Культура 
11.06.2018

Ярослав Гользаузер: «Рок – уже не оппозиционное движение, а просто музыка»

Создатель челнинской «Школы рока» о протесте, который превратился в способ заработка, и «голосе улиц», которого не слышно

16 июня в Челнах пройдет очередной концерт в рамках проекта «Квартирка Ozzy», созданного преподавателями и учениками «Школы рока». В интервью «БИЗНЕС Online» основатель школы Ярослав Гользаузер рассказал, как управляет таким заведением, не имея музыкального образования и не слушая музыку, почему молодежь сегодня не ждут в «Батыре» и «Опере» и в чем феномен группы Alkonost.

Ярослав Гользаузер: «Это было что-то новое — в городе вообще такого не было» Ярослав Гользаузер: «Это было что-то новое — в городе вообще такого не было»

«ЗАПАДНАЯ РОК-МУЗЫКА ОПЕРЕЖАЕТ НАС ЛЕТ НА 15–20»

— Ярослав, «Школа рока» существует в Челнах уже 7 лет. Расскажите, как пришла идея создания такой нетипичной музыкальной школы. В чем ее главные отличия от классической?

— «Школа рока» появилась в 2011 году. Когда мы только начинали учиться музыке — в 1996-1998 годах, — организовывали какие-то свои команды, у нас была большая проблема — нам было негде собираться. Не было репетиционных баз. Интернет тогда был только у избранных — непонятно, откуда брать новые знания. Мы учились друг у друга: кто-то что-то подсмотрел, кому-то показал.... Так и проходил процесс обучения. А в 2011 году мой друг выиграл грант порядка 100 тысяч рублей на открытие музыкальной школы. Мы арендовали помещение в МЦ «Орион», где долгое время находились, закупили минимальное оборудование — у нас сейчас часть оборудования осталась еще с тех времен. И запустились. В первый год был очень большой отклик. Это что-то новое — в городе вообще такого не было. «Школа рока» хорошо зашла.

Вообще, в России движение активно начало развиваться после фильма «Школа рока» — это такая интересная молодежная комедия, где рассказывается про учителя музыки, который на самом деле не учитель. Он просто думал, как ему заработать, ему дали какой-то класс, и он стал учить их музыке. Мы, в свою очередь, понимаем, что классическая музыкальная школа очень правильная, действенная, рабочая, но у нее есть много ограничений: если ребенок в 13 лет понял, что хочет заниматься музыкой, он туда уже не попадет. А в 7 лет, когда обычно отдают в музыкальную школу, это еще не нужно детям — они ходят, потому что родители так хотят. К нам приходят с 14 лет — в этом возрасте ребята уже приняли для себя какое-то решение, но они уже слишком взрослые для классической школы. Наш продукт ускоренный, мы не даем много теоретической информации. Для начала нужно «понять это руками» — чтобы получить минимальные технические навыки. А потом уже просыпается интерес к тому, как это устроено изнутри, и ребята уже сами начинают искать дополнительную информацию. Мы больше занимаемся практикой. Мы понимаем: если пацан в 14 лет пришел с нуля, то через год он уже может стать средненьким гитаристом, который сможет что-то показать. А дальше все зависит от него.

Мне нравится в школе рока то, что это прежде всего тусовка. В меньшей степени это учебное заведение, больше тусовка. Я понимаю, что могу забыть здесь телефон, он пролежит неделю и никуда не денется. На рок-концертах я спокойно оставляю свой ноутбук. Мне нравятся люди, которые сюда ходят, — понятно, все с разной степенью воспитания, но все понимают, что есть какая-то ответственность.

— Сколько по времени учатся в вашей школе?

— Мы настаиваем на том, чтобы это был минимум год. Вообще у нас минимальный курс три месяца. Мы отказались от ежемесячных курсов, потому что понимаем, что месяц — это самый сложный период, когда музыки еще нет. Человек походил, у него возникли сомнения, он ушел. И у него возникло ощущение, что мы его ничему не научили. Мы поняли, что нам это неинтересно. Думаю, в скором времени мы от трехмесячных курсов тоже откажемся. Когда человек будет к нам приходить, мы ему скажем: «Если ты действительно хочешь научиться, вот тебе пробные занятия, на которых ты посмотришь, как проходит процесс. И уже потом сделаешь выбор — либо ты учишься, либо это не к нам».

— Сколько у вас сейчас учителей и учеников? И кто у вас преподает?

