«Сделка, как уже сказали, мирового масштаба. Мы давно к этому шли, давно это обсуждали. Самое главное, чтобы мы одинаково смотрели на свое развитие и цели были одинаковыми», — говорил председатель совета директоров СИБУРа Леонид Михельсон в прошлом году, когда состоялась сделка по поглощению ТАИФа «Сделка, как уже сказали, мирового масштаба. Мы давно к этому шли, давно обсуждали. Самое главное, чтобы мы одинаково смотрели на свое развитие и цели были одинаковыми», — говорил председатель совета директоров СИБУРа Леонид Михельсон в прошлом году, когда состоялась сделка по поглощению ТАИФа Фото: tatarstan.ru

Как СИБУР распорядился богатым, но проблемным приданым?

«Сделка, как уже сказали, мирового масштаба. Мы давно к этому шли, давно обсуждали. Самое главное, чтобы мы одинаково смотрели на свое развитие и цели были одинаковыми», — говорил председатель совета директоров СИБУРа Леонид Михельсон в прошлом году, когда состоялась сделка по поглощению ТАИФа. Подписание исторического документа прошло 24 сентября в резиденции президента РТ Рустама Минниханова в Казанском кремле.

Дальнейшие события показали, что оценки миллиардера оказались не совсем точными: цели (и даже ценности) двух компаний в реальности крайне далеки друг от друга. Наглядный пример — громкое расставание компании Михельсона с «Гемонтом», турецким подрядчиком строительства мегаэтиленника «Нижнекамскнефтехима». Только после закрытия сделки стал возможен детальный аудит проекта, и тогда СИБУР неприятно поразили скрывавшиеся факты просрочки «Гемонтом» платежей субподрядчикам и собственным рабочим. Итог таков: международный скандал, бунты рабочих в Нижнекамске, уголовное дело, угроза срыва сроков строительства. Как ТАИФ умудрялся без видимых проблем работать с оказавшимся ненадежным подрядчиком — вопрос открытый, но факт в том, что в конечном счете все репутационные риски принял на себя СИБУР, которому пришлось еще и за свой счет отправлять бузящих рабочих на родину в Турцию.

Проблемный подрядчик не единственный сюрприз, оставленный прошлыми акционерами. Как выяснилось, вдобавок к «Казаньоргсинтезу», «Нижнекамскнефтехиму» и ТГК-16 холдинг получил кучу непрофильных активов: квартиры, базы отдыха, охотничьи хозяйства, конные комплексы… Постепенно от этого не всегда ликвидного приданого удается избавляться. Квартиры в ранее корпоративном таифовском ЖК «Кристалл» распродают в ипотеку всем желающим. Однако мертвым грузом на плечах СИБУРа до сих пор лежит мегапарковка у Нацбиблиотеки в Казани (оценена в 1,4 млрд рублей) и участок в Лаишевском районе, на котором глава ТАИФа Альберт Шигабутдинов так и не построил VIP-санаторий. Чтобы облегчить непростую задачу по сбросу с баланса в том числе социальных объектов, холдинг начал искать компромиссы. Например, два общежития в Казани КОС передал «на специальных условиях» КНИТУ-КХТИ, а часть спортивной и социальной инфраструктуры достанется Нижнекамскому району с сохранением ее финансирования. Сделки неминуемо сопровождаются конфликтами: грядущая продажа так называемого дома спортсменов в Нижнекамске заставляет нервничать его жильцов, которые боятся остаться на улице.

В необычном положении СИБУР почувствовал себя, когда обеспечивал поставку нафты из оставшегося в собственности татарстанских акционеров ТАИФ-НК для «Нижнекамскнефтехима». НПЗ пришлось на месяц остановить производство из-за отказа холдинга закупать сырье по завышенным, на взгляд его руководства, ценам. Ситуацию удалось отрегулировать, ТАИФ согласился снизить цены чуть ли не в 2 раза.

