• $75.62-0.71
  • 91.310.00
  • 47.920.50
  • за все время
  • сегодня
  • неделя
  • год
    комментарии 587 в закладки

    Фатих Сибагатуллин: «Кряшены – те же татары, сами не знаете, чего-то там делите!»

    Зачем в Болгар приезжают православные, что не так со Свияжском и почему национальный университет должен быть в Арске. Часть 2-я

    «Но что-то татарское же где-то должно быть?» — вопрошает депутат Госдумы Фатих Сибагатуллин — политический тяжеловес РТ, отметивший недавно свое 70-летие. Органическая продукция сельского хозяйства и экологический татарский туристический маршрут — вот две темы, которые заботят сейчас Фатиха Саубановича. О том, что не так с Академией наук РТ, зачем он создал компанию «Татарстан-органик», как Рустам Минниханов отнесся к идее проекта «Экотат», — в продолжении интервью политика «БИЗНЕС Online».

    Фатих Сибагатуллин: «Мой совет: самое лучшее блюдо для постящегося — это каши» Фатих Сибагатуллин: «Мой совет: самое лучшее блюдо для постящегося — это каши» Фото: «БИЗНЕС Online»

    «…НЕ БУДЕТ НИКАКИХ АЛЛЕРГИЙ, ПРОБЛЕМ С ЖЕЛУДКОМ И ТАК ДАЛЕЕ»

    — Фатих Саубанович, вы ведь сейчас в Госдуме занимаетесь вопросами экологии, органической продукции. Будем мы когда-нибудь есть курицу и не бояться, что ее пичкали разной гадостью?

    — Наступил месяц Рамадан, сейчас многие люди держат уразу. Чтобы она прошла с пользой для организма в том числе, еда для ифтаров должна быть экологически чистой. По-татарски это «халяль». Халяль-продуктами у нас считают то, что заколото с именем Аллаха, но муфтият дает сертификат на кур с птицефабрик, на которых птиц пичкают гормонами, чтобы быстрее росли. И какой это халяль?

    Но мой совет: самое лучшее блюдо для постящегося — это каши. Вопрос: какие? Как профессор Казанского государственного аграрного университета, я говорю, что гречневая, овсянка, гороховая и полба. Все потому, что под данные культуры не вносят азот и синтетические удобрения. Когда природные удобрения — это неплохо, нельзя, чтобы вносили в почву гербициды, пестициды. Овес, например, вообще последняя культура в севообороте, туда никаких удобрений не вносят. Лошадей кормят овсом, а значит, конина тоже получается чистым продуктом. Поэтому к каше можно добавить халяль-консервы Елабужского мясокомбината. На кастрюлю гречки положишь банку тушенки — будет очень вкусно. Варить можно в молоке, но только не магазинном. Вот сейчас работаю над тем, чтобы производить экологически чистое молоко в Кукморском районе… В общем, если кормить детей в школе теми кашами, которые я перечислил, у них не будет никаких аллергий, проблем с желудком и так далее.

    — Будет у нас становиться больше экологически чистой продукции сельского хозяйства?

    — Владимир Владимирович Путин в своем послании заявил о национальном проекте для детей – учащихся начальных классов: их надо обеспечить бесплатным питанием. Это хорошо. Рустам Нургалиевич Минниханов нас, депутатов Госдумы от Татарстана, тоже недавно собрал (как и делает каждый год), дал выступить каждому по три минуты. Это тоже хорошо. «Мы, — говорит, — к сентябрю обеспечим во всех школах питание. Но есть одно „но“: чем будем кормить?» Неизвестно, чем мы питаемся. У многих детей идет рост, появляется лишний вес, возникает аллергия. Оказывается, из-за того, чем мы их кормим. Я в своем выступлении как раз об этом сказал, занимаюсь данными вопросами. Мы приняли федеральный закон об органической продукции в сельском хозяйстве. Сейчас узаконим уже в условиях Татарстана, решим, что включить в сам закон. Конечно, будут еще дополнительные затраты, финансирование. Что же поделать? Надо так надо.

    — Органическая и экологически чистая продукция — это одно и то же?