— Учеников порядка 300. Преподавателей 14 — это наши местные рок-музыканты. Многие из них играют в челнинских кавер-бэндах во всех кабаках. Все преподаватели — действующие музыканты, мы именно на этом делаем акцент.

«Приходят люди, мы спрашиваем: «Чего хотите? Что вам интересно?»» «Приходят люди, мы спрашиваем: «Чего хотите? Что вам интересно?»

— Какие направления обычно выбирают ваши ученики?

— Всего направлений 8, но самые топовые — это акустическая гитара и вокал. Не так давно мы запустили блок-флейту. Всегда сам хотел научиться, но я человек ленивый, поэтому я не добрался. Также из новых — направление по укулеле. Для тех, кто разбирается в гитаре, хватит трех месяцев, чтобы перестроить мозг на укулеле. Инструмент не сильно сложный: хотя бы полгода с нуля — и человек будет понимать, как что там строится. Если он решит продолжить сам, он будет понимать, какую информацию ему искать. Где-то с полгода назад мы запустили направление для детей от 6 до 12 лет, но у них не профильное образование. Не конкретно гитара, вокал или ударные, а общее музыкальное развитие, где они в течение занятия пробуют поиграть на разных инструментах. Да, у них самые минимальные требования — все очень легко, в игровой форме, чтобы поддержать интерес.

— Вы замечаете, как меняются музыкальные вкусы молодежи?

— Вообще, молодежь держится на своей современной волне, каждый год появляется что-то новое, и мы как педагоги узнаем от них, что же нового в музыке. У нас, у педагогов, есть свой кругозор, в котором мы сидим. Приходят люди, мы спрашиваем: «Чего хотите? Что вам интересно?» Они нам накидают кучу материала, и мы сидим, думаем, что с этим делать. Вообще, современная музыка во многом стала проще. Современные команды, если взять направления поп-рок, арт-рок, панк, — они очень несложные. Хотя появляются команды в направлении инди — там все интереснее, продуманнее. Несказанно радует, что в, общем-то, современная рок-музыка развивается и не становится хуже, приземленнее. Если смотреть литературную составляющую, тексты, то они, конечно, проще. Но сама музыка становится интереснее. Сравнить хотя бы с группой «Кино», у которой все крайне просто хотя бы потому, что это тоже были ребята, которые не очень хорошо умели играть, но им очень хотелось. Они попали в волну. В тот момент рок-музыка была слишком простой — российская я имею в виду. Западная нас опережает лет на 15–20. Мы начинаем потихонечку догонять, потому что с развитием интернета знания можно где угодно взять, какие угодно. Сейчас легче учиться.

— Есть ли у вас ученики, которые сами пишут песни и музыку?

— Есть. Буквально недавно у нас репетировали ребята — группа, в которой двое наших бывших учеников. Я послушал — очень интересно. Они начинали с каверов (на чем-то надо тренироваться), а теперь доросли до того, чтобы делать вполне качественный материал. Вообще, если посмотреть по челнинской рок-сцене — очень много команд, и в основном все пишут свое.

— Кажется, что все наоборот — очень много каверщиков.

— Это разные два направления — каверщики сидят по кабакам, играют то, что продается. Остальные сидят у себя на репетиционных базах и делают свой материал.

«Если бы власти нас не поддержали, мы бы не смогли это сделать» «Если бы власти нас не поддержали, мы бы не смогли это сделать»

«ДЛЯ ЧЕЛНОВ ЧАСТНАЯ МУЗЫКАЛЬНАЯ ШКОЛА СО ШТАТОМ В 20 ЧЕЛОВЕК — ЭТО МНОГО»

— У вас проходит довольно много мероприятий на разных площадках города. Расскажите о тех, которые действуют сейчас.

— «Мой М.И.Р.» — это конкурс для молодых команд, проходит уже третий год. Еще один наш проект — это «Квартирка Ozzy», где мы даем возможность ученикам выступить как на отчетном концерте, а также приглашаем местных музыкантов. Это два основных наших музыкальных проекта. На разных площадках — потому что мы всегда в поиске более удобных условий. Что радует, многие хозяева заведений понимают, что не нужно брать с нас аренду, так как мы приводим народ — раз в месяц мы забиваем полный зал.

В городе хватает площадок для выступлений?