СИБУР душит в объятиях? Почему ТАИФ-НК останавливает производство

Разительно отличающиеся подходы в работе отмечают и партнеры СИБУРа в Татарстане. «Раньше от татарстанских предприятий мы этого не чувствовали… А здесь такой правильный менеджмент, понятные прозрачные цели», — говорил нам в интервью президент ГК «Данафлекс» Айрат Баширов. Впервые республиканские предприятия открывают двери к своим сырьевым ресурсам — речь идет о совместном с «Алабугой» индустриальном парке в Нижнекамске «Этиленник-600». Шеф ОЭЗ Тимур Шагивалеев грезил им как минимум с 2016 года, когда впервые рассказали о проекте. Почему к такому соглашению нельзя было прийти с ТАИФом? «Вопрос приоритетов», — намекнул нам Шагивалеев. Как нам стало известно, готовится соглашение о такой же площадке под «Казаньоргсинтезом», промпарк получит название «Северные ворота».

средний уровень зарплаты рабочего персонала на предприятии повысился примерно на 30% и превысил среднереспубликанский на 30-40%, отметили в компании. Можно предположить, что зарплата выросла до 70 тыс. рублей. Средний уровень зарплаты рабочего персонала на предприятии повысился примерно на 30% и превысил среднереспубликанский на 30–40%, отметили в компании. Можно предположить, что зарплата выросла до 70 тыс. рублей Фото: tatarstan.ru

Рост зарплат и обеспеченность сырьем 

Как в самом СИБУРе видят итоги года работы в Татарстане? В пресс-службе холдинга нам рассказали, что на татарстанских нефтехимических предприятиях наконец-то решен вопрос сырьевого обеспечения, который длительное время являлся проблемным (особенно для КОСа). Как и другие предприятия СИБУРа, площадки в республике сегодня загружены на 100%. Стабильность основной деятельности позволяет реализовывать новые проекты развития.

Именно в Татарстане СИБУР решил «приземлить» уникальное для России производство гексена, ранее рассматривались площадки в других регионах. Гексен — полупродукт, который используется в производстве базовых полимеров. Установка мощностью 50 тыс. т появится на НКНХ. «Это переход в новую категорию малотоннажной химии, расширение портфеля крайне востребованным продуктом», — отметили в пресс-службе СИБУРа. Усилена работа в части экологии. Результатом этого стало, например, подписание соглашения с Росприроднадзором о природоохранных мероприятиях на НКНХ на 6 млрд рублей, аналогичное разрабатывается для «Казаньоргсинтеза»

«За год удалось значительно повысить производительность труда за счет трансформации процессов, исключения дублирующих, внедрения решений по автоматизации и цифровизации», — заявили нам в пресс-службе СИБУРа. В результате средний уровень зарплаты рабочего персонала на предприятии повысился примерно на 30% и превысил среднереспубликанский на 30–40%, отметили в компании. Можно предположить, что зарплата выросла до 70 тыс. рублей. Это, конечно, не 153 тыс. рублей (столько на конец прошлого года в среднем получали на заводах СИБУРа), но уже лучше…

В СИБУРе утверждают, что холдинг выстроил конструктивную работу с властями региона и муниципалитетами. Помимо передачи соцобъектов и участия в проекте «Этилен 600», речь идет об инвестициях в строительство школы «Адымнар» в Нижнекамске. По сведениям источников, вложения холдинга составили несколько сотен миллионов рублей.

Отставка «близкого к Путину» Конова и восхождение трудоголика Карисалова

Итак, одновременно с приведением в порядок имущественного комплекса СИБУРу необходимо в спешке решать кадровые вопросы. Причем менять приходится как управленцев в приобретенных активах, так и собственный топ-менеджмент.  

Как перетасовалась кадровая колода с 24 сентября прошлого года? Самым громким кадровым решением стал уход Дмитрия Конова с поста председателя правления СИБУРа. Формально данный факт не имеет отношения к сделке с ТАИФом. Конов покинул свое кресло из-за антироссийских санкций — в марте его внесли в соответствующий список ЕС. Решение, обоснованное в Евросоюзе близостью совладельцев СИБУРа Михельсона и Геннадия Тимченко к президенту РФ Владимиру Путину, только на первый взгляд выглядит странно. «Дмитрий Конов работает в секторах экономики, обеспечивающих существенный доход правительству России», — говорится в решении ЕС. Иными словами, сам Конов, по мнению еврочиновников, близок к руководству РФ.

