Культура 
18.10.2017

«Пришлый» в театре им. Камала: ностальгический трип в духе раннего Кустурицы

Критик Алексей Киселев рекомендует зрителям нового спектакля Фарида Бикчантаева о старике-татарине из Канады приготовить носовые платки

Главреж театра им. Камала представил публике пьесу молодого татарского драматурга Сюмбель Гаффаровой. Театральный критик и член экспертного совета «Золотой маски» Алексей Киселев в статье, написанной специально для «БИЗНЕС Online», отмечает актерский бенефис Радика Бариева, но считает, что постановка могла бы стать большим событием, если бы ради центральной роли — старого татарина-эмигранта — режиссер не пренебрег всем остальным.

Фарид Бикчантаев Фарид Бикчантаев

НОВАЯ ПЬЕСА КАК СТАРАЯ СКАЗКА

В тихом канадском городке жили-были старик со старухой. И выращивали себе спокойно картошку. Просто потому что старик — татарин, большой любитель выращивать картошку. Старушка здешняя, но давно уже привыкла к причудливой тяге мужа к огороду. Так бы они и жили себе дальше, если бы сосед не принес им весть: СССР развалился, границы открыты, можно вернуться домой. Благодать сменяется тревогой. Старика лихорадит не на шутку, и он переживает мощнейший ностальгический трип. Его начинают одно за другим посещать видения из далекого прошлого: родная деревня, первая любовь, война, плен, бегство за границу. А старуха места себе не находит, ведь уедет сейчас ее любимый и не вернется.

И тему оторванности татар от родной земли, и время действия, когда железный занавес рухнул, режиссер Фарид Бикчантаев буквально подхватывает из предыдущей своей работы — «Мой белый калфак», про телемост между татарами СССР и США. Только теперь это не масштабная драма в прямом эфире, а камерная притча; и не по советской пьесе, а на основе сочинения молодого автора Сюмбель Гаффаровой. Драматург в своей уже далеко не дебютной пьесе увековечила память о старшем брате своей бабушки, погибшем на войне. В его гибель не верили в семье; так появилась маленькая легенда — альтернативная биография простого татарского парня, пережившего войну и плен и оказавшегося за океаном из-за угроз расправы за измену родине.

Словом, мы имеем дело с редким феноменом современной татарской драматургии. К тому же воплощенной не в виде лабораторной читки, а в качестве новой работы признанного режиссера. И вдобавок сразу с международным бэкграундом: пьесу отобрали на воркшопе Ibsen International в Китае, фрагмент показали в Норвегии. Таким образом, октябрьские спектакли в театре им. Камала, при всей своей скромности, с полным основанием имеют статус мировой премьеры.

СПЕКТАКЛЬ КАК ЧАСОВОЙ МЕХАНИЗМ

Место действия одно на весь спектакль — светлый квадрат зеленого ковролина, огороженного низеньким забором из свежего бруса. На фоне фанерной стены скромного коттеджа, фасад которого будто спроектирован детсадовцем, немногословные персонажи перетаскивают с места на место мешки с картошкой, рассыпанной кучками всюду, на глазах молодеют, переодеваются, суетятся как заведенные и замирают, чтобы услышать плавное и тоскливое пиццикато контрабаса.

В центре внимания — два артиста в расцвете сил, возраст персонажей которых меняется туда-обратно по ходу действия: Радик Бариев и Люция Хамитова. Вокруг них в ходе спектакля мелькают эпизодические персонажи, выскакивающие как черт из табакерки то слева, то справа. Этот эффект постоянного переключения с эпизода на эпизод в разных временах (30-е, 40-е, 50-е, 90-е), но в неизменной декорации, прекрасно театрален. То есть к механике действия настолько легко привыкнуть с первой минуты, что каждое новое появление какого-нибудь морячка или безумного фашиста с левой стороны ожидается как появление неизменного Ильнура Закирова — только всякий раз в новом образе. Таким образом текст драматургический уравнивается с текстом чисто театральным.