    — Да, но органической она называется во всем мире. Если вкратце, то должна быть обследована почва, а она сейчас загрязнена по всей России. Там чего только нет… Вот мы говорим: птичий, свиной грипп — откуда это все идет? Сейчас еще и коронавирус. А зачастую сами загрязнения распространяем удобрениями. Для органической продукции нужны органические удобрения. Скажем, отходы животноводства — я как раз в Госдуме этой темой и занимаюсь. Тот же самый птичий помет: капнет на машину, уже не сотрешь — въедается. На гектар почвы можно всего 10 тонн птичьего помета вносить, иначе сжигает.

    Я профессор кафедры биотехнологии, животноводства и химии. Сейчас добавили — кафедра биотехнологии и производства органической продукции. Буквально несколько дней тому назад договорились с ректором Айратом Расимовичем Валиевым (молодой, из Сабинского района).

    Биотехнологии — это прежде всего обезвреживание отходов животноводства. Начали мы с птичьего помета, я об этом проекте уже рассказывал на «БИЗНЕС Online». В Казани есть Институт имени Арбузова — органической и физической химии. Не просто химии и физики, а именно органической. Там руководитель — Андрей Карасик. Этот институт входит в мощный исследовательский центр «Казанский научный центр РАН», его возглавляет Олег Герольдович Синяшин. Данная структура является подразделением министерства высшего образования и науки РФ, одновременно работает с большой Российской академией наук. Не путать с Академией наук Татарстана.

    «После Хасанова президентом АН РТ стал Ахмет Мазгарович Мазгаров — химик, а сейчас ее возглавляет Мякзюм Халимулович Салахов — чистый физик» «После Хасанова президентом АН РТ стал Ахмет Мазгарович Мазгаров — химик, а сейчас ее возглавляет Мякзюм Халимулович Салахов — чистый физик» Фото: «БИЗНЕС Online»

    «МИННИХАНОВ ЖЕ РАНО ИЛИ ПОЗДНО СПРОСИТ, Я УВЕРЕН»

    — Татарстанская академия наук традиционно больше ассоциируется с гуманитариями…

    — Да! Правда, сейчас пошли физики, химики и математики, которые получают степень почем зря. У них нет открытий, вообще ничего нет, не побоюсь об этом сказать! Меня еще ругают, что я их открытия, которых нет, не продвигаю в Москве. Но ругать-то ругают, а по 50 тысяч каждый месяц за степень получают. Если так посмотреть, у нас «ходячих» два академика в аграрном отделении в нашей академии наук, а у физиков и химиков — 22! Представляете?

    Вы правильно отметили — у нашей академии в основном гуманитарное направление и традиции. Создал-то ее в свое время Хасанов Мансур Хасанович, а он был гуманитарием, историком. А должны мы были изучать историю не только татар, но и всех народов Поволжья: обычаи, традиции, фольклор, культура, музыка, искусство и все прочее, а с этим сейчас вообще ничего не делается. А физики и химики должны были быть приписаны к Российской академии наук.

    — А как получилось, что гуманитарная основа стала проседать?

    — Сейчас скажу. После Хасанова президентом АН РТ стал Ахмет Мазгарович Мазгаров — химик, а сейчас ее возглавляет Мякзюм Халимулович Салахов — чистый физик.

    — Понятно, что они развивают те направления, которые им ближе…

    — К себе — да, но результата-то нет. Минниханов же рано или поздно спросит, я уверен.

    — То есть, по вашему мнению, татарстанскую академию наук должен возглавить гуманитарий?

    — Да. Ну пусть там будут еще естественные области, например сельское хозяйство. Это тоже, как говорится, основа нашей жизни в республике. А физики, математики найдутся и в петербургской, и в новосибирской научных школах, это если брать настоящие академии, а не то, что у нас. Вот такая есть трудность. Говорю, как есть.

    «Когда я работал министром сельского хозяйства РТ, мы получали от курицы привес в 16-18 граммов в день. А сегодня — 70 граммов! Гормон, антибиотик и еще чего только нет» «Когда я работал министром сельского хозяйства РТ, мы получали от курицы привес в 16–18 граммов в день. А сегодня — 70 граммов! Гормон, антибиотик и еще чего только нет» Фото: «БИЗНЕС Online»

    «СОЗДАЛИ МЫ «ТАТАРСТАН-ОРГАНИК». ЭТО МАЛЕНЬКОЕ ПОДРАЗДЕЛЕНИЕ БУДЕТ ПОДЧИНЯТЬСЯ НАШЕЙ КАФЕДРЕ В ВУЗЕ»

    — И как проходит ваш проект с Институтом имени Арбузова?