Пострадал за Путина: Дмитрий Конов покинул все посты в СИБУРе

Сейчас Конов, как объясняют в компании, не участвует в управлении холдингом, но его регулярно можно заметить на официальных мероприятиях, в том числе в Татарстане: он приезжал в Нижнекамск на празднование Дня химика, сыграл в футбол в Казани на спартакиаде холдинга. Его активность в республике объясняют новой должностью Дмитрия Владимировича — 22 июня его избрали председателем совета российского союза химиков на общественных началах. Совет по профессиональным квалификациям (СПК) химического и биотехнологического комплекса — рудимент при союзе химиков, но с приходом маститого менеджера он должен обрести новую жизнь. В новой должности Конов становится своего рода наставником для всей химической отрасли России. 

Бразды правления пришлось взять в свои руки гендиректору и председателю правления ООО «СИБУР» Михаилу Карисалову. Формально его должность осталась прежней, только само ООО «СИБУР» с 29 марта выполняет для холдинга функции единоличного исполнительного органа. Карисалову 49 лет, он работает в СИБУРе с 2003 года, в разное время руководил дирекцией углеводородного сырья и ООО «Тобольск-Полимер» (впоследствии вошло в «ЗапСибНефтехим»), кресло гендиректора ООО «СИБУР» занял в 2018-м. Уроженец Петербурга — известный коллекционер и меценат, активно поддерживающий российские музеи. Греку по происхождению, Карисалову не чужда религия — он входит в попечительский совет по восстановлению Валаамского монастыря и даже писал блог на Tatler о своих впечатлениях от религиозной жизни острова.

Наши собеседники представляют топ-менеджера трудоголиком, который всегда погружен во все, что происходит в холдинге. С учетом новых полномочий его нагрузка в разы повысилась. «Работает 24 на 7, раздает задания и днем и ночью, очень требовательный. Подчиненным от этого не всегда легко», — говорит источник. Отдельно отмечают его простоту в отношении к работникам в Татарстане, дескать, он не из тех, кто понтуется, может прийти на встречу и в джинсах. 

Карисалов, говорят собеседники, бывает вспыльчив и резок в высказываниях. Чего стоит его жесткий ответ на очередной вопрос из РТ о повышении зарплат. СИБУР всегда заявлял, что у них нет зарплатной уравниловки, как и цели индексировать зарплаты на уровне инфляции. Впрочем, когда навязчивый вопрос в очередной раз настиг главу холдинга, эмоции взяли верх. Как передавал источник нашего издания, Карисалов предложил работникам сказать спасибо за предыдущее повышение зарплаты. «Вы в Казани, Нижнекамске работаете в разы хуже, чем исторические заводы СИБУРа», — такую цитату Карисалова приводили наши собеседники.

Что СИБУР будет делать с «памятниками» ТАИФа?

Но если в СИБУРе сменился один главнокомандующий, то по ТАИФу кадровая метла прошлась куда основательнее. И года не протянул на посту гендиректора АО «ТАИФ» (в апреле переименовано в СИБУР-РТ) Руслан Шигабутдинов. В середине мая старший сын Альберта Кашафовича покинул все официальные посты, включая правление ПАО «СИБУР холдинг». Его уход — «часть общего плана», и связан он в том числе с сужением спектра задач СИБУР-РТ, который стал номинальным владельцем акций татарстанских предприятий, рассказывали нам в холдинге. Но это дипломатическая формулировка. 