— Площадок очень мало. В последнее время закрылось несколько заведений, относительно приспособленных под живую музыку, под рок-музыку. Закрылся Bubble Gum и рок-бар, который там был. Буквально осталось две площадки, где можно довольно качественно это сделать. Но боюсь, что и эти площадки тоже могут закрыться. Вообще какая-то интересная ситуация в городе происходит: закрылся Bubble Gum, и в этом здании открылась «Пятерочка». Со стороны цифр, бизнеса это приносит больший доход, и в этом смысле больше интересно инвесторам. Ведь каждое из заведений приносит меньше, чем 10 лет назад. Все дело в цифрах. Открываются торговые центры, кинотеатры — они приносят больше денег. Заведения, которые изначально рассчитаны под кавер-бэнды, под взрослый народ, который отдыхает в пятницу и субботу, — им этот формат не интересен. Потому что кто ходит на концерты молодежных групп? Молодежь. Она зачастую не настолько платежеспособна, и поэтому большим заведениям, например «Батыру», эта публика неинтересна. Поэтому пропадают места, где ребята могут выступать. Но мы тоже решили взять на себя эту роль — раз в год мы проводим тот самый фестиваль «Мой М.И.Р.» для молодых команд, где они все имеют возможность выступить. В течение конкурса проходит четыре концерта, последний — на празднике День молодежи. В этом смысле администрация города очень помогает. Потому что поставить сцену и оборудование — это безумно дорого. Если бы власти нас не поддержали, мы бы не смогли это сделать.

— Во сколько это обходится?

— В прошлом году администрация сама оплатила услуги прокатных компаний. По моим подсчетам, один день такой сцены обошелся бы тысяч в 200–300, и мы сами просто не пытались бы браться за такие цифры. Мы бы провели несколько концертов по клубам, но большую площадку мы не потянули бы. Мы самостоятельная организация, и пока не очень большая.


— Если рассматривать «Школу рока» как бизнес...

— Любой малый бизнес — это 24 часа в сутки 7 дней в неделю. Я могу быть не на рабочем месте, но я всегда в процессе работы. Я приезжаю домой и опять сажусь за компьютер работать, хотя в последнее время стараюсь это делать реже. Ты ложишься спать и уже строишь планы на следующий день. Всегда есть какие-то трудности. Как бизнес сейчас «Школа рока» кормит меня, наших администраторов, преподавателей. У тех преподавателей, у кого много учеников, относительно неплохая для города зарплата. На самом деле у нас огромная команда. Для Челнов частная музыкальная школа со штатом в 20 человек — это много.

— В городе есть другие частные музыкальные школы?

Есть попытки сделать что-то, какой-то продукт. Но часто те, кто это делает, не понимают, что в этом надо жить. И жить довольно-таки долго. Чтобы ты открылся, и к тебе сразу пришел народ — так не бывает. Мы свое имя зарабатываем уже 7 лет, и через 7 лет я не могу сказать, что о нас знает весь город. Да, можно сразу, единовременно вложить много средств — купить хорошее оборудование, запустить рекламу, но если нет качественного продукта, ничего не спасет. Мы реально много времени тратим, чтобы довести продукт до хорошего состояния. Мы понимаем, что не что-то физическое продаем: на выходе у человека должно быть стопроцентное ощущение, что он потратил свое время и средства не зря.

— Бывало ли такое, что в школу рока приходили ученики, которые рок не слушают?

— Да, конечно. Мы не акцентируемся на том, что будем играть только рок. По крайней мере, в самом начале. Когда человек только начинает учиться, не так важно, что он будет играть — «Би-2» или Басту. Разницы нет. Те же самые четыре аккорда.

— Но вкус важен?

— В какой-то мере важен. К нам, наверное, и не приходят те, кто совсем далек от нашей темы. Это меньше касается направления вокала — там больше свободы, педагог каждому человеку индивидуально подбирает песни, в этом смысле диапазон шире. У гитаристов и барабанщиков направление более четкое, приближенное к нашей тематике.

«Освободилось время, появились средства, и хочется свои юношеские мечты воплотить» «Освободилось время, появились средства, и хочется свои юношеские мечты воплотить»

— Что вы сами слушаете?

— Почти ничего. В моей работе — она у меня сейчас больше администраторская, организаторская, идейная — музыки очень мало. Сказать, что я что-то целенаправленно включаю и слушаю, — нет, не могу. Зачастую я даже не включаю, только когда мне скидывают что-то послушать. И то я пытаюсь сэкономить время и местами пропускаю. Не слушаю музыку, честно.

— А кого из исполнителей любите?