    — Институту мы заказали утилизировать птичий помет. Оказывается, у них уже была основа, проводили лабораторные опыты. В этот момент они исследовали метилфосфон — метилфосфоновую кислоту. Фосфор и калий в органической продукции разрешены. Это не синтетика, не аммиачная селитра, не мочевина, не гербицид. Так появился препарат «Мефосфон».

    Мы в 2018 году работали в Лаишевском районе, там есть «Яратель» — бывшая птицефабрика «Юбилейная». Сейчас там 3,5 миллиона кур — за сутки получается 350 тонн птичьего помета. Вот и взялись за это дело, результаты прекрасные. Мы посеяли яровую пшеницу, сорт «Йолдыз», обработали прямо с конвейера, на выходе с птицефабрики. Метилфосфон и сам разлагается, температура в течение недели повышается с 45 до 50 градусов, а в 42 градуса уже микробы погибают. Все очень просто. Получили прекрасные результаты, их оценил тогда Марат Готович Ахметов, возглавлявший министерство сельского хозяйства РТ.

    — Широкое внедрение методики уже стоит на повестке дня?

    — Не только по Татарстану, но и по всей России, да, рекомендации уже идут. Но для этого надо попробовать в двух районах. Мы испытывали в Лаишево, сейчас пробуем на озимых в Ленино-Кокушкино — на птицефабрике в Пестрецах, там было еще без органики, внесли только подкормку озимым в прошлом году, от 70 до 100 тонн на гектар. Ездил в Пестрецы, мы выбрали поле — было условие, что там два года не должны применяться минеральные удобрения, а также гербициды. Такое поле выбрали, где-то в 70–80 гектаров, многолетние травы. Будем обрабатывать «Мефосфоном» прямо на поле.

    Кроме того, мною создана небольшая структура из двух человек: один — это я в качестве научного руководителя, второй — исполнительный директор, Юрий Павлович Рыжов. Он как раз в Пестречинском районе занимался на своих землях органикой. Создали мы «Татарстан-органик». Это маленькое подразделение будет подчиняться нашей кафедре в вузе. Минсельхоз предоставляет финансирование — 3 миллиона. Эти деньги идут в Аграрный университет, а через него на это подразделение, оно негосударственное.

    — Только в США рынок органической продукции — это порядка 40 миллиардов долларов. Можно ли зарубежный опыт использовать в России?

    — У нас и свой опыт есть. Существует российский закон, сейчас будем приспосабливать его к условиям Татарстана. Органическая продукция у нас есть — нет сертификации, так как ранее этим никто не занимался. Вот, к примеру, выращиваем картошку в частном подворье. Ввозится припревший навоз, сажают вручную, прополка, копка — все так же вручную. Сертификации нет — беда. Далее. Все очень любят казы — конскую сырокопченую колбасу. На вареную колбасу сертификат и ГОСТ есть. На консервы (их делает Елабуга) тоже есть документ по ГОСТу. А вот на казы — нет. Если кто-то отравится — будут суды. Вот наша беда.

    Кроме того, у нас сказали «Бисмилля» — уже как будто бы халяль! Пичкают курицу гормонами… Когда я работал министром сельского хозяйства РТ, мы получали от курицы привес в 16–18 граммов в день. А сегодня — 70 граммов! Гормон, антибиотик и еще чего только нет. Все говорят: «Халяль, халяль…» Во времена пророка Мухаммеда не существовало минеральных удобрений и гербицидов, тогда достаточно было «Бисмилля». А сегодня дедушки и бабушки на свои маленькие пенсии стараются купить халяль, а он уже как минимум в 1,5 раза дороже. Фактически же встречается «халяльная» свинина — смешно!

    — В общем, есть над чем работать…

    —  Пока результаты положительные. Озабоченность Рустама Нургалиевича я понимаю… Да хотя бы самим есть! На следующий год я обязан вас настоящей озимой пшеницей накормить, экологически чистым органическим хлебом. Сейчас веду разговор с Кукмором — там не только хлеб, но и молочные и мясные продукты. Спасибо Рустаму Нургалиевичу — он меня поддержал и понял.