Существует несколько версий его внезапного ухода. По словам наших источников, находящихся внутри холдинга, Руслан Шигабутдинов не сумел подстроиться под темп работы федерального холдинга. И не только он — на форуме СИБУРа в феврале Руслан Альбертович признавался: «Коллегам в Татарстане трудно, до слез сложно». Рядовые сотрудники не выдерживают стресса из-за изменений и сами покидают предприятия. Напряжение есть и со стороны работников исторического периметра СИБУРа — слияние с огромным коллективом в республике дается им нелегко. Однако есть и другая версия, о которой рассказал один из топ-менеджеров крупной татарстанской компании, общавшийся в свое время с Коновым. Якобы тот ему пожаловался, что, несмотря на договоренности, Альберт Кашафович и после сделки по-прежнему пытался рулить заводами и отдавать команды генеральным директорам предприятий, ушедших под контроль СИБУРа. Это сильно не нравилось сибуровцам, которые не понимали, что происходит. Поскольку ситуация двоевластия не менялась, несмотря на неоднократные сигналы, пришлось резать по живому — именно так источник объясняет тот факт, что Шигабутдинову-младшему (видимо, как главному проводнику воли старшего) пришлось покинуть СИБУР… 

Кстати, Руслан Шигабутдинов официально сохраняет за собой кресло в совете директоров АО «ТАИФ» (ранее АО «УК „ТАИФ“»; в фирму вывели активы, не вошедшие в периметр сделки с СИБУРом). Чем старший «принц» ТАИФа занимается сейчас, неизвестно, лишь отмечалось, что в сферах интересов Шигабутдинова сельское хозяйство и малая химия. Наши источники говорят, что, несмотря на уход из СИБУРа, бывший босс нефтехимии не покидает рабочее место в казанском офисе холдинга на площади Свободы: «У него там отдельный вход, он принимает в кабинете гостей, все время какая-то движуха». Якобы даже Карисалов во время одного из визитов в Казань недоумевал: «Что он здесь делает каждый день?»

Можно объяснить это тем, что здание принадлежит отцу Руслана Шигабутдинова, т. е. ТАИФу, а СИБУР его только арендует. «Кто ж его посадит? Он же памятник!» — цитирует наш источник фразу героя фильма «Джентльмены удачи», намекая на статус Шигабутдинова-младшего.

В бизнес-центре на Пушкина хватает и других «памятников» ТАИФу. Чего только стоит огромный крылатый барс, который красуется во внутреннем дворике. Кроме того, в здании, по слухам, есть барельеф со словом «ТАИФ» из дорогого камня, за который Шигабутдинов-старший отвалил чуть ли не 10 млн рублей. Убирать его слишком дорого, поэтому надпись стыдливо прикрыли белым флагом СИБУРа.

По нашим сведениям, холдинг изучает плюсы и минусы переезда из таифовского здания. Дело даже не в атрибутике «старых богов», а в слишком дорогой стоимости аренды. Бизнес-центр находится в самом центре Казани. Один из предполагаемых вариантов — перевод персонала в заводоуправление «Казаньоргсинтеза». Это респектабельная девятиэтажка на Беломорской. Зачем отчислять огромные деньги ТАИФу, когда под боком есть свое собственное гнездышко?

Успех Тимура Шигабутдинова и энергетиков

На небосклоне сделки СИБУРа и ТАИФа можно выделить двух профессионалов из Татарстана, которых холдинг сразу приметил и отправил на повышение в Москву. Один из них — Тимур Шигабутдинов, младший сын босса ТАИФа. Он возглавил в СИБУРе новую дирекцию синтетических каучуков, нареканий к нему в этой части нет, говорят собеседники. «У Тимура Альбертовича за спиной плавник пошире, он прошел все три крупнейших предприятия группы компаний „ТАИФ“. У него и кругозор, и профессиональная составляющая прочнее», — отзывались о нем наши источники.

Не остались незамеченными и успехи бывшего зама Альберта Шигабутдинова по энергетике и информационным технологиям Руслана Гиззатуллина. В СИБУРе его сделали ответственным за повышение надежности и энергоэффективности, а также цифровизацию производственных процессов. Не секрет, что генерация у нефтехимиков в Татарстане на более высоком уровне, эти практики планировалось распространить на все предприятия холдинга, вплоть до строительства новых станций. От подобных планов в холдинге не отказываются, но сейчас фокус внимания Руслана Загитовича смещен на сервис и импортозамещение.