ИДИТЕ И СМОТРИТЕ НА РАДИКА БАРИЕВА

То, что происходит на сцене с Бариевым, не следовало бы пересказывать — идите и смотрите; это редкого вдохновения и силы актерская работа. Точная от начала до конца и во всем. Засаленный пиджак на два размера больше поверх джинсового комбинезона; круглые очечки, хмурая сосредоточенность не дальше метра от себя; под длиннополой шляпой — взъерошенная шевелюра. В параллельной вселенной точно так же выглядит Гарик Мартиросян в роли Раскольникова. Персонаж Бариева — часовщик, и это видно в сутулых плечах, в мелкой моторике рук и пристальному вниманию к предмету.

И внимание к партнеру: несколько минут он слушает монолог незнакомки, своей будущей жены в уморительном исполнении Хамитовой; процесс слушания превращается в сложный и ужасно трогательный конфликт непонимания языка, почтения перед незнакомой красавицей и общего смущения. Его походка, его интонации и то, как он разворачивает конфетку и поспешно сует в рот, — следствие фотографически точного наблюдения артиста за деревенскими стариками; все это, конечно, подкупает мгновенно. И это только начало: образ имеет многоступенчатую систему развития. 70-летнему канадцу татарского происхождения по имени Накиб на наших с вами глазах суждено пережить запредельную трансгрессию. Во многом подобную той, которую подразумевает финал иконической пьесы Ивана Вырыпаева «Иллюзии».

ДЬЯВОЛ В ДЕТАЛЯХ

Придумывая этот безмятежный в своей наивности мир, художник Альберт Нестеров, кажется, стремился одновременно процитировать манеру американского перфекциониста Эдварда Хоппера и придать ей некоторой неотесанности в духе раннего Эмира Кустурицы. Но получилось грубо: намеченное в общих чертах обаяние примитивизма заметно оттеснено бросающейся в глаза старомодной бутафорией. К качеству ее исполнения (невесомые мешки как бы с картошкой; ровный, но неаккуратно сколоченный забор; ковролиновый газон, громкость шаркания по которому убивает условность), просится скорее эпитет «самодеятельное», нежели «наивное».

При скупости выразительных средств, камерном пространстве и небольшой продолжительности спектакля каждая мелочь приобретает принципиальное значение, здесь не может быть ничего второстепенного. Проблема с вниманием к деталям распространяется не только на работу с пространством, но на едва ли не все прочие элементы спектакля. Артист Раиль Шамсуаров существует в режиме восторженной скороговорки, и это понятно — он играет воспоминание главного героя о самом себе в молодости. Однако эта разболтанность в определенный момент становится настолько неуправляемой, что внимание переключается с диалога с возлюбленной на мешающийся заборчик и непонимание, куда деть руки; классический актерский автопилот, верный знак режиссерского попустительства.

Если односложные и прямолинейные мизансцены запросто оправданы жанром притчи, где во главе угла — архетип, то односложные персонажи — это уже проблема стереотипного мышления. Например, сосед главного героя — шотландец, всю жизнь проживший в Канаде. Пускай он носит килт и играет на волынке, можно списать такое решение на попытку зарифмовать эту странность отдельно взятого эмигранта с пристрастием его соседа-татарина к картошке; в конце концов отменная самоирония артиста Минвали Габдуллина в роли шотландца Самуэля, кажется, оправдала бы вообще что угодно. Но когда дело доходит до попытки обозначить биографию персонажа через монолог, всплывает совершенная нелепость: оказывается, он тоже тоскует по родине, откуда когда-то сбежал, и теперь завидует своему другу, у которого появилась возможность вернуться. Постойте, но что ему мешает взять билет на самолет и навестить родные края? Шотландию, конечно, удобно сопоставить с Татарстаном в контексте остроты вопроса национальной самоидентификации, но в остальном — сплошные нестыковки. Проблема эта, кстати, не драматурга: в оригинальном тексте про Шотландию вообще нет ни слова; эпизод, по всей видимости, сформировался в ходе постановки.