    «Сегодня дедушки и бабушки на свои маленькие пенсии стараются купить халяль, а он уже как минимум в полтора раза дороже. А фактически же встречается «халяльная» свинина — смешно!» «Сегодня дедушки и бабушки на свои маленькие пенсии стараются купить халяль, а он уже как минимум в 1,5 раза дороже. Фактически же встречается «халяльная» свинина — смешно!» Фото: «БИЗНЕС Online»

    «ЧТО-ТО ТАТАРСКОЕ ЖЕ ГДЕ-ТО ДОЛЖНО БЫТЬ?»

    — Еще над какими проектами работаете, может, в каких-то других сферах?

    — Ко мне сейчас часто обращаются как к депутату, как к татарину, будем так говорить. Свияжск — не татарский остров. Почему его построили? Не просто в честь взятия Казани, это своего рода военная база Ивана Грозного на Волге. Грозный — сам татарин, только крещеный, к тому же по старому православию. Настоящее русское православие — это староверство, Сергий Радонежский, оно появилось на тысячу лет раньше, называется греко-индийское.

    — И что не так со Свияжском?

    — По поводу Свияжска народ говорит, что вечно этот остров приносил несчастье татарскому народу, — а туда бухнули триллионы, создали музей. Стало быть, остров не татарский. Это первое.

    Второе. Мне говорят: «Возишь зимой купаться русских в Раифский монастырь — а что тебе, мусульманину, толку от этого?»

    И третье. Я и сам говорил, что нам не нужна Болгарская исламская академия. Ее создали — якобы татарскую. Но недавно туда приехал Сергей Кириенко, один из руководителей администрации президента России, стал председателем попечительского совета. Попросили оттуда наших Камиля Исхакова, Рафика Мухаметшина. Приехал в качестве ректора башкирский татарин Данияр Абдрахманов, красивый парень, с силовиками у него прекрасные отношения. С ним здороваются люди вот с такими бородами, наши-то там не обучаются, обычно приезжие: «Ас-саляму алейкум!» Тот: «Здрасьте!»

    Но что-то татарское же где-то должно быть? В Болгар же особо и не ездят. Туда, наоборот, приезжают чтить Авраамия Болгарского — кряшена, православного святого XIII века. Его мусульмане убили, в честь него на въезде в Спасск со стороны Алькеево построили церковь, есть там и колодец, вот туда и ездят. А когда собираются 20 мая на «Изге Болгар җыены» по случаю принятия ислама булгарами, то простых людей почти нет, одни муфтии.

    «Когда собираются 20 мая на «Изге Болгар җыены» по случаю принятия ислама булгарами, то простых людей почти нет, одни муфтии» «Когда собираются 20 мая на «Изге Болгар җыены» по случаю принятия ислама булгарами, то простых людей почти нет, одни муфтии» Фото: «БИЗНЕС Online»

    «ВОТ ЭТО И ЕСТЬ ЕДИНСТВЕННЫЙ ТАТАРСКИЙ ПРОЕКТ В ТАТАРСТАНЕ!»

    — И вы решили соединить свой интерес к органической продукции и к истории татар.

    — Так вот, я изучил. Органическую продукцию в Нурлате, Аксубаево или Черемшане мы не сможем производить, там по пять нефтяных компаний в каждом районе. Или, к примеру, возьмем трассу М7 от Казани в сторону Набережных Челнов. Возле трассы, в 5 километрах, тоже нельзя выращивать органику, потому что постоянно ездят машины, вокруг дым… Остается только северная зона, это родина Минниханова, моя тоже, Марата Готовича. Начиная от Ленино-Кокушкино.

    Будем говорить, «Экотат» — единственная экологическая зона, которая у нас пока осталась. Там ничего не загажено, нет ни одной скважины, ни промышленности, вообще ничего. Рустам Нургалиевич выделил средства на реконструкцию в Ленино-Кокушкино, на музей Ленина, это тоже наша история.

    В общем, в данный проект я в первую очередь включаю экологическую продукцию, второе — исторический музей. Несмешанный «Экотат» только там остался. Ленино-Кокушкино, далее — Тюлячи (где выращивают лошадей татарской породы, там очень красиво). Хотел, кстати, всех в один автобус посадить и проехаться по данному маршруту, но нам пока не разрешили. А это же на века! Вот это и есть единственный татарский проект в Татарстане!

    Далее — Сабы. Там в райцентре красивый деревянный городок, затем — Сабинский лесхоз. Когда я был еще в I созыве, Зубков нам подарил комплекс.

    — Виктор Алексеевич? Когда был премьер-министром России?