— Безумно нравится Linkin Park — все, что у них было, и раннее, и позднее. Начинал с Bon Jovi и Guns N' Roses, до сих пор очень люблю. Немало есть команд, которые составляют мой «сборник», в основном это тяжелые банды. Российского мало — «Би-2», «Сплин» и ДДТ, наше родное, доступное для понимания.

— Сколько лет самом старшему вашему ученику?

— Где-то 55. Сейчас очень много взрослых людей приходит заниматься. Видимо, освободилось время, появились средства, и хочется свои юношеские мечты воплотить.

— Есть ли у вас ученики, которые, на ваш взгляд, далеко пойдут?

— Да, один из них — Марат Гарипов. Он пришел года два-три назад и сказал: «Мне брат отдал гитару, я ничего не умею и хочу научиться». Мой годовой курс он прошел за полгода, какое-то время походил на электрогитару и с горизонта пропал. Мы встретились через год, он уже играл в одной из челнинских команд — его пригласили. И опять же через год он понял, что там ему тесно. Он очень быстро развивается и поглощает безумное количество информации. Я понимаю, что этот город для него уже мал и ему надо куда-то отсюда ехать, потому что со своими умениями — только в кабак, а это не то, о чем мечтает музыкант, не пик карьеры. Он пока не уехал из Челнов, но уже строит планы, причем не в столицу России, а куда-то за границу, потому что там музыкальная культура живет по другим законам. Если у нас все-таки очень хорошо продается попса, то на Западе нет такого явного разграничения — там много поп- и арт-рока, и очень качественного. Таких учеников, как Марат, немного. Я понимаю, что из 10 человек, которые у меня занимаются, реально занимаются двое. Еще трое идут в среднем темпе, и оставшиеся пятеро — очень слабо. Но ради этих двух, которые двигаются очень быстро и обгоняют нас, стоит всем этим заниматься.

«Когда мне было лет 14, мне просто отдали гитару, потому что люди переезжали и не хотели ее с собой тащить» «Когда мне было лет 14, мне просто отдали гитару, потому что люди переезжали и не хотели ее с собой тащить»

«У МНОГИХ НАШИХ ПЕДАГОГОВ НЕТ МУЗЫКАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ, НО ЭТО НЕ МЕШАЕТ»

— Вспомните то время, когда вы только начали интересоваться музыкой, создали первую команду. Чем вы тогда вдохновлялись, что слушали, где выступали?

— Когда мне было лет 14, мне просто отдали гитару, потому что люди переезжали и не хотели ее с собой тащить. Спросили — тебе надо? Я ответил — конечно, надо. В школе я ходил на курсы гитары, но буквально два-три месяца, потому что педагог ушла в декрет, и как-то у нас гитара в школе кончилась. Тем не менее люди все равно по интересам притягивались друг к другу. Лет в 19 мы собрали свою первую команду, не очень-то умея играть. Нам в этом смысле повезло — у нас были учителя. В Челнах в то время была очень мощная команда Gooseberry Fool — у них было все, что необходимо. Кроме того, что они позволяли играть на своих инструментах, они еще и учили нас — учили, разумеется, по-своему, не всегда цензурно. Но эти ребята до сих пор занимаются музыкой — взрослые дяденьки ближе к 50, но они до сих пор в музыке. Наша команда тогда хорошо «выстрелила», мы успели записать альбом, и организаторы в Челнах знали: если пригласить группу Inflight, то народ на концерте будет. Потом мы, конечно, разошлись по некоторым причинам — это нормальный процесс, когда команды собираются, расходятся. Мы так немножечко общаемся, но мало, потому что у всех свои интересы. Через еще лет пять я собрал вторую команду, мы года полтора-два просуществовали, потом собрал третью команду, и сейчас она как будто бы есть, но я понимаю, что последний раз собирались мы года полтора назад. Сейчас вся команда — это я и моя жена Алла. Мы вдвоем частенько выступаем, нас приглашают. Но мне не хватает сейчас времени. Или это такая хорошая отговорка.

— Вы исполняете песни на стихи жены?

— Да, есть цикл песен на ее стихи. Иногда она под музыку читает стихи — мы услышали это у Воденникова (Дмитрий Воденников, поэт и эссеист — прим. ред.) и решили попробовать. Действительно, интересно и классно звучит. Я в последнее время сам не пишу — мелодий много, а вот с написанием текстов не очень.

— У вас есть музыкальное образование?

