...Следственный комитет принял решение обратиться в Приволжский районный суд с ходатайством о смягчении меры пресечения для Роберта Мусина

«ОСНОВАНИЙ ДЛЯ ИЗМЕНЕНИЯ МЕРЫ ПРЕСЕЧЕНИЯ НА БОЛЕЕ МЯГКУЮ НЕ УСМАТРИВАЕМ»

Сегодня стало известно, что следственный комитет принял решение обратиться в Приволжский районный суд с ходатайством о смягчении меры пресечения для самого известного узника Татарстана. Документы уже поступили в суд, ожидается, что их рассмотрение состоится в пятницу, 26 января, в 16:00. Сам Роберт Мусин по традиции не сможет участвовать в заседании по состоянию здоровья.

Список причин, которые смягчили позицию грозного следственного комитета по отношению к обвиняемому по делу Татфондбанка (ТФБ), представил помощник председателя Приволжского райсуда Адель Арсланов. «Мусин Р. способствует раскрытию преступления, сотрудничает с органом следствия. Принимая во внимание вышеперечисленные обстоятельства, а также состояние здоровья обвиняемого, для ускорения расследования дела следствие решило обратиться с данным ходатайством» — процитировал Арсланов документ.

Интересно, что ходатайство должны были рассмотреть еще вчера, 23 января. При этом сам обвиняемый в суд не был доставлен, а органы следствия, как заметил Арсланов в разговоре с корреспондентом «БИЗНЕС Online», «ненадлежащим образом известили гособвинение». Представители надзорного органа узнали о заседании лишь за 15 минут до его начала, именно поэтому процесс перенесли на 26 января.

...Алексей Клюкин поначалу информацию о появлении ходатайства не подтвердил, а позднее перестал отвечать на звонки

Неудивительно, что после этого республиканская прокуратура намерена выступить с возражениями. «Оснований для изменения меры пресечения на более мягкую не усматриваем», — сообщил корреспонденту «БИЗНЕС Online» старший помощник прокурора Татарстана по взаимодействию со СМИ Руслан Галиев. Отметим, что адвокат Мусина Алексей Клюкин поначалу информацию о появлении ходатайства «БИЗНЕС Online» не подтвердил, а позднее перестал отвечать на телефонные звонки.

Ходатайство рассмотрит судья Ильнур Гарифуллин. Если он удовлетворит просьбу следствия, то срок пребывания Мусина в СИЗО ограничится 329 днями (с перерывом на пребывание на больничной койке прим. ред.).

...Александра Юманова: «Говорят, он [Мусин] сейчас в больнице. Раньше же всегда оповещали, что он доставлен в медучреждение, выписан из него, а сейчас мы даже не знали, что он туда попал»

«КАКОЙ-ТО ВРАГ НАРОДА ТУДА ЗАТЕСАЛСЯ, В СЛЕДСТВЕННЫЙ КОМИТЕТ»

Для лидера союза пострадавших клиентов Татфондбанка и ИнтехБанка Александры Юмановой ходатайство следствия тоже стало неожиданностью. «Мне кажется, для любого пострадавшего [от падения Татфондбанка] это шок, — заметила собеседница „БИЗНЕС Online“. — У нас что, расследование завершено, деньги вернули? Естественно, мы не согласны». По мнению Юмановой, вкладчики на эту новость также отреагируют негативно. «Тем более просит не адвокат, а следствие. Что, есть какие-то результаты? Почему мы тогда о них не знаем? Если есть какая-то информация, пусть она будет обнародована!» — призывает лидер обманутых вкладчиков. Собеседницу издания удивляет, что в деле с огромным общественным резонансом потерпевшие почему-то остаются в стороне.

«Говорят, он сейчас в больнице. Раньше же всегда оповещали, что он доставлен в медучреждение, выписан из него, а сейчас мы даже не знали, что он туда попал», — удивляется представитель инициативной группы пострадавших вкладчиков, еще раз выразив свой протест против ходатайства следствия.

...Дмитрий Бердников: «Мусин не признал свою вину. Сумма хищений огромна. И он в самом негативном смысле может повлиять на возврат денежных сумм. Там очень много потерпевших»

Представитель инициативной группы потерпевших вкладчиков ТФБ Дмитрий Бердников согласен, что новость о возможном переводе Мусина под домашний арест вкладчики Татфондбанка воспримут очень негативно. «Уже сейчас многие очень шокированы данной новостью. Многие готовы выйти с акциями протеста против этого, ведь Мусин не признал свою вину, сумма хищений огромна. И он в самом негативном смысле может повлиять на возврат денежных сумм. Там очень много потерпевших», — говорит активист.