    — Да. Этот комплекс — единственный, можно с минимального количества полторы тысячи клеток взять, посадить и вырастить здоровое дерево. Там комплекс на 8 гектаров, закрытый грунт, можно выращивать 25 миллионов саженцев в год! Там есть абсолютно все, начиная от лабораторий и заканчивая семенами. Кроме того, имеется дендрарий, а еще — Музей лесного хозяйства Татарстана. Например, у нас есть ценная порода, дубрава: это Апастово, Кайбицы, но ведь и туда, и сюда ездить не будешь. В сабинской зоне есть ель, в Нижнекамске — сосновый бор. Показать всю эту историю будет интересно и полезно. Нас не красит, что лесов не так много, но все равно история должна быть.

    Далее, буквально через лес, — Кукмор. Въезжаешь — видишь поселок Поле Чудес. Там умелые люди, они делают красивую кладку, замечательные дома. Показать на любом уровне — татарам не стыдно, хоть Рокфеллеру демонстрируй. Кроме того, там единственный в Поволжье завод металлической посуды: сковороды, казаны… Далее — меховая фабрика с историей, валяльно-войлочный комбинат. В общем, там есть что посмотреть. Надо упомянуть и полбу — экологически чистый продукт. Полба еще со времен Пушкина сохранилась только в Кукморе.

    Далее едем в сторону Балтасей, там от Кукмора всего 30 километров. Всюду порядок, очень красиво, нет слов. Молочный комплекс для производства экологически чистой продукции. Больше всего — свыше 300 тонн молока за сутки — надаивает Кукморский район. Ему даже дали орден за молоко. Село Вахитово в Кукморском районе: красивые деревянные дома. Показать не стыдно: обычаи, традиции татарские — все соблюдается. Например, в Нурлате подобное создашь, рядом крупнейшая чувашская деревня. А тут такого нет.

    — Там есть удмурты…

    — Да там два-три удмурта! Они лучше, чем вы, разговаривают по-татарски. Я же там работал.

    — Кряшены?

    — Кряшены — те же татары. Это многопартийная история. Сами не знаете, чего-то делите! Зачем мне вообще нужен арабский ислам? Я поэтому говорю о традиционном татарском исламе, читайте мои книги! Спасибо Камилю Самигуллину — по моей просьбе три года занимались, теперь наконец-то есть татарский Коран. А то сидят, как попугаи: «Бу-бу-бу-бу…» — и ничего не понимают. И мало грамотных людей среди мулл. Надо вещи называть своими именами.

    «Больше всего — свыше 300 тонн молоко за сутки — надаивает Кукморский район. Ему даже дали орден за молоко» «Больше всего — свыше 300 тонн молоко за сутки — надаивает Кукморский район. Ему даже дали орден за молоко»

    «МОЯ БАБУШКА ПО МЕТРИКЕ СТАЛА ИВАНОВОЙ МАРИЕЙ. КОГДА Я ТОЛЬКО НАЧАЛ ПОЗНАВАТЬ МИР, ОНА ЧИТАЛА НАМАЗ»

    — Как будет продолжен маршрут «Экотат»? Пока мы едем из Кукмора в сторону Балтасей…

    — Так вот. В Вахитово, на выезде из Кукморского района, ресторан на 200 человек. Дальше — Балтаси, где в 2 километрах Черное озеро, Кара-Куль. Там я в свое время как раз работал председателем колхоза, обсадил деревьями склон. На Кара-Куле надо будет строить гостиницу. Один день ехали из Казани, а к вечеру — туда. Летом там — купаться, надо будет еще плотину построить. Там течет река, очень красивое место, зимой можно сделать горнолыжку. В общем, соответствие всем условиям.

    На следующее утро встали, попили чай, уехали в Балтаси, в райцентр, там музей дружбы народов очень хороший. Мари, удмуртов оставим, а вот по татарской части там очень много экспонатов, один мой портрет чего стоит. (Смеется.) Есть в Балтасях Муртаза-бай йорты, говорят, он тоже под музей, но пока пустует.

    Посмотрели музей, затем поехали в Карадуван, это по старому Сибирскому тракту. Там в двухэтажном доме есть сразу два музея. Один посвящен Мусе Джалилю, а другой — истории Сибирского тракта. А чуть выше этого музея — мощеная булыжником дорога еще со времен Екатерины II, где-то уже асфальтом покрыли, где-то разобрали, а тут сохранилась. Вот, пожалуйста — история.