— Нет. У многих наших педагогов его нет, но это не мешает. Да, это было бы желательно, но это не мешает. В то же время у некоторых педагогов по два высших музыкальных образования. Я пять лет преподавал гитару в «Школе рока».... Но опять же, в сети все есть. Все, что вам интересно, вы можете найти, главное понимать, что вы ищите. Часто у молодых есть проблема — они хотят научиться, а что конкретно искать, непонятно. Мне в этом смысле проще — я точно знаю, что хочу найти. Я иду впереди своих учеников на два-три занятия, и это вполне нормально. Я понимаю, чего мои ребята хотят, ищу этот материал и потом уже прорабатываю с ними.

— Сколько проходит времени, прежде чем вы понимаете, кто из учеников талантлив, а кто нет? Кто пришел просто так поиграть, а кто хочет чего-то большего?

«Любой виртуозный музыкант скажет, что таланта нужно процента 2, все остальное — работа» «Любой виртуозный музыкант скажет, что таланта нужно процента два, все остальное — работа»

— Я думаю, хватает полгода, чтобы понять, будет ли человек что-то дальше делать и насколько хорошо он будет это делать. Некоторых видно на третьем занятии — этот далеко пойдет. Бывало, что у человека что-то долго не получается, ему нужен какой-то свой способ, свой язык — потом способ находится, и происходит движение. Даже в игре на гитаре можно по-разному объяснить один и тот же момент — аккорды, переборы, табулатуры, нотный стан.... Нужно найти свое. Я визуал, я учусь глазами. Кому-то проще по табулатурам — он смотрит на цифры, и ему все понятно. Кому-то надо наиграть. Все по-разному воспринимают информацию, надо найти правильный язык — и получится.

Самое главное — это усидчивость и упертость. Понимание, что вот это сейчас надо сделать. Не всегда то, что нужно сделать, безумно интересно. Когда я только начинал учиться, для меня гаммы — это было что-то жуткое и невообразимое, скукота. Сейчас я понимаю, что это нисколько не скучно, а очень прикольно и интересно. Любой виртуозный музыкант скажет, что таланта нужно процента два, все остальное — работа. В идеале время на занятия должно быть четко регламентировано — один час каждый день, тогда будет результат. Хотите больше — тогда тратьте три часа в день. Но нужно не просто побренчать, а именно заниматься — работать над ошибками. Предела здесь нет.

В Челны не так давно приезжал пианист Евгений Алексеев, он сейчас живет в Штутгарте. У человека два высших музыкальных образования, и он говорит, что этот процесс не прекращается. В тур он ехал с программой кавер-хитов российских и западных — два часа концерта пролетело как минут 10.

— Вы сами занимаетесь организацией концертов? Привозите артистов?

— Сейчас реже. Раньше как-то больше энтузиазма было — мы готовы были сработать где-то в минус, где-то в ноль, сейчас так работать уже не хочется. Хочется зарабатывать, ведь мы вкладываем немало усилий. Потому возим меньше, более тщательно выбираем. Предложений много: «Едем мимо, хотели бы у вас выступить». Заходишь в группу в соцсети и понимаешь, что и в Челнах, в принципе, таких групп много — какой смысл? Или бывает, что видишь хороший продукт, требования большие, и понимаешь, что в Челнах мы не соберем такой гонорар. Есть, к примеру, костромская команда Ocean Jet — это смесь живых инструментов с электронными, в результате получается интересный продукт в стиле Depeche Mode. Они очень крутые, он мне прислали райдер — я понял, что в Челнах мы столько не соберем. У нас и залов таких нет, и чисто по финансам, если билеты будут стоить тысячу рублей... Вы можете послушать команду, она может вам понравиться, но за билет на их концерт вы тысячу не отдадите. За ДДТ — да, а за Ocean Jet — нет. За «Би-2» полторы-две отдадите и пойдете, а вот будет хорошая, «вкусная» команда, но неизвестная... «Би-2» — это бренд, дорогой бренд. Мне очень интересно, сколько они стоят. Я понимаю, что они приезжают полностью со своим оборудованием, в последний раз две фуры стояло. Просто хочется увидеть сумму — сколько это стоит.

«Если на какое-то дело потратить 10 тысяч часов, ты автоматически становишься в нем профессионалом» «Если на какое-то дело потратить 10 тысяч часов, ты автоматически становишься в нем профессионалом»

«РЭП-ИСПОЛНИТЕЛИ ПОЗИЦИОНИРУЮТ СЕБЯ КАК «ГОЛОС УЛИЦ», НО ЕГО КАК-ТО ОСОБО НЕ СЛЫШНО...»