ПРИГОТОВЬТЕ НОСОВЫЕ ПЛАТКИ

В нагрузку к словосочетанию «современная пьеса» неизбежно (и до сих пор) идет комплект стереотипов про сленг, кеды, кровь, мат и провокативные темы, несмотря на то, что пьес, все это предъявляющих, к сожалению, практически не существует в природе. Вместе с тем не меньший багаж штампов привязан к другому словосочетанию — «татарская пьеса». Значит, про татар в тюбетейках и калфаках, про геноцид и Сабантуй. Так вот пьеса Гаффаровой — современная и татарская — легко и непринужденно сдувает это облако предубеждений. Да, в ней есть кое-какие признаки времени (в основном прошедшего) и даже зачем-то рассказывается про Сабантуй, но в конечном итоге повествование резко выруливает в сторону интернационального и вековечного. Обойдемся без спойлеров, просто наблюдение: в кульминационный момент, когда один человек другому впервые в жизни вдруг сказал действительно важные слова, как по сигналу со всех сторон начинают хлюпать зрительские носы. И, знаете, учитывая, что речь не заходит про больных раком детишек, катарсис засчитан.

Алексей Киселев

Печать
Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Комментарии (19) Обновить комментарииОбновить комментарии
Анонимно
18.10.2017 13:04

Казалось бы, Радик Бариев только пришел в театр, а вот уже совсем взрослое и очень интересное актерское лицо. Оказывается годы прошли.

  • Анонимно
    18.10.2017 08:42

    эй Аллам.... как всегда Фэритнен хатыны баш рольдэ)))

    • Анонимно
      18.10.2017 09:10

      как всегда?? Ходжа Насретдин, Банкрот, Мулла - тоже баш рольдэ??

  • Анонимно
    18.10.2017 08:58

    Надо сходить

  • Анонимно
    18.10.2017 09:23

    Аллахэ Тэгалэ не нык боек итеп эйтергэ кирэк.
    Чуп сузлэргэ кыстырмаска кирэк.

  • Анонимно
    18.10.2017 11:50

    Озын гомерле булсын!

  • Анонимно
    18.10.2017 13:04

    Казалось бы, Радик Бариев только пришел в театр, а вот уже совсем взрослое и очень интересное актерское лицо. Оказывается годы прошли.

  • Анонимно
    18.10.2017 13:44

    Чыннан да режиссер хатыны гел баш рольдә, шулай да талантлы актриса бит, шәп уйный...

  • Анонимно
    18.10.2017 16:44

    Люция Хамитова замечательная и сильная актриса. И наверно завистники это какой то атрибут , который никуда не денешь . Хочу сказать что мы зрители конечно не чета критику со спец образованием, но выходя из зала , в гардеробе и на улице люди больше хвалили именно Люцию. Просто потрясло как она не меняя костюма без грима превращалась из старушки в молодую девушку и обратно. Такие молодые и сияющие глаза в секунду угасали и уже смотрит на нас пожилая и уставшая женщина. По моему менялась даже фигура!!!! И их тандем с Радиком Бариевым такой трогательный и щемящий . Радик Бариев в этой роли непривычный и очень интересный. Отличный спектакль. Браво артистам и Бикчантаеву

  • Анонимно
    18.10.2017 20:18

    Прекрасная работа. Отдаю дань уважения мудрости автора. С.Гаффарова заставила пережить не только события прошлого, но и переосмыслить будущее татар, особенно тем, кто живет за пределами границы. Желаю автору новых творческих побед, профессионального развития.

  • Анонимно
    18.10.2017 22:06

    очень осторожная рецензия)) ну правильно, автор все время в Камала тусуется,. Написал ни о чем, ничего не понятно - одна вода , ну ладно, похоже ,сентиментальный спектакль(хлюпанье носом заметил) -что-то же хорошее-то надо накопать...
    Это не про Качаловский (чужой) писать, там можно не стесняться))) А тут вдруг "друзья" обидятся)))

    • alekskiselyov
      19.10.2017 00:44

      в театре им. камала я был три раза в своей жизни. надеюсь бывать чаще — это живой театр. а что рецензия вам не понравилась, ну жаль.

    • Действительно, безобразие какое, и почему это журналисты и критики к Камаловскому театру относятся лучше, чем к Качаловскому? Может, потому что камаловцы проводят "Науруз" и "Ремесло", проводят кучу всяких лекций, мастер-классов и прочих важных образовательных историй, приглашают для этого именитых режиссеров, педагогов, тех же театральных критиков. Где бы мне, как журналисту, пишущему о культуре, удалось бы сделать интервью с Черняковым или Женовачом? В Камаловском постоянная движуха: актеры участвуют в лабораториях, пиар-акции какие-то интересные, малая сцена работает как самостоятельная история...