    Далее поехали в мою деревню Апазово Арского района — где-то 8 километров. Это в сторону Тукай-Кырлая. Там тоже ресторан, чаепития, обычаи-традиции, а может, даже и базар организуем, так как она испокон веков была базарной деревней.

    — Чем она примечательна?

    — Во времена Казанского ханства не было ни Балтасей, ни Сабов. Апастово, Арск — это же Вятская губерния. Наши-то — беглецы из Казанского кремля. А там была марийская деревня, всего несколько домов. Течет река сверху, с нашей стороны, остановились, смотрят — щепка плывет по воде. Значит, есть здесь населенный пункт, они прошли 8 километров. Смотрят — там несколько домов, а это были марийцы. Марийское кладбище там и сегодня есть. Таким образом, здесь образовался центр. Потом там крестили, моя бабушка по метрике стала Ивановой Марией. Когда я только начал познавать мир, она читала намаз. Такова была судьба этой деревни — церковь и мечеть стояли рядом. В моем детстве мы отмечали и мусульманские, и православные праздники. Самое интересное, когда была ураза, никто не пил — ни кряшены, ни русские, ни тем более мусульмане. Как утром почитали намаз, Ураза-байрам, так к 11 часам дня вся деревня пьяная. Плясали!

    «ХВАТИТ ПОКАЗЫВАТЬ ТУКАЯ ХУДЫМ ЧАХОТОЧНИКОМ В ТЮБЕТЕЙКЕ!»

    — Куда едем дальше?

    — Дальше Тукай-Кырлай, и вот его уже надо делать по-настоящему. Хватит показывать Тукая худым чахоточником в тюбетейке! Сагди-бабай, который забрал его как приемного сына на базаре у деда, являлся зажиточным человеком. Был бы нищим, взять бы не смог. Стало быть, его дом явно не соответствует истине — из хороших бревен надо построить пятистенный. Никто не скажет, что такого дома не было, во дворе поставить хозяина, а рядом с ним — красивого мальчика. Это наша история, надо сделать по-настоящему! Не нужно размениваться. А то Тукай юлы: пешком туда ходи, сюда… В Балтасинском районе хрен знает где… Могилы Тукая мало? Не надо размениваться.

    Из деревни никогда сироту при безотцовщине из деревни не выпускали — содержали. А тут на базар отпустили мальчика… У нас есть такие моменты, в том числе и про Сююмбике. Пусть ставят памятник — я ничего не говорю! Но она была отъявленной… Чего смеетесь? Знаете, когда Иван Грозный уже штурмовал Казань, тут осталось два с половиной района! Казанское ханство — два с половиной района! Вы ездили в Мамадыш, знаете, где течет река Челнинка, а дальше уже начинается Мамадыш. Вот там и была граница. Закамье — это полностью Ногайская Орда, никакого Казанского ханства там не было, это угодья папы Сююмбике, ногайского бия Юсуфа. Набережные Челны, сегодняшний Мамадыш — это Вятская губерния.

    А еще кричат: «Вот сколько трупов было! Полтора дня убирали, Иван пошел на Кремль!..» Или говорят, что 132 тысячи было защитников Казанского кремля в 1552 году, не представляю! Кремль-то не такой большой тогда был.

    — И сколько, по-вашему, людей защищало Казанский кремль?

    — 30 тысяч максимум… И по поводу религии. Вы были в Болгаре, знаете, там есть Иерусалимский овраг. Малый, Большой — их два. Знаете, почему такое название? У нашей интеллигенции было три религии, в том числе иудаизм. Поэтому даже в Кукморском районе на кладбищах встречается звезда Давида. Было и старое православие, и татарский ислам на основе тенгрианства, а не арабский ислам. Аллах один, пророк Мухаммед один, но ведь человек живет обычаями и традициями, а они вот такие.

    Тенгрианство — самая демократичная религия. Аттила и его предки — все родились на Волге, все они на одном дыхании дошли до Португалии. Тенгрианство исключало рабство — на территории России никогда его не было, и все благодаря тенгрианству. А у татар на основе тенгрианства никогда не существовало крепостного права. И об этом не пишут, почему — не знаю… И почему так успешно наступал Аттила? Потому что и солдату, и офицеру, и командиру была одинаковая плата. Обычно, когда идут войны, генерал обогащается, а солдат умирает бесплатно. А тут — пожалуйста. Аттила сам ел из деревянной посуды, а гостей кормил из золотой. Вот это наш предок. Ясно пишется: скандинавские народы — прямые потомки казанских татар. Доказано. А то на варяга лезет и тот, и этот…

    Так вот — Тукай-Кырлай. Далее — Арск, там надо любой ценой восстановить ремесло: ичиги и прочее. Это было когда-то дефицитом, и все интересуются.