В ТАИФ действующий депутат Госсовета РТ Гиззатуллин перебрался в 2012 году из «Татэнерго» с подачи Ильшата Фардиева. К его заслугам причисляют модернизацию активов ТГК-16, проекты по собственной генерации КОСа и НКНХ. Именно Гиззатуллин уговорил хозяев татарстанского нефтехимического холдинга раскошелиться на энергетику. «ТАИФ всегда относился к энергетике как к дополнению основного бизнеса. До прихода Руслана Загитовича они в ней отдельного направления не видели. Их сложно было уговорить», — говорит наш источник.

«Гиззатуллин — уникальный высококвалифицированный специалист, инженер с высокими компетенциями. Человек очень коммуникативный, умеет выстраивать отношения, авторитетный», — такую оценку дают заслуженному энергетику РТ коллеги. 

Единственный таифовский гендиректор, который сохранил свое кресло, — глава ТГК-16 Эдуард Галеев. Более того, ТГК-16 стала центром компетенций всего СИБУРа в энергетике. Галеев тоже выходец из «Татэнерго», где он работал в диспетчерской службе, а затем 8 лет руководил татарстанским РДУ (региональное диспетчерское управление). В 2016 году возглавил ТГК-16 по приглашению Гиззатуллина. «Очень интеллигентный человек. Вообще, диспетчеры — это особая каста в отрасли», — говорит наш источник. 

С собой в СИБУР Гиззатуллин забрал экс-начальника управления по энергетике ТАИФа Сергея Сергеева. В холдинг мог бы перекочевать и бывший технический директор ТГК-16 Дмитрий Ершов, близкий к Гиззатуллину со времен работы на Заинской ГРЭС, но «пути не пересеклись», и с декабря прошлого года Ершов работает замом Альберта Шигабутдинова по энергетике, заняв, таким образом, в ТАИФе место ушедшего Гиззатуллина.

Смена рулевых на КОСе и НКНХ

В начале июня разрешилась главная интрига сделки — что будет с заводскими «генералами»? Эксперты ожидали, что всех рассудят по справедливости: эффективных управленцев ждет повышение, а тех, кто не впишется в новую корпоративную реальность, попросят на выход. Вот как карты легли для топ-менеджеров КОСа и НКНХ.

Айрат Сафин, возглавивший НКНХ в 2020 году, сменил Фарида Минигулова на посту гендиректора «Казаньоргсинтеза». Сафин начинал простым слесарем, на родном НКНХ прошел путь от аппаратчика приготовления катализатора до начальника цеха. Но и КОС ему вовсе не чужд: 7 лет он был директором завода этилена. «Айрат Фоатович очень располагает к себе, респектабельный человек. Работяга, поднялся с низов», — описывают его собеседники. Говорят, 47-летний Сафин быстро влился в новую структуру, на совещаниях он уверенно говорит от лица холдинга: «У нас в СИБУРе…» Место Сафина в НКНХ занял член правления СИБУРа Игорь Климов.

«У них разные философии»: зачем СИБУР меняет рулевых на КОСе и НКНХ?

По-другому сложилась судьба 56-летнего Минигулова, проработавшего на КОСе 18 лет (с 2012 года — в качестве гендиректора). В официальном релизе СИБУРа лишь отметили, что топ-менеджер «принял решение продолжить карьеру не на производственном предприятии». Как позже стало известно, депутат Госсовета РТ вернулся в лоно ТАИФа — на должность советника Альберта Шигабутдинова по нефтехимии вместо Ананда Субраманиана. В свободное плавание его отправили не с пустыми карманами — после ухода из КОСа топ-менеджер получил премию за совершенствование основной деятельности завода и достигнутые результаты. Правда, сумма «золотого парашюта» не раскрывается.