      А что в Качаловском? Сидит Славутский-Корзухин-Шейлок в своем замке из слоновой кости за миллиард бюджетных рублей и считает количество автомобилей своих сотрудников во дворе. И больше н-и-ч-е-г-о.

      Ума не приложу, и почему это к Камаловскому относятся лучше, чем к Качаловскому...

      • Анонимно
        19.10.2017 09:57

        низко как то...вы бы повнимательнее смотрели)))в качаловком нет движения???а читки,а служебный вход?

        • Я вообще довольно внимателен. Пара читок современных пьес в год, после которых сами же актеры выражают публичное сомнение в том, что они только что делали, - это не движение для главного русского театра республики с "самыми высокими зарплатами". Также, как и встречи с актерами, где они рассказывают, какие они великие. Это для той же "качаловской" выпестованной режиссером публики, которая всерьез считает, что есть "стиль Славутского". Ее мне по человечески жаль

          • Анонимно
            19.10.2017 23:14

            Журналист должен быть беспристрастным, а из Вас просто льет любовь к Камала (не спорю, хороший театр, наверное, детские спектакли мне понравились очень-очень) и жуткая неприязнь к Качалова..Уж смиритесь, что у качаловского тоже есть свой зритель, который стабильно выкупает билеты за 2 (!!!) месяца до события ПОЛНОСТЬЮ! Вам Славутские на ботинок плюнули, что ли? Чего так нервничать-то?

            • Я нервничаю? Это вы, по-моему, психуете, капсом пишете комменты в ночи... А мне модераторы: "Айрат, вот тут тебе пишут".

              Много раз уже на эту тему высказывался, не хочу в надцатый раз повторяться. Об одном только хочу попросить - не врите. Я открываю сайт театра им. Качалова, следующий показ "Бега" 31 октября (http://tickets.teatrkachalov.ru/site/event/815). По состоянию на 23.57 от 19 октября не продано 83 билета. И это при том, что, вполне вероятно, еще и не все билеты попадают в электронную продажу.

              А на любой ноябрьский спектакль театра Качалова билеты спокойно можно купить. На 5-е Глумов - под 150 билетов, 12-е Роковые яйца - 200 с лишним билетов в продаже (половина зала, если не больше). Так со всеми спектаклями.

              То есть, нет никакого "зрителя, который стабильно выкупает билеты за 2 (!!!) месяца до события". Это обыкновенное вранье.




  • Анонимно
    19.10.2017 01:49

    Концовка рецензеподобной статьи, вообще, цинична. Стало не по себе, и спектакль уже не интересен.

  • Анонимно
    19.10.2017 07:39

    Обидеться- если всякую \ЧЕПУХИНУ\написать-прежде чем взять ПЕРО-подумай о чем хочешь написать-в данный момент ВОДУ о не о чем написал то ты-и одним не осторожным СЛОВОМ можно \УБИТЬ\ЧЕЛОВЕКА....и наоборот сделать его СЧАСТЛИВЫМ.....Качаловский Камаловский Тинчуринский и д все трудяться чтобы типа тебя стали -ЛУЧШЕ НРАВСТВЕННЕЕ ПРАВИЛЬНЕЕ......жаль что ты этого понял и своим ЖЛЕЧНЫМИ упреками сделал мир немножко плохим

  • Анонимно
    19.10.2017 15:55

    Зачотная рецуха. Особенно если заменить на русский "ностальгический трип", "запредельную трансгрессию", "иконической пьесы".
    Невозможно согласиться с: "редким феноменом современной татарской драматургии", "в уморительном исполнении Хамитовой" - (заштампованное кривляние, повторяющееся из роли в роль). В остальном в меня все попало.

Оставить комментарий
Анонимно
Все комментарии публикуются только после модерации с задержкой 2-10 минут. Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария. Правила модерирования
[ x ]

Зарегистрируйтесь на сайте БИЗНЕС Online!

Это даст возможность:

Регистрация

Помогите мне вспомнить пароль

Будем на связи!

БИЗНЕС Online в Telegram БИЗНЕС Online на Facebook Напомнить позже