— Несколько десятилетий назад российский рок буквально владел умами людей. Музыканты были кумирами миллионов, лидерами мнений. Что стало теперь?

— Раньше это был протест. Сейчас протеста в роке стало на много степеней меньше. Это уже не оппозиционное движение, а просто музыка. Идеи протестного движения сейчас, на мой взгляд, нет. Многие рэп-исполнители позиционируют себя как «голос улиц», но его как-то особо не слышно. Девочки, тачки и все такое — это не «голос улиц». Или голос, но каких-то других улиц. Несомненно, если мы возьмем ту же группу «ДДТ» — это до сих пор протестное движение, но не с кулаками. На концерте Шевчук не стесняется сказать, как на самом деле устроена жизнь в стране — в песнях это слышно, в общении с публикой. Он все-таки остался верен каким-то своим идеалам. А если мы возьмем «Наутилус» — начиналось это в то время и тоже было протестом. Сейчас это, наверное, больше способ заработка.

Если послушать, что было 10–15 лет назад, было все как-то победнее. Сейчас безумно много команд, на них случайно натыкаешься где-то в сети и понимаешь, что то, что они делают — это очень круто. Тот же самый Ocean Jet — у них на канале интенсивная движуха, и они уже мотаются по стране и не только по стране. Потому что музыка сделана качественно. И таких команд много. Даже если взять по Челнам — группа Alkonost, которая уже третий месяц где-то там в Европе.


— В чем их секрет, на ваш взгляд?

— В упертости. Я понимаю, что они 20 лет шли к тому, чтобы заниматься тем, чем они хотят. С другой стороны, я понимаю, что им приходится что-то еще делать, где-то еще работать, чтобы поддерживать себя на плаву. При этом вся их концертная, музыкальная деятельность себя окупает и даже дает чуть-чуть в плюс. Для Челнов это круто. У нас максимум две-три такие команды, которые играют не здесь. Alkonost играл в Челнах последний раз, наверное, на свой юбилей, года полтора назад. Есть еще группа «Руян» — тоже мотаются. Для меня это непонятно — откуда-то из Челнов их ждут на западных фестивалях, приглашают, оплачивают дорогу, даже какие-то небольшие, но гонорары есть. Это круто, но для этого надо упереться. Там будут моменты, когда люди будут сидеть без денег, но понимать, что не хотят делать что-то другое.

— Что в российской музыке может быть интересно на западе? Почему одни востребованы там, а другие нет?

— Те, кто не стоит на месте и изучает мировой музыкальный опыт, — те интересны и на западе. В противном случае продукт останется только на российском рынке, да и ему может быть неинтересен. Вопрос только в том, сколько личного времени вы в это вложили. Известно, что, если на какое-то дело потратить 10 тысяч часов, ты автоматически становишься в нем профессионалом. Наверное, тут та же самая история.

— Интернет существенно упростил продвижение для молодых музыкантов.

— Да, продвижение с помощью интернета проще и не такое дорогое. Народ начинает разбираться, что есть качественный продукт, есть некачественный. Хорошие каналы на YouTube привлекают огромное количество зрителей. Мы свой канал используем просто как хранилище информации — он нам не для этого нужен. Но я знаю, что есть челнинские ребята, у которых по 6, 7, 10, 20 тысяч подписчиков. Они делают разборы песен на гитарах, обучающие уроки.... В это же время в сети очень много мусора. Мы, в свою очередь, учим разбираться, что правильно, а что неправильно. Я всегда ребятам говорю — если вы хотите какую-то песню разучить, не смотрите один разбор, посмотрите пять разных. Проконсультируйтесь с нами, с друзьями, сравните и выберите кусками то, что вы считаете правильным, соберите свой вариант. Прежде всего нужно научиться разбираться в потоке.

«Когда-то говорили, что рок мертв — так же и про рэп скажут, что он мертв» «Когда-то говорили, что рок мертв, — так же и про рэп скажут, что он мертв»

— Что нужно, чтобы успешно продвигаться в этом потоке? Нужен ли музыканту, скажем, менеджер?