    — Чем еще примечателен Арский район?

    — Вот мы говорим о национальном университете. Не получилось, и неизвестно, когда вообще выйдет в Казани. Говорят, престиж университета влияет в мировом масштабе. Есть арское педучилище — основательное, испокон веков, вот его и надо сделать национальным университетом для татарских учителей! Для воспитателей татарских детских садов, учителей начальных школ и т. д. База там прекрасная. Ведь необязательно, чтобы все было в Казани, в центре.

    А дальше поехали в Атню. Там историческая деревня есть, оттуда и купцы вышли. И потом, атнинская зона, тоже экологически чистая продукция. После Атни вот сюда, в сторону Дубъяз, и Казань.

    Фатих Сибагатуллин (слева) и Марат Ахметов (справа) Фатих Сибагатуллин (слева) и Марат Ахметов (справа) Фото: Шамиль Абдюшев

    «КТО СОХРАНИЛ ИСЛАМ НА БЛИЖНЕМ ВОСТОКЕ? Я САМ БЫЛ ОШАРАШЕН»

    — Сейчас на какой стадии проект «Экотат»?

    — Я написал по объектам Минниханову. И он говорит: кого подписать? Я отвечаю: лучше всех знает этот край Марат Готович. Он же из моей соседней деревни. Говорю: он более-менее уже свободный, не министр, в Госсовете сейчас. И потом, лучше него наш край, экологически чистый (там и продукция, и музеи), никто не знает. Он и интеллигент. Вот Минниханов подписал ответ ему. «Дальше, — говорит, — еще кого?» Я отвечаю: «Дальше министра сельского хозяйства Зяббарова». — «Дальше кого?» — «Министра лесного хозяйства Кузюрова». — «Дальше кого?» — «Аюпова, министр культуры».

    — Иванов, наверное, тоже?

    — «Дальше кого?» — «Иванова Сергея, комитет по туризму». Он так обрадовался тоже. Все-таки новый туристический маршрут. Но где татарские маршруты? Самосознание у татар развивается, но Индуса-абыя Тагирова «отшили», Фандаса Шакировича Сафиуллина никто не слушал. А пассионарность у татар не хуже, чем у евреев!

    — Почему, кстати, как вы считаете? Почему татары пассионарные?

    — Как говорится, история развивается по спирали. Это основательный народ, как говорится, нация. И тем более нация кыпчаков — это тот же самый степняк, но европейский, мы. Кто сохранил ислам на Ближнем Востоке? Я сам был ошарашен. 8 крестовых походов прошло под видом спасения Гроба Господня. Туда короли европейские все пошли, другой, третий. 140 лет. А их прогнали оттуда татары, кыпчаки. Дальше там не получилось, 8 крестовых походов. Они пошли вот сюда, на Восток. До Прибалтики доходят, бац — опять татары. Во главе с Александром Невским опять не дали этим католикам. Они успели, конечно, Прибалтику крестить, а дальше всё.

    — Вы с крупным бизнесом татарстанским не разговаривали насчет реализации проекта «Экотат»?

    — Погодите, пока рано. Нужно там обмозговать, да и потом… Туда триллион надо же. И туда, и туда.

    Я Рустаму Нургалиевичу написал. И все озабочены, каждый сказал. Говорю: будет Марат Готович руководителем проекта, я — научным консультантом. Марат Готович говорит: президент меня последним написал. Он, значит, подчеркнул, говорю! Хорошо, Ахметов особо не жаждет. Я другое письмо написал, да пошел к Минниханову еще раз. Он обеими руками поддерживает. Сейчас Марат Готович говорит: тоже набросай мне, что там будет.

    Читайте также: Фатих Сибагатуллин: «До чего исковеркана история татар, просто уму непостижимо!» Часть 1-я

    Альфред Мухаметрахимов, Айрат Нигматуллин
    Фото на анонсе: «БИЗНЕС Online»
    Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
    версия для печти

    Комментарии 587