Знаковым можно считать назначение Марата Фаляхова, бывшего главы «Биаксплена» (дочернее предприятие СИБУРа, производит биаксиально-ориентированные пленки, применяющиеся на рынке упаковки), на пост замгендиректора НКНХ по производству. Это человек из орбиты СИБУРа, но корнями связан с Казанью: в 1998 году он окончил Казанский государственный технологический университет. Выбор Фаляхова, как мы писали, выглядел политически грамотным: вся его карьера связана с СИБУРом, но при этом у него татарская фамилия, родом он из республики, из татарской интеллигенции. Его отец Иниль Фаляхов — один из заслуженных профессоров КНИТУ-КХТИ, с 1986 по 2011 год возглавлял престижную кафедру химии и технологии органических соединений азота.

После Руслана Шигабутдинова на пост гендиректора СИБУР-РТ назначали Юлию Попову, а спустя чуть больше двух месяцев — Алексея Никифорова (на фото). Он же — директор по юридической поддержке СИБУРа После Руслана Шигабутдинова на пост гендиректора СИБУР-РТ назначали Юлию Попову, а спустя чуть больше двух месяцев — Алексея Никифорова (на фото). Он же директор по юридической поддержке СИБУРа

Как СИБУР перехватил финансы и юридическую службу

Из других важных перестановок отметим, что после Руслана Шигабутдинова на пост гендиректора СИБУР-РТ назначали Юлию Попову, а спустя чуть больше двух месяцев — Алексея Никифорова. Он же директор по юридической поддержке СИБУРа. Как объясняют источники, Никифоров поселился в Казани еще до назначения гендиректором, в том время как Попова бо́льшую часть времени проводила в Москве, поэтому было решено, что компанию возглавит юрист.

«В нашей, СИБУРа, модели управления у генеральных директоров предприятий нет, например, своих юристов», — говорил в интервью «БИЗНЕС Online» Конов. Так и при поглощении татарстанских компаний такие функции, как маркетинг и продажи, а также центр клиентского сервиса и юридическая поддержка были централизованы, их вывели в обособленное структурное подразделение. Например, сейчас именно Никифоров сосредоточил в своих руках все юридические вопросы на татарстанских предприятиях. По нашим сведениям, в мае – июне СИБУР-РТ покинул начальник юридического управления Альберт Латыпов, долгие годы работавший на ТАИФ. На низком старте начальник юридического управления НКНХ Айдар Султанов, присматривающийся к московским юрфирмам.

На ключевую должность зама по экономике СИБУР-РТ прислали Сергея Гринько, аналогичные функции он выполняет на НКНХ. Гринько, по словам наших собеседников, проявил себя в реализации схем финансирования самых сложных проектов СИБУРа. Несмотря на роль финдиректора СИБУРа, до 90% времени менеджер проводит в Нижнекамске.

Практически одновременно с Гринько в феврале этого года директором КОСа по экономике и управлению эффективностью была назначена Динара Гильмутдинова, ранее занимавшая аналогичную должность в ТГК-16. В публичном поле она светилась в контексте тарифной политики. Так, в 2013 году Гильмутдинова активно оспаривала расчеты госкомитета РТ по тарифам, а в 2018-м выступала против корректировок инвестпрограммы конкурента — АО «Татэнерго». Директором ТГК-16 по экономике и управлению эффективностью стала Диана Валиева — в прошлом главный бухгалтер предприятия.

Интересна и судьба бывшего главного бухгалтера СИБУР-РТ Ольги Игнатовской. По словам источников, она являлась весьма влиятельной фигурой в ТАИФе, но в новой команде не прижилась. Ушла из компании Игнатовская совсем недавно, она якобы собирается перейти в ТАИФ.

«Деньги льются рекой»: что с осколками ТАИФа?