Бердников очень удивлен попытками перевести Мусина под домашний арест и считает это «каким-то вредительством». «Какой-то враг народа туда затесался, в следственный комитет. Раньше у СК была совсем другая позиция. Мы с ними встречались — и следственная группа была уверена, что мерой пресечения может быть только арест, что будет способствовать дальнейшему расследованию этого дела...» — напомнил Бердников.

Поэтому, по мнению собеседника нашего издания, домашний арест для Мусина неприемлем ни при каких условиях. «Будет протест людей, которые выйдут на улицы и станут возмущаться. Уже сейчас идет возмущение», — предупреждает представитель инициативной группы. 

Генеральный директор ООО «Юридическое агентство „Мигра“», первый вице-президент ассоциации предприятий малого и среднего бизнеса Татарстана Роберт Закиров, напротив, считает, что по всем экономическим преступлениям, которые еще не доказаны, меры пресечения должны приниматься адекватно тяжести вменяемых в вину преступлений. «Я не хочу переходить на личности и конкретно разбирать историю с господином Мусиным, но суды должны адекватно относиться к предпринимателям, которые подозреваются в совершении тех или иных экономических преступлений», — подчеркивает Закиров.

По его мнению, есть множество действенных способов, чтобы человек не потерялся, начиная с домашнего ареста и заканчивая подпиской о невыезде, кроме того, есть средства слежения. «Можно изымать загранпаспорта. И соответственно, для нашей пенитенциарной системы, для ГУФСИН, нагрузка уменьшается однозначно. А если человек не будет влиять на свидетелей, а это же по „браслетам“, по ГЛОНАССу можно элементарно отследить, то тогда можно обойтись без таких „посадок“. Хотя есть резонансные преступления, где сотни человек пострадали, остались без крова, без средств к существованию. Тут уж действительно меры пресечения должны быть более жесткими», — считает адвокат.

Тем не менее, по его мнению, обязательно нужно учитывать состояние здоровья подследственного. «Это очень важно, даже при том, что сейчас в местах лишения свободы все медицинское оборудование на самом высоком уровне, а система ГУФСИН Татарстана в этом смысле одно из самых продвинутых учреждений такого рода, я сам лично ее инспектировал. Но даже при всем при этом, когда есть медицинские показания, человека лучше всего оставить под домашним арестом. Учитывая состояние здоровья, зная, что человек физически не сможет никуда деться, сажать его в СИЗО смысла нет», — уверен наш собеседник.

«Заключение любого предпринимателя под стражу я считаю излишней мерой пресечения, арест бизнесмена не влияет на ход следствия и судебного процесса, — заметил в разговоре с корреспондентом „БИЗНЕС Online“ бизнес-омбудсмен РТ Тимур Нагуманов. — Уверен, что по экономическим статьям нецелесообразно применять арест как меру пресечения. Для случаев с предпринимателями есть другие меры, которые не менее эффективно обеспечивают объективность расследования, такие как подписка о невыезде или домашний арест».

Тимур Нагуманов: «Для случаев с предпринимателями есть другие меры, такие как подписка о невыезде или домашний арест»

ЗАДЕРЖАНИЕ МУСИНА И ОСВОБОЖДЕНИЕ ФИГУРАНТОВ ДЕЛА «ТФБ ФИНАНС»

Напомним, еще месяц назад ничего не предвещало кардинальной перемены в позиции следствия, когда 15 декабря СК настоял на аресте Мусина до 16 февраля, несмотря на доводы защиты. Правда, уже тогда представитель следственного комитета заявил, что расследование подходит к концу, а значит, в пребывании подследственного в СИЗО смысла нет. На обжаловании решения суда 22 декабря после долгого перерыва появился сам Мусин, который заявил о целесообразности домашнего ареста. «Я работал над тем, чтобы сохранить базу документов и в бумажном, и в электронном носителе, и оказывал содействие [следствию], — подчеркнул экс-председатель правления ТФБ. — Далее я старался подробно и профессионально отвечать на все вопросы, которые мне задавали. Потому считаю, что эти 10 месяцев, которые прошли, я оказывал необходимое содействие. И в принципе по моему делу считаю целесообразным домашний арест».

Клюкин подчеркнул, что следствие указывает на завершение активной фазы расследования. «Общественный резонанс — понятие, которое находится за пределами сферы права, — отметил тогда адвокат. — А тяжесть преступления может служить обстоятельством для ареста только на начальном этапе следствия». Однако суд, прокуратура и следствие тогда выступили против.

