эта страна научила мир жить в долг, подсадила на доллароманию и т.п.) Теперь, с помощью снятия политики мягкого смягчения США решило организовать ломку развивающимся странам (Украина, Россия и др.), которые подсадила на доллар, а вовремя этой ломки и неадекватного навязать свою политику. Таким образом, по-видимому госпожа Меркель сама рассчитывала обнаружить неадекватность России, но такую, с помощью которой можно было бы навязать ей свои планы, но этого не произошло. Оказывается Россия ещё имеет адекватное состояние и сохраняет свою Сущность и Способность к Самосохранению (Во всяком случае, мы надеемся на это). Украина же приобрела эту неадекватность и настолько сильно подсела на зелёный, что родила в себе во время ломки мортидозные установки (агрессия, фашизм и т.д.)Эти социально-психологические припадки Украины являются продуктом постдолларовой абстиненции,вызванной нехваткой зелёного, которого разворовали чиновники и олигархи Украины. Янукович, пребывая ранее в неадекватном состоянии, обусловленным социальной шизофренией, то есть раздвоение между страхом потерять собственные валютные накопления и страхом потерять власть на Украине, был в прострации. Эта неадекватность Януковича устраивала Запад в т.ч. Меркель. А вот Путин что-то не проявил эту нужную неадекватность, а проявил вполне адекватное состояние, которое почему-то Меркель оценила как неадекватное?
    Как всегда Россия должна спасать мир от шизы и аддикций (финансовых, игромании и т.п. ) США... до этого от маниакальности Германии спасала мир... Запад хочет разрешить свои проблемы и кризис поеданием наших природных ресурсов... не понимая что при взаимодествии с Россией... кризис переходит не просто в войну, а в катастрофу..
    В настоящее время только Россия, которая не потеряв своей адекватности от финансовых мировых аддикций и «зелёной» глобализации, решилась войти в Диалог с этим Шизофреническим Монстром США и выступить в качестве Мирового Психиатра. В качестве кабинета Мировой психиатрии, благодаря стараниям самих США, оказалась Украина как площадка -российско-американского конфликта. Смогут ли другие страны присоединиться к России и организовать Консилиум Мировой Психиатрии в отношении США? Или многие страны, подсев на «Ад Того же Самого» доллара, который «озеленяет» «пустышкой» (пустым долларом) всю живую многоцветную гамму Мира, уже недееспособны для этого? Не пора ли эту Зелёную, Пустышку Мира вытащить изо Рта многих стран Мира, чтобы это стало основанием для эффективного лечения США. Увы! Сложность в том, что это лечение требует аккуратной Игры, так как лишать чего-либо у Психопатологических Субъектов всегда опасно. Тем более тогда, когда эпоха воин закончилась и началась эпоха ядерной катастрофы.

    • Анонимно
      2.12.2016 12:07

      Очень похоже на правду.

    • Анонимно
      2.12.2016 12:56

      "...В настоящее время только Россия, которая не потеряв своей адекватности от финансовых мировых аддикций и «зелёной» глобализации, решилась войти в Диалог с этим Шизофреническим Монстром США и выступить в качестве Мирового Психиатра...." При этом у самого "Мирового Психиатра" голова полна своих тараканов!

    • Анонимно
      2.12.2016 15:45

      Рамиль эфенди, не пишите статьи в комментариях.

  • В то время, когда весь Советский Союз учился навыкам эффективного общения по фильму "Ленин в Октябре", весь Запад уже набирался этих навыков по фильму "Крестный Отец". Нам Запад уже не догнать!

  • Анонимно
    2.12.2016 12:22

    В пятницу на сайте Федеральной службы безопасности (ФСБ) появилась информация о том, что иностранные спецслужбы готовят масштабные кибератаки с 5 декабря с целью дестабилизации финансовой системы РФ, в том числе деятельности ряда крупнейших российских банков.

    В ведомстве отметили, что командные центры для кибератак расположены в Нидерландах и принадлежат украинской компании BlazingFast.

  • Анонимно
    2.12.2016 13:18

    Капитализм умрет и на смену ему придет снова социализм. в этом сомнения нет. Социализм самый справедливый общественный строй.

    • Анонимно
      2.12.2016 14:37

      Трудно с вами не согласиться.Но на какой идее будет основываться будущий социализм?

      • Анонимно
        2.12.2016 19:22

        На счёт всего Мира не известно,но в России,скорее всего,Новые Люди,которые придут во власть после нынешнего режима,будут строить Социализм с приставкой "Национал":
        Русский Национал-Социализм,ибо,судя по настроениям среди Русского Населения запрос на него оооочень велик.

    • Анонимно
      2.12.2016 14:53

      "придет снова социализм"
      Наверное такое станет возможным через много-много лет, когда люди будут больше похожи на биороботов. Не будет государства и властных кланов, а называться строй будет как-то по другому.

  • Анонимно
    2.12.2016 14:47

    А как же иначе, социализм неизбежен. Рабочий труд заменяют роботами. За что же людям платить зарплату? Если роботы эффективней. Роль государства неизбежно вырастет, нужно распределять пайки, контроль рождаемости опять же. Придется придумывать какие то работы.

  • Анонимно
    2.12.2016 17:42

    Короче крах потребительского рая запада неизбежен - впереди неоварварство.

  • Анонимно
    4.12.2016 12:54

    Скажите кто знает, если средняя температура на Земле и дальше будет повышаться из за сжигания углеводородов, то какой климат будет в России и в частности в Казани?

Оставить комментарий
Анонимно
Все комментарии публикуются только после модерации с задержкой 2-10 минут. Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария. Правила модерирования
[ x ]

Зарегистрируйтесь на сайте БИЗНЕС Online!

Это даст возможность:

Регистрация

Помогите мне вспомнить пароль