Что происходит с активами ТАИФа, которые не вошли в периметр сделки и остались в собственности татарстанских акционеров? В середине июня глава семейства Шигабутдиновых вернул компании историческое название — АО «ТАИФ». В новую команду вошла почти вся старая гвардия: сам совладелец ТАИФа, фигурант списка миллиардеров российского Forbes Альберт Шигабутдинов вновь возглавил акционерное общество в должности гендиректора. Во главе совета директоров ТАИФа встал другой совладелец и миллиардер — Рустем Сультеев. Также в СД вошел еще один акционер и фигурант списка Forbes Радик Шаймиев, Альберт и Руслан Шигабутдиновы, Гузелия Сафина

Перейдем к менеджменту. Производственно-коммерческая деятельность — на Сультееве. За финансы по-прежнему отвечает Сафина. Интересно, что в мае она покинула пост замгендиректора и стала советником Альберта Шигабутдинова по экономике и финансам. Как указывают одни источники, Сафина «так же командует», решения по финансам и бухгалтерии без нее не принимаются. Богатейшая женщина Татарстана даже не покидала свой кабинет. Впрочем, другие наши собеседники утверждают, что «примадонна» ТАИФа утратила былую власть и влияние. 

У ТАИФа остался ряд активов по нефтепереработке и сбыту нефтепродуктов, а также строительных, телекоммуникационных активов и т. д. Самым крупным по выручке (147 млрд рублей за 2020 год) стал нефтеперерабатывающий завод компании «ТАИФ-НК». Также компания Шигабутдинова-старшего оставила за собой сеть «ТАИФ-НК АЗС» (73 станции в Казани, более 200 АЗС по России), поставщика нефтепродуктов «Карсар» и завод масел «ТАИФ – Смазочные материалы» в Нижнекамске. Строительная группа включает в себя ООО «ТАИФ-СТ» и Казанский завод силикатных стеновых материалов. Кроме того, ТАИФ владеет телеканалом «ТНВ» и сохраняет доли в интернет-газете «Реальное время».

Также в группу вошло ООО «Тулпар Техник» (ремонт и техническое обслуживание летательных аппаратов) и авиакомпания «Тулпар Эйр» под руководством Азата Хакима, инвестиционная компания «ТАИФ-Инвест», ООО «Дом Кекина» (аренда и управление недвижимостью).

Нефтепереработку (главный актив в виде ТАИФ-НК) в структуре холдинга все так же курирует Владимир Пресняков, благодаря которому на многострадальном комплексе глубокой переработки тяжелых нефтяных остатков было решено использовать спорную технологию Veba Combi Cracker. Кстати, именно этот проект в свое время привел в ТАИФ индийца Субраманиана. Раньше он был вице-президентом известной американской инжиниринговой компании Kellogg Brown & Root (KBR), она и продавала лицензию на VCC. По словам источников, сразу после сделки «визиря» перестали видеть в России, хотя он сохранил за собой кресло в совете директоров ТАИФ-НК. 

В декабре прошлого года Альберт Шигабутдинов заявлял, что средства от сделки с СИБУРом будут инвестированы в нефтехимическую промышленность, крупнотоннажную и малотоннажную химию В декабре прошлого года Альберт Шигабутдинов заявлял, что средства от сделки с СИБУРом будут инвестированы в нефтехимическую промышленность, крупно- и малотоннажную химию Фото: tatarstan.ru

Главный безопасник Ринат Галимбеков перешел в «новый» ТАИФ даже с повышением. Если раньше он был начальником управления экономической безопасности, охраны и режима и последние годы занимал должность замгендиректора только с приставкой и. о., то теперь 67-летний ветеран МВД полноценно воцарился на своей позиции. 

На место замгендиректора по экономике с аналогичной должности в НКНХ перешла 43-летняя Алла Евстафьева, весь ее трудовой путь связан с ТАИФом, на «Нижнекамскнефтехиме» она закрепилась как правая рука Сафиной. В первые дни после сделки, рассказывали источники, к ней возникли жесткие вопросы со стороны Карисалова. Последние 3–4 месяца она вкалывала в режиме 24/7, и ее даже готовы были оставить, но в итоге заслуженный экономист республики не выдержала и в мае вернулась в ТАИФ. 