— Думаю, что нужен. Потому что музыкант должен заниматься написанием музыки, и должна быть инициативная группа, которая его продвигает. Если музыкант будет сам писать музыку и продвигать себя, это тоже даст результат, но его будет меньше. В любом случае должен быть кто-то. Это можно рассмотреть на примере любых бизнесов. Когда человек все делает сам, он доходит до определенного уровня и упирается в потолок, выше которого он не прыгнет до тех пор, пока не возьмет какого-нибудь менеджера, а он, в свою очередь, не возьмет часть вопросов на себя. Мы тоже упирались и думали, что дальше двигаться не можем. Когда мы начали делегировать обязанности, распределять роли, мы смогли сделать больше. Это касается и музыкального бизнеса тоже — музыкант делает продукт, и нужен менеджер, который будет его продвигать на рынке. Если к этому правильно подойти, то эффект будет. Это видно даже по кавер-бэндам: кто-то занимается только музыкой и ждет, пока его куда-то позовут. Он может быть хорошим музыкантом, но работы у него меньше. А кто-то занимается музыкой и отдает другим часть работы по продвижению — у них много работы. В обоих случаях люди не делают собственный продукт, и те и другие делают качественные каверы, но у кого-то много работы, а у кого-то мало.

— В вашей школе есть какие-то инструменты продвижения?

— Пока мы до этого не дошли, но хочется попробовать для понимания, как оно работает и чего мы сможем достичь в этой области. Понимая, что у нас большой выбор музыкантов, мы можем собрать какую-то команду и попытаться ее продвинуть. Это есть в планах. Для начала мы запустим направление «ансамбль» — выберем отдельного педагога, который будет обучать делать музыку в команде. Потому что уметь играть самому и уметь играть в команде — это разные вещи.

— Если говорить о продюсерах — за что они сейчас цепляются и что готовы продвигать?

— В каждом направлении по-разному. Кто-то будет целенаправленно продвигать молодежный рэп, понимая, что сейчас это очень хорошо продвигается. Если мы посмотрим на Фадеева, у него свой продукт, и он тоже качественный. Если мы возьмем Лепса — работа его продюсерского центра строится по-другому. Я вообще не очень понимаю, как строится эта работа, поэтому хочется повозиться, может быть, съездить поучиться.

— Почему рэп стал так популярен?

— Есть мнение, что это такой всплеск, который со временем уйдет. Почему это стало таким массовым? Наверное, потому что пишется все очень просто и доступно для понимания. Как и в рекламе, используются основные ходы, которые привлекают массы, — это дорогие автомобили, красивые девушки и так далее. В Челны недавно приехал какой-то рэпер, имени которого я никогда не слышал, но арт-директор развлекательного центра «Опера» сказал, что очередь из девчонок 14–15 лет была огромной. Дал мне послушать такую-то песню — я послушал. Одна фраза, не очень умная, повторяется всю песню — 3,5 минуты. Ну круто, круто, ничего не могу сказать. При этом в рэпе есть исполнители, для которых это действительно жизнь — мы видим, что они понимают реально тревожащие публику вопросы. А есть музыканты, для которых это хороший, удобный способ заработка.

Но волна идет, когда-то это закончится. Когда-то говорили, что рок мертв, — так же и про рэп скажут, что он мертв. Но все равно это останется направлением музыки — может, оно не будет уже таким популярным, но направление музыки останется. Рэгги же живет — не сказать, что оно очень популярно, но живет. У него есть свои последователи, свои исполнители, есть фестивали. Все достойно жизни.

Печать
Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Комментарии (13) Обновить комментарииОбновить комментарии

Пойду врублю-ка Цеппелин. Он для меня адреналин.
Включу «Kashmir» любимый свой и обрету в душе покой.

Потом направлюсь к пацанам, пивка попить под Manfred Mann.
Нас бурно чувства захлестнут, воспоминанья наплывут.

Винил поставим и под скрип вновь будут Doors и Uriah Heep,
Ti-Rex, Deep Purple и Pink Floyd. Конечно, Вебер, Эндрю Ллойд.

«Иисус Христос - суперзвезда» - шедевр forever, навсегда.
Продолжить, чтобы ностальжи рванём все дружно в гаражи.

Отключим телефон спецом и каждый станет сорванцом.
Black Sabbath, Slade и Jethro Tull. Гараж для децибелов мал.

Когда закончится угар и будет выпущен весь пар,
Устало скажем под конец: - Мик Джаггер тоже молодец.

И разойдёмся под галдёж. Другая нынче молодёжь…
И спорить с этим не резон. У всех любимый свой музон.

Однако музыка тех лет, мне дорога как амулет.
Вернусь домой. «Словлю» пистон. Включу ТВ, а там шансон.

  • Все держится на талантливых и актуальных текстах. Сейчас их дефицит. Рэповое рифмоплетство разное. Там есть удачные тексты, но тоже редко...