Уголовное дело в отношении Мусина было возбуждено управлением ФСБ 16 февраля, а 3 марта передано в следственный комитет. В этот же день был задержан и арестован Мусин, которого обвинили в совершении преступления по ч. 4 ст. 159 УК РФ («Мошенничество, совершенное в особо крупном размере»). В основу первого эпизода в деле лег кредит от Банка России на сумму 3,1 млрд рублей под залог кредита, выданного ТФБ «Нижнекамскнефтехиму» (НКНХ). За время следствия к делу было приобщено более 20 эпизодов мошенничества, которые включают легализацию денежных средств и превышение полномочий на сумму ущерба более чем 50 млрд рублей. Все это связано с выводами залогов по кредитам в последние дни жизни банка, однако Мусину обвинение пока было предъявлено лишь по первому эпизоду.

Экс-предправления ТФБ свою вину в суде не признал, утверждал, что готов работать со следствием, а сбегать никуда не собирается, но суд, как известно, ему не поверил. Заключение в СИЗО для Мусина прерывалось на визиты в больницы. Так, 9 мая он был экстренно госпитализирован в связи с ухудшением здоровья, а 12 мая обвиняемого вернули из МКДЦ в СИЗО. Причиной госпитализации стал скачок давления, что обычно для человека в таком возрасте.

Отметим, что фигуранты дела «ТФБ Финанс», с которого началось расследование мошенничеств в империи Мусина, гораздо раньше своего патрона получили свободу или смягчение условий содержания. В конце сентября прошлого года источники нашего издания сообщили об освобождении гендиректора «ТФБ Финанс» Тимура Вальшина, руководителя управления клиентских операций на рынке ценных бумаг Рустема Тимербаева и начальника управления активных операций на рынке ценных бумаг ТФБ и «ТФБ Финанс» Илнара Абдульманова. После полугодового пребывания в СИЗО их отпустили под обязательство о явке. По информации «БИЗНЕС Online», Вальшин уже вернулся к обычной жизни и получил одну из должностей в аффилированной с холдингом компании. Схожая информация была об Абдульманове и Тимербаеве, однако супруга последнего опровергла ее в беседе с нашим корреспондентом.

Следственный комитет на тот момент подтверждал освобождение фигурантов дела. Основанием стало то, что, по мнению следователей, троица уже не могла неблагоприятно повлиять на ход расследования.

Казалось, логично было ожидать освобождения и двух оставшихся фигурантов этого дела — зампредов Сергея Мещанова и Вадима Мерзлякова, однако СК в итоге повез их в суд и даже пытался продлить им заключение под стражей. Суд все же смилостивился: Мещанова и Мерзлякова перевели из камеры СИЗО под домашний арест, где они находятся и по сей день.

...«Будет протест людей, которые выйдут на улицы и будут возмущаться. Уже сейчас идет возмущение»

«ЕСЛИ САМ СЛЕДОВАТЕЛЬ ВЫШЕЛ С ХОДАТАЙСТВОМ О ДОМАШНЕМ АРЕСТЕ, ЭТО СВИДЕТЕЛЬСТВУЕТ ОБ ИЗМЕНЕНИИ ОТНОШЕНИЯ»

Эксперты «БИЗНЕС Online» объяснили, почему следственный комитет решил отпустить Мусина домой.

Шамиль Агеев — председатель правления ТПП РТ:

— Процесс этот большой, касается большого количества людей, здесь очень много эмоций, но, я думаю, совершенно ни к чему держать Мусина под стражей. Человек достаточно больной, поэтому совершенно ясно, что он никуда не убежит. Судебный процесс будет длительным. Это же крупнейший в Татарстане банк — у него были филиалы в Москве и Санкт-Петербурге. Это был банк российского масштаба. Я понимаю, что данное известие может вызвать негативную реакцию у вкладчиков банка, но считаю, что Мусина лучше отправить под домашний арест, учитывая состояние его здоровья. Необходимости содержания его под стражей нет.

Владимир Гусев — адвокат:

— Честно говоря, я изначально полагал, что лиц, которые подозреваются в совершении экономических преступлений, не имеет смысла содержать под стражей до того, как судом будет принято какое-то процессуальное решение. Все-таки, когда такие подсудимые находятся на свободе, остаются шансы на поиск их архивов, на погашение их ущерба потерпевшим и прочее. Поэтому я противник содержания лиц по данной категории преступлений в следственном изоляторе.

Если сам следователь вышел с ходатайством о домашнем аресте, это, по-моему, свидетельствует о некоем изменении отношения к подследственному. Может быть, было учтено, что он страдает рядом заболеваний. Возможно, появились какие-то иные обстоятельства, которые дают возможность перевести его под домашний арест. Поэтому я думаю, что все это свидетельствует о потеплении отношений между следствием и обвиняемым.