Пристанище в ТАИФе нашли не только топ-менеджеры, но и рядовые сотрудники, которые пришлись не ко двору в СИБУРе. «Они расширяют штат, деньги льются рекой», — описывает собеседник. В декабре прошлого года Альберт Шигабутдинов заявлял, что средства от сделки с СИБУРом будут инвестированы в нефтехимическую промышленность, крупно- и малотоннажную химию. Пока о новых проектах в данной области ничего не слышно. «Интерес к химии у них сохраняется, но, пойдут ли они туда, сложно сказать», — рассуждает наш источник.

Зато СИБУР не скрывает своего интереса к развитию малой химии в Камском промрайоне. В кооперации с ОЭЗ «Алабуга» и властями Нижнекамского района может появиться мощный нефтехимический кластер. Не исключено, что со временем и ТАИФ будет искать в нем точки роста при поддержке властей республики.

* * *

Подводя итог первого «бирюзового» года в Татарстане, можно окончательно сделать вывод, что именно термин «поглощение» (на нем настаивала наша газета изначально, а не на термине «объединение активов», декларировавшемся акционерами СИБУРа и ТАИФа) больше подходит для сделки. Две корпоративные культуры оказались слишком разными, поэтому, оставив доставшийся от ТАИФа сильный производственный костяк, СИБУР кардинально изменил управление нефтехимическим комплексом РТ.

Что же касается самой сделки, то подводить ее итоги «по-гамбургски» не задача данного текста, но все же можно коротко это сделать, опираясь на вышесказанное и на то, что стало известно за год из открытой информации. (Кстати, в чем главное и принципиальное отличие СИБУРа от ТАИФа — это публичность. Если татарстанских олигархов всегда отличала провинциальная закрытость и даже иррациональный страх публичности, то сибуровцы — полная противоположность. Максимальная открытость СИБУРа не может не подкупать, и она является, пожалуй, сильной стороной компании — именно так должны работать в XXI информационном веке крупнейшие корпорации.)

Итак, из трех участников суперсделки (СИБУР, ТАИФ и в скрытом виде республика и ее население) двое точно выиграли. СИБУР, купив два нефтехимических гиганта, сделал следующее: 1) убрал в России главного конкурента; 2) получил доступ к немалому числу профессионалов-нефтехимиков, которые исторически работали в Татарстане; 3) вошел в топ-5 крупнейших мировых игроков нефтехимии. Акционеры ТАИФа получили следующее: 1) долю в новом нефтехимическом гиганте, которая гарантирует ежегодно сотни миллионов долларов в виде дивидендов; 2) фактически монетизировали собственность, которую республика передала им (или разрешила приобрести) в начале нулевых для реализации проектов, стратегически выгодных Татарстану (в том числе социальных); 3) некие политические гарантии безопасности для своих акционеров, войдя в альянс с близкой к Кремлю бизнес-группой (по крайней мере, до 24 февраля так было точно, а что потом — каждый пусть сам решает, но в России им определенно пока ничего не угрожает). 

Что касается третьего (скрытого) «участника» сделки, то пока вопросов больше, чем ответов. Хотя некоторые опасения развеяны.

Да, Татарстан потерял бизнес, который был прописан в республике и мог стать глобальным (как минимум российским) и привлекать капиталы в РТ, где находилась бы штаб-квартира. Это невосполнимо.

Что касается социальных проектов, то СИБУР, который никогда в регионах присутствия не отличался социальностью (реальной, а не видимой) в сравнении даже с ТАИФом и тем более «Татнефтью» проявил себя гибкой корпорацией. Начиная от обязательств по «Рубину» (которые в свое время добровольно на себя взяли акционеры ТАИФа) и заканчивая проектами по развитию Нижнекамска — все это получает финансирование. Конечно, «Рубин» при СИБУРе опустился в первый дивизион (поверим, что это не вина СИБУРа, который является только спонсором клуба и не занимается управлением) и Нижнекамск особо не изменился внешне (в отличие от цветущего Альметьевска), но какие-то проекты финансируются, и СИБУР постоянно демонстрирует желание развивать территории присутствия. Это вселяет надежду, что республика не превратится в «сырьевой придаток» глобальной корпорации с пропиской в Москве, как это часто случалось в новейшей истории с российскими олигархами, купившими активы в регионах…