  • Пойду врублю-ка Цеппелин. Он для меня адреналин.
    Включу «Kashmir» любимый свой и обрету в душе покой.

    Потом направлюсь к пацанам, пивка попить под Manfred Mann.
    Нас бурно чувства захлестнут, воспоминанья наплывут.

    Винил поставим и под скрип вновь будут Doors и Uriah Heep,
    Ti-Rex, Deep Purple и Pink Floyd. Конечно, Вебер, Эндрю Ллойд.

    «Иисус Христос - суперзвезда» - шедевр forever, навсегда.
    Продолжить, чтобы ностальжи рванём все дружно в гаражи.

    Отключим телефон спецом и каждый станет сорванцом.
    Black Sabbath, Slade и Jethro Tull. Гараж для децибелов мал.

    Когда закончится угар и будет выпущен весь пар,
    Устало скажем под конец: - Мик Джаггер тоже молодец.

    И разойдёмся под галдёж. Другая нынче молодёжь…
    И спорить с этим не резон. У всех любимый свой музон.

    Однако музыка тех лет, мне дорога как амулет.
    Вернусь домой. «Словлю» пистон. Включу ТВ, а там шансон.

    • Анонимно
      11.06.2018 11:13

      Отлично! Только сейчас этих гигантов, мало кто воспринимает((( Молодёжь считает, что этот вокал, все эти "запилы" - абсолютно бесполезны и неинтересны..Лучше прочитать текст (рэп, а, если с нецензурщиной, это, вообще, круть!) и всё будет в шляпе! Говорят, а вы попробуйте так быстро прочитать,да ещё и под ритм!

    • Анонимно
      12.06.2018 07:19

      Когда шансон в кремлевском дворце ежегодно выступать начал и премии вручать., все для меня стало ясно!

  • Анонимно
    11.06.2018 11:02

    "Я люблю Аквариум, Я люблю Зоопарк, Я люблю Кино, Я не люблю Землян, Я люблю только любительские группы!" Майк Науменко

  • Анонимно
    11.06.2018 23:09

    Довольно трезво оценивает текущее положение рока и точно предсказывает дальнейшее направление развития.
    Согласен.
    Здравомыслящий специалист, у него я считаю, есть чему поучиться, но подписывать контракт не надо.
    Жаль автор не расспросил особенности российской эстрады, которую сплошняком оккупировали сыны Моисея.

  • Анонимно
    11.06.2018 23:35

    Современные команды, если взять направления поп-рок, арт-рок, панк, — они очень несложные.
    Подробнее на «БИЗНЕС Online»: https://www.business-gazeta.ru/article/385207
    Да уж... Как арт-рок сюда попал? Хотя, что может сказать ещё человек, считающий Бон Джови тяжёлой командой.

    • Анонимно
      12.06.2018 09:14

      "Начинал с Bon Jovi и Guns N' Roses, до сих пор очень люблю. Немало есть команд, которые составляют мой «сборник», в основном это тяжелые банды".
      Где он назвал Бон Джови тяжелой командой? Читайте внимательно.

      • Анонимно
        12.06.2018 20:22

        Из всех любимых не назвал ни одну тяжёлую, и арт-рок назвать несложной музыкой, извините!

        • Анонимно
          13.06.2018 00:03

          Может чувак в формулировке ошибся и имел ввиду поп-рок?

    • Анонимно
      13.06.2018 00:01

      Думаю, что Ярослав вполне имеет право на собственное мнение. И, кстати, там не сказано что Бон Джови тяжелая команда, там о том, что начинал с Бон Джови, а дальше пошли другие, более тяжелый команды. И там же в статье сказано, что музыка не стоит на месте, развивается, что рок жив и будет жить, и за это автору спасибо!)

  • Анонимно
    13.06.2018 10:10

    Ярослав прекрасный педагог и замечательный человек, подкупающий своим теплым отношением к людям. Я сам учился 2 года, чуть подтянул умения, но много заниматься нет желания, ушел в другие дела, но иногда нет-нет да беру гитару и теперь никакие аккорды не страшны, баррэ, не баррэ, как то всё равно уже), спасибо Школе рока за умения.

Оставить комментарий
Анонимно
Все комментарии публикуются только после модерации с задержкой 2-10 минут. Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария. Правила модерирования
[ x ]

Зарегистрируйтесь на сайте БИЗНЕС Online!

Это даст возможность:

Регистрация

Помогите мне вспомнить пароль

Подпишись на нас в Zen